Аквалон
Шрифт:
Убийцы высадились здесь из соображений секретности, чтобы после скрытно перебраться на столичный остров, где плантатор-тхаец должен был помочь им.
На Да Морана у них было одно очень важное дело.
К полудню Гана, Камека и четверо моряков уже плыли на вельботе. Они захватили пистолеты на случай нападения; Тулага узнал от матросов, что серапцы иногда пытались атаковать проплывающие по реке лодки, и трижды это были женщины дикарского вида, – но Камека не позволил взять огнестрельное оружие ему самому. Онолонки не знал, что собой представляет штука, лежащая в кошеле на поясе, ну а стеклянный нож Гана ему просто не отдал.
Он сел на носу вельбота, Камека же устроился на корме с пистолетами в руках. Гана не ведал, какие указания дал своему слуге Уги-Уги, но иногда ощущал взгляд туземца, сверлящий спину. Тогда, на площади, он оскорбил Камеку и теперь был уверен, что при случае тот постарается отомстить. Впрочем, понимал и то, что произойдет это не раньше, чем они достанут драгоценности, за которыми плывут. Поэтому сейчас можно было отдохнуть – и Гана сидел, иногда поглядывая на берега, а иногда бездумно уставившись в облака перед собой.
Через некоторое время, после того как они покинули защищенную железными воротами пещеру в горах, слева показался холм с отвесным склоном, на вершине которого суетились человеческие фигуры. Тулага привстал, разглядывая их, обернулся, чтобы взять у одного из матросов подзорную трубу, но тут лодка качнулась, огибая песчаную косу. Там, до пояса погруженный в облака, лежал на спине белокожий мертвец.
Лодка пронеслась мимо, и вскоре отмель с телом, а после и холм исчезли из виду. Гана Тулага Дарейн приближался к истоку безымянной реки, чтобы пересесть на ладью Уги-Уги, на ней обогнуть архипелаг Суладар с южной стороны и достичь места, где были спрятаны сокровища церкви Congressionis.
В это время смуглые женщины с раскрашенными телами и перьями в волосах волокли связанного лианой Тео Смолика туда, где посреди джунглей, меж кривых стволов, ядовитых колючих растений и листвы, оплывающей на жаре густыми сочными каплями, находилось одно из самых необычных мест Аквалона. И одновременно небольшой отряд, состоящий из Арлеи Длог, пожилого флегматичного боцмана и юного здоровяка с серебристым стволом горлянки на плече, быстро двигался следом – в глубь Гвалты, Проклятого острова.
Неподалеку от Да Морана, так, чтобы не мешать эфироплаванию у берегов, но чтобы землю было видно в подзорные трубы, стояли корабли из армады Влада Пираньи. Пока что и он, и купцы ждали; воители больше не совершали вооруженных попыток вернуть свои фактории. Влад, после того как принес Экуни Рону соболезнования в связи с кончиной королевы, не высаживался на островах. Впрочем, ждать долго он не собирался.
В самой высокой башне королевского дворца Гельта де Алие сидела на подоконнике, обняв колени, и смотрела наружу – на пологий зеленый склон, город и облачный океан за ним. Из стены под окном торчала железная труба, полоскался на ветру привязанный к ее концу большой платок. Мягкое, полудетское, казавшееся всегда чуть сонным лицо принцессы было задумчиво: она переводила взгляд то на красную ткань, то на лежащее рядом ожерелье из разноцветных серапионовых глаз. Снизу до покоев Гельты доносились голоса: в зале накрывали стол к обеду. Охрана замка была увеличена втрое, так как недавно шпион донес Трэну Агори, что Марич де Алие, брат принцессы, встречался с посланцем властителя Тхая. После этого от Большого Эрзаца тайно отчалил, взяв курс в сторону материка, корабль, и люди, плывущие на нем, считаются лучшими убийцами Мусорных Садов.
До свадьбы принцессы и будущего короля Суладара оставалось немногим более десяти дней. Смерть мира должна была наступить несколько позже. По всему Аквалону облачные перекаты становились выше, менялись от века неизменные течения, возникали не существовавшие раньше облаковороты, гигантские воронки и пуховые смерчи. Небеса злились – и злость эта постепенно переходила в ярость.
Здесь заканчивается АКВАЛОН, первая книга великой саги о Похитителях Миров. И будет книга вторая называться: БЕШЕНСТВО НЕБЕС.