Агрессор
Шрифт:
Она прижала палец к наушнику и кивнула.
— Тот член парламента, о котором я говорила, личный друг многих из нас, известный борец с опутавшей нашу страну коррупцией, убит, потому что имел неопровержимые доказательства того, что шестеро членов нашего правительства были вовлечены в деятельность террористов в союзе с человеком, которого вы видите перед собой…
Паата снова нажал на кнопку.
— Ошибка, Нана. У нас десять, повторяю — десять минут. Продолжай, все отлично. Если он что-то заподозрит, прекращай говорить по-английски и переходи к интервью. О'кей?
Она снова коснулась пальцами микрофона.
— Да… эти шестеро представителей нашего истеблишмента будут встречать президента Буша, когда в следующем месяце он прибудет в нашу страну… и те руки, которые они протянут ему в знак дружбы, так же запятнаны кровью, как и руки этого убийцы, похитителя, палача и торговца наркотиками, с которым они в связке…
Чарли тронул Паата за плечо.
— Это же на самом деле не вещается на Штаты?
Он покачал головой, даже не обернувшись. Мы его поняли: заткнитесь, блин!
— Мне даже мысль об этом невыносима, но цель всего этого варварства состоит в том, чтобы Соединенные Штаты и дальше посылали нам гуманитарную помощь; помощь, которая идет не на то, чтобы накормить наш голодный народ или отремонтировать наши больницы, а оседает в карманах дорогих европейских костюмов…
Голос Наны снова задрожал. Акаки уже начинал нервничать.
— Хорошие новости, Нана. Четыре минуты, повторяю, четыре — может даже меньше.
— Невероятно, — она кивнула, — но вы должны знать правду… — Она повернулась к Акаки и даже заставила себя улыбнуться. — Этот… монстр… получил от этих политиков миллион долларов США за то, что подготовил и осуществил массовое убийство шестидесяти женщин и детей в прошлом месяце в селении Казбеги…
Она тут же поняла, что прокололась. Акаки резко обернулся.
— У «60 минут…»— Нана улыбалась изо всех сил, — есть имена всех шести политиков и бывшего агента ФБР, вовлеченного в это дело.
Акаки почувствовал подвох. Он что-то пробормотал своим жополизам.
— Три минуты, Нана. Держись!
— Сейчас я назову имена этих убийц и коррумпированных политиков народу Грузии…
Ее глаза поднялись к небу.
В фургоне я ничего не слышал, но жополизы услышали; они выбежали на улицу и уставились в облака.
Нана начала перечислять.
— Гоги Шенгелия… Мамука Асли…
Акаки вскочил на ноги, он был взбешен. Он отшвырнул камеру и выскочил из амбара.
Нана продолжала.
— Георгий Шеной… Роман Церетели…
В тот момент, когда я вышел из фургона, я услышал звук вращающихся лопастей. Вертолеты оставались вне поля зрения до последнего.
Акаки махнул рукой и пролаял несколько коротких приказов. Жополизы запрыгнули в свой талимобиль, а Акаки вскинул автомат.
Нана была словно на автопилоте.
— Коте Жвания… Ираклий Цемулария…
«Хью» были уже фактически над нами. Акаки попытался приложить автомат к плечу, но его сбило с ног потоком воздуха.
Четвертый талимобиль заскрипел тормозами рядом с ним, и жополизы втащили его внутрь. Вертолет опустил нос и направился в сторону поля за амбаром.
Нана дрожала.
— Доказательства Зураба Базгадзе будут предъявлены вам в ближайшее время в специальном выпуске «60 минут».Студия?!
Она отшвырнула микрофон. Когда Паата подхватил ее на руки, она уже рыдала и билась в конвульсиях.
— Нана. Нам нужно идти.
Она посмотрела на меня через его плечо.
— Я помогу вам, Ник. Я помогу вам с полицией.
Я покачал головой.
— На это нет времени. Я забираю Чарли домой, ему там кое-что нужно сделать.
Она подняла брови, ничего не понимая.
— Что может быть важнее, чем доказать свою невиновность?
— Возможность умереть в кругу семьи…
Чарли подошел ко мне.
— Видишь ту посадку, дружище? — Он указал на откос за амбаром. — Кто последний, тот угощает кебабом.
Глава пятая
Я выглянул на улицу через проемы в стене. Четыре вертолета приземлились на поле в ста метрах от нас. Их пассажиры высыпали на землю и заняли огневые позиции.
Паата вышел из фургона, вынул камеру из штатива и отсоединил провода. Он вытащил маленькую антенну, с помощью которой можно было держать связь со спутниковой антенной и передавать информацию в прямой эфир. Справа донесся звук автоматной очереди. В деревне люди Акаки открыли огонь. Взревели двигатели вертушек, и «Хью» резко взмыли вверх. Ребята на земле кинулись врассыпную, словно цыплята без квочки. Это очень напоминало Казбеги.
Когда в дело вступили солдаты, со стороны поля донеслось несколько выстрелов. Я надеялся, что стреляли они по селению, а не по нам.
Паата выскочил на улицу, держа камеру на плече, Нана бежала следом за ним.
Я схватил Чарли за руку.
— Ну?!
Он посмотрел на меня, но не ответил.
Я подбежал к двери амбара.
— Нана! Нана!
Она показывала Паате, что нужно снимать.
— Нана!
Она повернулась, и я показал ей всем понятный знак, проведя пальцем возле горла.
Вертушки кружились в небе, пытаясь выйти из зоны контакта.
— Бегите! — закричала Нана. — Бегите!
Она отвернулась и продолжила свою работу. Я обежал амбар, Чарли, прихрамывая, следовал за мной. Мы пробрались к посадке, используя дома в качестве прикрытия, после чего направились в сторону деревни, держась параллельно дороге. С высоты птичьего полета перед нами открылась картина хаоса. Солдаты толкались в поле, пытаясь найти укрытие и не зная, как это сделать. Возможно, они еще не добрались до второй страницы учебника.