Агентство ТЕРРА

Ганнибал Форчун перехватил меч поудобнее и принялся пританцовывать перед своим бородатым противником, не сводя с него взгляда поверх деревянного, покрытого медью щита. Тот сделал ложный выпад, потом вдруг попытался поразить открытое бедро Форчуна. Форчун усмехнулся и опустил щит, чтобы отразить выпад. Несмотря на нехватку опыта, красивый, веселый агент начинал получать удовольствие от упражнений с громоздким бронзовым мечом. Такое оружие гораздо больше подходит настоящему мужчине, чем пистолеты его собственного времени. Заметив брешь в защите противника, он быстро сократил дистанцию и поднял свой сверкающий меч, собираясь ударить плашмя по украшенной нелепым шлемом голове.

Но у бородача были свои планы. Ганнибал не понял, что тот задумал, он только увидел, как щит противника внезапно поворачивается к нему ребром. Увлекшись своей атакой, он не смог отразить удар, тяжелым краем щита и получил удар сбоку по собственному шлему.

Форчун тяжело свалился на пол, голова гудела. Он перекатился и, страдая от боли, с трудом спро; сил:

– Как, черт возьми, это называется?

– Атака щитом, — жестко ответил д'Каамп. — Не упускай ее из виду. Щит может быть очень хорошим наступательным оружием, если с ним правильно обращаться.

Инструктор сбросил доспехи и снял с головы украшенный перьями шлем. Волосы его, как и борода, были почти совсем седыми.

– Достаточно на это утро. Встретимся здесь же после обеда.

Высокий и сухощавый д'Каамп отправился из тренировочного зала к себе в кабинет.

Форчун поднялся с пола, довольный, что Уэбли не был свидетелем его столь неудачного знакомства с приемами владения щитом. Острый на язык симбионт уже слишком много раз видел его в затруднительном положении. Не было смысла давать ему новый повод для упражнений в остроумии. Он уныло повесил оружие на стену, на свое место, и стряхнул с себя пыль.

Он освободился от варварских доспехов и быстро принял душ. Потом, уже в своей собственной одежде, он вышел наружу по длинному изогнутому коридору, легко впрыгнул на движущуюся дорожку и проехал полкилометра до комиссариата. Центр ТЕРРЫ занимал целую планету. Она была пустой внутри и населена десятью тысячами специалистов, задачей которых было обеспечить работу таким, как Ганнибал Форчун. Эта планета располагалась в центре галактики и не вращалась вокруг какой-нибудь звезды; часто говорили, что сама галактика вращается вокруг Центра ТЕРРЫ.

А Центр ТЕРРЫ сегодня вращался вокруг Ганнибала Форчуна — по крайней мере, создавалось такое впечатление по тому, как ему улыбались, приветствовали его и угощали в столовой. Казалось, даже официантки знали, когда специальный агент проходил подготовку к следующему опасному заданию. Ганнибал Форчун был любимцем большинства женщин организации на протяжении почти двенадцати лет работы в «Агентстве Реструктуризации и Ремонта Темпоральной Энтропии». В отличие от многих коллег, Ганнибал Форчун и выглядел как специальный агент. Высокий, широкоплечий, с мужественным выражением лица и бесшабашным блеском в глазах, он принадлежал к тому типу мужчин, у которых единственной проблемой с женщинами было не перепутать график свиданий. Это была странная метаморфоза для того, кто поначалу собирался стать преподавателем истории.

Последнее приключение началось два дня назад, когда Форчуна и его партнера-симбионта вызвали в кабинет Пола Таузига. Таузиг был грузным мужчиной неопределенного возраста, носившим бороду, как и д'Каамп. Однако борода Таузига была блестяще-черной, как и его глаза, пристально глядевшие с обманчиво мягкого, добродушного лица. Форчун слышал, что Таузиг был деканом до того, как в 2558 году была создана ТЕРРА. Теперь в его манерах мало что осталось профессорского. Конечно, ходили слухи, что Таузиг прежде командовал флагманом Галактической Федерации. Это больше походило на правду: в его характере ясно чувствовался профессиональный военный.

– Садитесь, господа, — предложил он зычным голосом.

Форчун сел, Уэбли удобно растекся всеми своими семью килограммами по его плечам.

– Опять Земля, — сказал начальник Оперативного отдела.

– Когда?

– Тысяча пятьсот девятый год до нашей эры, — сказал Таузиг. — Резиденты там — Харкнесс и Мораг. Минойская империя, Крит. Вы знакомы с этой территорией?

– Конечно. Но полтора тысячелетия до нашей эры? Это очень ранняя история человеческой цивилизации Земли.

Таузиг кивнул:

– Харкнесс доложил, что необходимо наше вмешательство.

Он протянул агенту пластину сине-зеленого металла размером примерно тридцать на сорок пять сантиметров, с отверстием в каждом углу. Очевидно, когда-то она была установлена на каком-нибудь здании. На ней была надпись витиеватыми буквами.

– Греческий?

– Греческое койне — письменность языка торговцев. Достоверно известно его использование примерно с 450 года до нашей эры.

– Значит, Харкнесс нашел ее почти на одиннадцать веков раньше, чем она имела право на существование.

– Ваши способности к элементарной арифметике вдохновляют, — сухо заметил Таузиг, передавая агенту тонкий лист бумаги. — Наш Лингвистический отдел подготовил перевод.

Я, КРОНОС, ПРОВОЗГЛАШАЮ ВЕЧНУЮ ВЕРНОСТЬ ЙОЛАРАБАС, ЗОЛОТОЙ БОГИНЕ, МАТЕРИ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА, БЛАГОДАРЯ КОТОРОЙ МОЙ НАРОД БУДЕТ ПРОЦВЕТАТЬ, РАЗМНОЖАТЬСЯ И ЗАСЕЛИТ ЗЕМЛЮ.

– Кронос… — задумался Форчун. — Кем бы он ни был, он слишком рекламирует свое присутствие. Хотел бы я знать, кто это из парней Малика на этот раз?

– Харкнесс выкопал это из могильного кургана. Как видно по степени окисления, пластинку не трогали в течение многих веков. Она изготовлена из чистой меди. Наши эксперты-химики оценивают ее возраст минимум в четыре тысячи лет. Бронзовый век, начавшийся около трех тысяч четырехсот лет до нашей эры. Вам надо найти Кроноса. У меня чувство, что на этот раз Империя решила забраться поглубже. Я хочу, чтобы вы просто выяснили, насколько в глубь земных веков они забрались, кто такой Кронос, что он собирается…