Аконит
Шрифт:
Я заключила с ней сделку. Моя очередная сделка. Храните меня боги, надеюсь это не напрасно. Хоть раз хочется поступить правильно, и чтобы это шло от сердца.
Серенький человечек — это про меня. Никогда не думала о других, никогда не стремилась никому помогать. Нет во мне всеобъемлющего милосердия, тепла и доброты. Всё хорошее, что во мне было, вытоптали в школе, оставив после себя серость. Тяжело тянутся к людям, которые пытаются тебя сломать.
И теперь на любое зло отвечаю: я маленький человек, что я могу?
Многие хорошие люди пытаются что-то изменить, но ничего не меняется. Мир несправедлив и было бы честно признаться хотя бы себе в том, что мне на это плевать.
Я везучая. Я выжила. Но это не послужило для меня примером. В голове не загорелись огоньки справедливости, я осталась собой. Попытавшись убить Кая, действовала скорее из мести. Хотелось уничтожить его за то, что он сделал со мной. А потом просто двигалась по инерции и дошла до сегодняшнего дня. До момента, когда это коснулось сестры. И сразу всё кардинально изменилось. Это личное. Это другое.
Я не хороший человек. Но и не плохой. Всегда ставлю свои интересы и свою жизнь выше интересов общества. Я не готова рисковать всем ради незнакомцев и мой ответ на известную загадку: «Если случится пожар, кого вы спасёте: родную сестру или пятерых незнакомцев?» Я отвечу — сестру.
***
Следующий день провела за компьютером, детально изучая социальные сети, пытаясь найти упоминания о сестре. Она закрыла личную страницу и полностью прекратила вести дневники, что явно на неё не похоже. Так справляется с горем или же это влияние неона? Под его воздействием больше не нужно чьё-то одобрение. У тебя есть всё, что нужно для счастья — семья.
Ближе к вечеру заглянула Кристина. Она передала, что сегодня состоится прощальный ужин, но не сказала кого и с кем. Просто передала слова Армана, а также принесла серебряное платье: скрытый корсаж, красиво приподнимающий грудь, длинный подол расходившийся у самых бёдер. Ткань наряда на ощупь напоминала кашемир, однако серебрилась как шёлк и была необычайно легка.
Это открытый бессловесный намёк Армана. Мы переходим на следующий уровень игры.
Домработница помогла уложить волосы, сделала вечерний макияж, слегка скрывающий шрам и выгодно оттеняющий цвет глаз. Глядя на себя в зеркало вспомнился страдающий призрак Оперы. Его лицо, обезображенное с одной стороны и прекрасное с другой.
Мне повезло больше.
Сегодня я ведущий игрок. Двойной, если быть точным. И это мой единственный шанс сделать что-то правильное. Необходимо быть настолько убедительной, чтобы они оба поверили мне. Арман должен считать, что играю в его команде, когда на самом деле играю только ради своей цели. Если всё пройдёт гладко — побег состоится. Моё предательство будет абсолютным, а падение долгим.
Перед уходом Эльза передала небольшой пакет, показывая, что давно предугадала мои планы, и спросила, стоя в дверях:
— Ты сможешь согрешить с Арманом и Лико? Елена, на что ты готова пойти ради сестры?
***
Первый раз был на выпускном. Это сделал парень, закончивший мою школу на два года раньше меня и пришедший на праздник в качестве звукооператора, поскольку немного разбирался в технике, а в той глуши, где жила, этого было достаточно.
Он был нескладным подростком с белёсым пушком над верхней губой, с небольшим количеством прыщей, субтильного телосложения и с длинными волосами, которые он отращивал, подражая солисту какой-то рок-группы. Его звали Артур, но все обращались к нему как Лист из-за фамилии. Странный, но хороший парень. Один из немногих, кто не чурался и не дразнил меня.
Это сделала она. А он не смог сказать нет.
Всё случилось слишком быстро, так что даже ничего не почувствовала и не поняла, что произошло. Потребовалось время, прежде чем разобралась что к чему и научилась получать удовольствие от секса. Но первые разы были ужасны. Ужасны и потому, что это был Артур. Скромный и замкнутый, очень одинокий парень. Я ведь использовала его, а он, в результате, влюбился. Получается, я ничуть не лучше тех, кто издевался надо мной. Им удалось сломать эту часть меня.
Помню то щемящее чувство на перроне, когда он провожал в Москву. Лист так хотел поехать просто ради того, чтобы быть со мной! Это разрывало сердце, но выкуривая очередную сигарету, чётко расставила все приоритеты и высказала всё, что хотела. Он должен был забыть меня, ведь его забыла ровно в тот момент, как села в поезд.
Тяжело понимать, что, на самом деле, никогда и никого не любила. Иногда даже кажется, что вовсе не способна на это чувство. А потом вспоминаю их. И становится ещё больнее от осознания, что любовью невозможно управлять.
***
Спускаюсь по лестнице касаясь ладонью покрытых лаком деревянных перил. Чувствую, как внутри поднимается жар, что-то глубокое и необычное, первозданное. Значит будет легче. Просыпается вторая я. Она сделает всё как надо, но оставит после себя глубокие шрамы на душах трёх людей.
Ужин накрыт в отреставрированной столовой. Рабочие днём закончили ремонт и в воздухе ещё витал запах краски и лака. Стол сервирован на троих и Лико с Арманом уже стоят возле своих кресел. Моё появление произвело вежливый фурор и довольны ухмылку мужчины. Его янтарные глаза особенно ярко светятся при тусклом, вечернем свете настенных ламп. На правах хозяина дома, он отодвинул передо мной стул и разлил по бокалам холодную воду из высокого графина. С кухни потянуло приятным мясным ароматом, что-то с розмарином и тимьяном, кажется свинина? Барашек? Всё равно.
— Что на ужин? — мой голос, немного хриплый и низкий, разбил атмосферу тишины.
Лико оторвал взгляд от потолка и вяло улыбнулся. Он необычайно задумчив сегодня. Мысли парня витают далеко отсюда, но то, как смотрит на меня, выдаёт его с головой. Я знаю, что его сердце принадлежит мне.
— Кажется это свинина.
— У тебя хороший нюх, — не преминул влезть Арман. — Сегодня ужин праздничный, но простой.
— Прощальный, — воскликнула, допивая стакан воды. — Интересно, свидимся ли мы вновь?