Шрифт:
Эпизод 1.
Глава 1. День, в который все началось.
Молодой человек лет тридцати неуклюже, как бы нехотя, приближался к резной двери, изрисованной сиреневыми красками. Автором художеств являлась его единокровная сестра Альда. Когда она рисовала эти цветы, ей едва стукнуло пять лет. Как же давно это произошло, хотя помнится как будто вчера. Она привела его сюда, чтобы показать свои озорства, а он даже не злится, держит ее за тоненькие бледные запястья. С того момента минуло восемь лет, он снова стоит у двери, но в этот раз не решается войти внутрь.
Воспоминания прервались внезапно, дверь отворилась и на пороге показалась тучная женщина грозного вида. Ее угольные волосы с пепельной проседью всегда аккуратно уложены, а тут, слово ореол, распушились.
– Капризная девчонка! – бросила она через плечо. – Вот настанет время чесаться, посмотрим, как ты у меня запляшешь! Господин Прифил, – женщина почтенно поклонилась.
Мужчина посмеялся над няней Альды. Редко кому удавалось довести эту умудренную годами особу до бешенства, но у юной принцессы получалось.
– Что случилось, Досси?
Служанка громко рыкнула вместо ответа и, переваливаясь с ноги на ногу из-за своей высокой плотности, отправилась в сторону дворцовой кухни.
Прифил сделал шаг и, наконец, переступил через порог. Не смотря на раннюю весну, солнце уже во всю силу проталкивало свои лучи в широкие окна комнаты сестры. Шелк ее длинных волос ослепительно блестел, отражая свет.
– Я не виновата, – не поворачивая головы, слегка обиженно сказала Альда.
– Ну конечно, – Прифил не мог злиться на нее. Она ведь ему как дочь. Родители покинули их, как только Альда родилась. Мать сразу же, а отец через два дня от тоски. Забота о государстве и маленьком скукоженном младенце легла на сильные плечи молодого Прифила.
– Зачем пришел? – принцесса повернула голову, надув тонкие губки.
Молодой король натянул улыбку:
– Готова к завтрашнему балу?
– Если Досси будет так себя вести, то на балу будут все, кроме меня!
– Павалета там, пожалуй, тоже не будет.
Его младший брат Павалет после смерти родителей не пожелал подчиняться Прифилу и потребовал половину государства. Получив свое, юный королевич уехал на юг, прекратил общение, жил в холодной войне: не вредил, не помогал, делал вид, что старшего брата не существует. Единственное, что радовало: Альду любил, забирал погостить к океану и горам. Сегодня пришло известие, что король Южной Фертилии не явится на бал по случаю тринадцатилетия сестры. Причина – не указана.
Острые плечи Альды погнулись.
– Почему? – тихо спросила принцесса.
– Не сказал, – Прифил знал, что сестра расстроится. Она любила их обоих, а тяжкая непонятная вражда мешала ей обрести счастливую семью. – Позову Досси?
Девочка, не мигая, разглядывала разводы на стекле.
– Не нужно. Я сама справлюсь.
Альда шагала по ступеням, обычно она их считала, так веселее подниматься на пятый этаж, где располагались ее покои, но сегодня она грустила. Попытки примирить братьев ни к чему не приводят, все впустую! Войдя в комнату, она встретилась глазами с матерью. Портрет ее родителей висел на самом видном месте. Бледная красивая женщина с темными волосами ласково улыбалась ей с полотна. «Вылитая Фрига!», – твердил каждый, кто видел Альду первый раз.
Мать родилась в северном крае – холодной Фрегации, поэтому не походила на южных загорелых фертилиек: снежная кожа, тонкие алые губы, острый прямой нос – все это унаследовали Альда и старший сын Прифил. А вот Павалет походил на отца: соломенные волосы, нос картошкой и глубокие синие как океан глаза.
Досси не приходила, наверное, все еще обижена. Сейчас самой придется раздеваться и волосы в тугую косу плести. Так и к полуночи не справиться. Няня, наверное, чувствовала, как тяжело сейчас принцессе, потому что стоило только Альде подумать о тяготах беспомощной знатной жизни, как Досси объявилась на пороге.
– Не хотите мне ничего сказать, госпожа?
– Прости, Досси, что я не стала есть твою пресную кашу.
– А если подумать?
– Прости, Досси, что не стала есть твою прелестную кашу, – съязвила Альда, но улыбку скрывать не стала.
– То-то же!
***
– Расскажи мне сказку, – промычала Альда, уже погружаясь в дрему от ласковых поглаживаний няни по каштановой макушке.
– Какую?
– Про любовь.
– Опять? Ну что ж. Жила-была принцесса. С красивыми, как звезды, глазами. А женихов-то у нее… не пересчитать по пальцам. Звали ее Пальрита. Пришло время выходить замуж принцессе, и ее отец-король выбрал ей в мужья наследника короля Далеких Земель – Дитерия. Жестокого и грубого принца, которого никто не смог бы полюбить. Тогда воспротивилась Пальрита замужеству и сбежала.
В пути встретила парня – Ватилия, красавца с доброю душой. Полюбили они друг друга и продолжили путь уже вместе.
Но злой Дитерий не желал смириться с потерей Пальриты и отправился на поиски сбежавшей из-под венца невесты. Обиженный принц нашел влюбленных у гор возле океана, и ждал, когда они хотя бы на чуть-чуть расстанутся, чтобы убить Ватилия.
В один из дней, принцесса отправилась нарвать цветов в поле, но почуяв неладное, вернулась вскоре обратно. И увидела она, как жестокий принц целится из лука в ее Ватилия. Заслонила она собой любимого, и стрела пронзила ее в самое сердце. Дитерий, поняв, что натворил, решил бежать из страны навсегда. Ватилий же, спасенный от смерти, ценою жизни любимой, пустился в погоню за убийцей. Долго он преследовал свою цель. И, наконец, когда нашел, вонзил Дитерию в сердце клинок. Месть никогда не приносит успокоения. Хоть и воздал по заслугам Ватилий за любимую, но все равно жгучая боль разрывала его сердце от потери Пальриты.
Он добрался до гор, что возле океана, спрыгнул с самого высокого утеса и разбился насмерть. На местах погибели влюбленных выросли прекрасные цветы – Дефинарии, почитаемые самой Смерью. А горы, что возвышались поблизости, с тех пор зовутся Правыми да Левыми Дефами, а между ними с тех пор процветает наша страна Фертилия.
– Досси, а зачем она заслонила его собой? Чем-то разве можно дорожить больше, чем собственной жизнью?
– Конечно, милая.
– Что же это? Его жизнь для нее была ценнее? А он-то все равно потом покончил с собой. Напрасно она собой пожертвовала, получается.
– Вы очень умная девочка, госпожа, но поймете, когда сами полюбите.
Альда призадумалась:
– А вот ты, Досси, ты готова заслонить собой от смерти другого человека?
– Да.
Принцесса удивленно уставилась на няню. За кого она может жизнь свою отдать: ни мужа, ни детей у Досси нет.
– Кто это?
– Вы, принцесса.
– Я? – удивилась Альда. – Но почему?
– Потому что люблю вас.
Досси натянула одеяло Альды почти до носа, пожелала спокойной ночи и удалилась.