Агник
Шрифт:
— Жизнь подобна реке,
К источнику которой вас приведет путь,
А завершение найдет покой, порой вне зависящих от нас решений.
Сегодня — конец существования,
Завтра — начало пути в жизнь.
Следуйте по течению как можно дальше
Да не лишайте себя того, что вам даровано.
Сразу после этих слов все застывшие на местах незнакомцы будто оживились, и начали неторопливо подниматься из-за стола.
— Броук, — как можно тише обратилась Лили, — что все это значит?
— Это значит, что нам пора отправляться в Гилеон, чтобы проводить всех этих счастливчиков в мир живых.
— Их ждет перерождение?
Молча кивнув, он быстро распрямился во весь рост, и почтительно поклонился приближающейся сущности.
— Владыка Огус.
— Рад снова видеть вас во владениях Гнеопа, — басовито ответил незнакомец, снимая с лица расшитую золотым орнаментом маску. Когда он явил свое полностью сотворенное из пепла лицо, Лили уловила мелькнувшее в его глазах отвращение, сменившееся задумчивостью, и интуитивно от него отшатнулась.
— Лимья, хочу представить тебе владыку Гнеопа и Олакреза — Огуса.
«Ну и имя…» — с усмешкой заключила она, почтительно поклонившись седовласому властелину.
Не ответив, а лишь уверенно взяв мужчину под локоть, владыка последовал за пределы шатра, растворяясь в белизне яркого света.
— Сейчас вернусь! — успел на ходу выкрикнуть Броук, скрываясь.
Постояв некоторое время на месте, ища глазами хоть что-то, что бы могло привлечь внимание, Лили решила вернуться обратно в тронный зал, с намерением внимательнее рассмотреть внутреннее убранство.
***
— Брул, тот запах… Скажи мне, что произошло?
— Ритуал тридцати трех.
— Этого я и боялся, — стоя на краю вершины, обеспокоенно ответил Огус, наблюдая за неторопливо передвигающимся облачным полотном под ногами. — Кто к этому причастен?
— Его имя — Эзлим.
— Никогда о нем не слышал…
— Он из владений Дельемы, составляющей Иметрена.
— Что ж. Она еще не знает?
— Цикл начнется с конца жизни и начала нового существования. Ей пока рано об этом знать.
— Сколько же ей придется испытать боли и страданий перед тем, как вы вернетесь в конец?
— Вы так уверены в том, что нам удастся?
— Я никогда не теряю надежды. А теперь ступай.
***
Бесшумно потянув за дверь, девушка вновь оказалась посреди смирно возвышающихся по всей окружности зала каменных колонн, что соединялись между собой при помощи антаблемента[2]. Свисающие с карниза алые, расшитые золотыми нитями тканевые полотна достигали в длину конца архитрава[3], едва прикрывая капители[4] колонн. Начав неспешно продвигаться вперед, зачарованно глядя на плавные изгибы нефов, Лили резко остановилась посередине зала, видя в нишах с десяток застывших, похожих на Гнепиуса сущностей. Вздымающиеся вверх яркие языки пламени то и дело овладевали застывшими телами, окрашивая погруженные во мрак каменные стены и колонны дрожащими тенями.
Приблизившись к одному из незнакомцев, и завороженно протянув пальцы в сторону открытого огня, с целью коснуться пепельной кожи, девушка ощутила, как сильная рука овилась вокруг талии, и резко отдернула ее назад. Споткнувшись о чью-то ногу, не в силах удержать равновесие, Лили, повалившись на спину, приземлилась на нечто твердое и невыносимо горячее.
— Ай! — взвизгнула она, отшатнувшись, как от раскаленных углей. Распластавшийся рядом Броук, тело которого вновь покрывал слой пепла, раздраженно закатил глаза, и поднялся на ноги.
— Захотелось очутиться на его месте? — отряхивая хитон, утвердительно спросил он.
— Нет… Я просто подумала, что…
— Я просто подумала, что… — передразнивал мужчина. — Слишком много думаешь. Пойдем, ждут только нас.
Выглянув из-за колонн, путники заторопились в сторону возвышающейся статуи, за которой их уже ждала пара вытянувшихся на своих хвостах белых очковых змей, которые, надув щеки, издавали предостерегающий свист.
— Змеи, здесь! — с ужасом пропищала Лили, ощутив, как подкосились коленки.
— Обычно животные, птицы и другие представители фауны мира живых существуют отдельно от сущностей; они скрыты от нашего взора, как и мы — от их.
— Но тот кречет и эти двое… почему они здесь?
Удивившись тому, что путница вспомнила о его птице Бертсе, он довольно поджал губы. Уже собравшись ответить на вопрос, мужчина ощутил пробежавший по спине холодок, и через мгновение оцепенел от оглушительного и нечеловеческого рева.
— Тремсены, — не в силах унять задрожавшие губы, прошептала девушка, увидев промелькнувший в глазах Броука испуг.
Предупредительно прислонив палец к губам, он, стараясь не издавать ни звука, начал ретироваться задом в сторону зашипевших змей, глазами прося сущность идти следом. С грохотом слетевшие с петель двери явили свирепое полчище, что, подобно воздуху, начало заполнять все пространство зала, руша все на своем пути. Скользнув за мужчиной следом в объятия темной, пропитанной запахом гари бездны, Лили кинула быстрый взгляд в сторону каменных руин, и увидела появившихся из ниоткуда воинов Гнеопа, чьи бордовые доспехи один за другим начали вспыхивать ярким пламенем.
— Лимья, быстрее!
Метнувшись в сторону голоса, вслед за которым показалось приглушенное свечение впереди, девушка вышла к мраморным резным перилам, и увидела внизу кружащихся в плавном вальсе сущностей. Расходящаяся по обе стороны такая же мраморная парадная лестница, вдоль всей длины которой тянулся ряд зажжённых восковых свеч, заканчивала свое начало у высоких, объятых пламенем арок. «Слишком много огня для одного места».
Разливающаяся повсюду плавная мелодия с каждой новой нотой распускалась подобно цветку, сея повсюду лишь чувства радости и безмятежности.