Шрифт:
Джейн Биркин Oh! Pardon tu dormais…
С первых же нот своего 14-го альбома Джейн Биркин включает драматизм на максимум и добивается этого простым, проверенным средством – привлекает к делу мужчину. В заглавной песне альбома звучит голос прославленного шансонье Этьена Дао, а потом он возвращается в песне-диалоге «F.R.U.I.T.». Голос 65-летнего Дао – голос юноши. В голосе его старшей коллеги возраст, безусловно, слышен. Но страсти, кипящие в ее песнях, говорят о том, что в личной жизни у нее всё не менее сложно, чем 50 лет назад, когда ее бойфрендом был главный смутьян Франции Серж Генсбур. Грусть, прорывающаяся даже в самых беззаботных шансонных номерах, объяснима и имеет конкретный источник. «О, прости, что разбудила…» – посвящение Кейт Барри, дочери Биркин от ее брака с композитором Джоном Барри. В 2013 году она выпала из окна четвертого этажа своего парижского дома. «Oh! Pardon tu dormais…» – первый альбом с новым материалом, выпущенный певицей после трагедии.
Издатель Kachalou facebook.com/JaneBirkinOff
Крис Корнелл No One Sings Like You Anymore, Vol. 1
Первый посмертный альбом лидера Soundgarden и Audioslave Криса Корнелла «No One Sings Like You Anymore» целиком состоит из песен чужого сочинения. Но это не тот случай, когда наследие большого автора тасуют то так, то этак, лишь бы каталог приносил прибыль. Этот альбом был от начала до конца задуман и сыгран самим певцом, он готовил его к выпуску и считал предметом гордости. Для альбома были записаны песни из репертуара Дженис Джоплин, Принса, Джона Леннона, Харри Нильссона, Electric Light Orchestra и др. Каждое прочтение – абсолютно индивидуально. Когда видишь в списке даже такие растиражированные хиты, как «Nothing Compares 2 U» Принса или «Patience» Guns N’Roses, можно быть уверенным, что трактовка Криса Корнелла дает им совершенно новую жизнь и можно получать удовольствие, даже не зная оригинала. Пометка «Vol. 1» в названии говорит о том, что последует продолжение. На этом диске собраны песни балладного и поп-рокового формата, и можно предположить, что на «Vol. 2», если он выйдет, мы услышим более привычного Корнелла – тяжелого и опасного.
Издатель Universal chriscornell.com
Сплин Вира и майна
Александру Васильеву достаточно выстрелить одним сметающим все на своем пути хитом вроде «Письма Гарри Поттеру», чтобы вдогонку отправить на музыкальные платформы менее саркастичные и более однообразные по структуре песни. В декабрьском альбоме «Вира и майна» «Гарри Поттер» идет последним, чтобы до него добраться, нужно пережить «Призрака» с монотонным риффом и бесконечно повторяющимся припевом (любимый прием Васильева последних лет), уморительный трек «За семью печатями» – квинтэссенцию васильевского ироничного речитатива, традиционную сплиновскую мелодию «Джин» с гармонией как в «La belle dame sans regrets» Стинга и еще семь песен, которые не оставляют шанса прерваться, не дослушав альбом до конца. У позднего «Сплина» случались записи, которые бесили своей необязательностью и дефицитом законченных мыслей, но в «Вире и майне» Александр Васильев не жалеет гипнотических риффов и хлестких строк, включая самые прямолинейные, словно написанные к прямым эфирам телеканала «Дождь». В песне «Кесарь» он поет буквально следующее: «Вот твой дворец с перебитым стеклом, вот твой портрет на земле за углом. Слышишь, последний из всех кесарей, жми на педали отсюда скорей».
Конец ознакомительного фрагмента.