Чтение онлайн

Пока подростки шарили по карманам в поисках мелочи, Семенов взял бутылку нежирного тана и внимательно посмотрел на подростков. Лохматому парню в худи и широченных штанах и его спутнице с дредами в розовых лосинах было не больше пятнадцати.

— А почему вы продаете спиртное несовершеннолетним? К тому же, — Семенов посмотрел на часы, — к тому же по закону вы и взрослым должны продавать спиртное не раньше 11 утра, а сейчас только 8.

— Эээ, я нычего не знау, начайник сказала, — затараторила на ломаном русском киргизка.

— Мужик, тебе, чо, делать нечего? — агрессивно качнулся в его сторону парень.

— Леша, не надо, пойдем отсюда… — девушка испуганно потянула его за рукав худи.

Наткнувшись на решительный взгляд Семенова, вставшего между подростками и прилавком, на который продавщица выстроила батарею алкоэнергетиков, парень сник, убрал деньги в карман и, бормоча под нос матерные выражения, поплелся к выходу, таща девушку за руку, как собачонку на привязи.

— Ты чего хулиганишь?

Из подсобки вылез крепкий чернявый мужик. Замызганная спецовка резко контрастировала с массивным золотым полумесяцем, который на не менее массивной золотой цепочке свисал на волосатую грудь мужика.

— А ты кто такой? — невозмутимо спросил его Семенов.

— Тебе какой дело? Законопослушный гражданин, — буркнул мужик.

— Ну, вот сейчас я позвоню в милицию, и мы узнаем, с какой стати законопослушные граждане продают детям спиртное.

— Эээ, зачем обижаешь! Мы просто работаем, кормим семью… — Мужик сменил грубый тон на заученные заискивающие интонации.

Семенов развернулся и вышел из магазина. На улице он достал мобильный и позвонил в милицию.

— Добрый день! Есть данные, что в магазине «Бублик» в Зеленом переулке работают нелегальные мигранты и нарушаются санитарные требования. Кто звонит? Супергерой Черный Плащ.

Семенов убрал телефон в карман своего пальто. К прослушке премьерского телефона никто не мог лолучить доступ, а номер его нигде не определялся.

Вскоре Виктор почувствовал, что его стало неумолимо клонить в сон. Так, тут где-то должно быть метро. Он запахнул пальто и быстрым шагом пошел вперед.

Субботним утром центр Москвы был малолюден, лишь щебетали азиаты в оранжевых жилетках, неумело сгребая мусор. Мимо Семенова несколько раз пронеслись веселые стайки клубной молодежи, чьи молодые лица несли припухлость ночных пороков.

А вот и метро! Семенов дождался зеленого и стал переходить улицу. Краем глаза он заметил угрозу и вовремя отскочил назад: мимо него на полной скорости пронеслась «Ауди» с мигалками. Метрах в 50 она притормозила, и с заднего сидения высунулась пьяная опухшая морда известного сотрудника столичной мэрии.

— Жить надоело, гандон? — после чего машина взвизгнула и скрылась за поворотом.

Во что мэр превратил столицу? Снимать, пора его снимать. А был ведь вроде нормальный мужик, когда начинал… А теперь такая же коррумпированная гнида, как и остальные чиновники, доставшиеся Семенову в наследство от Вильченко.

Семенов осторожно спустился в метро. В отличие от улицы, там уже кипела жизнь. У кассы выстроилась хмурая очередь. После покупки тана Виктор едва наскреб денег на покупку проездного билета.

Он спустился по эскалатору в вестибюль метро, сел в подоспевший поезд и, отхлебнув тана, обвел глазами вагон. Затюканные жизнью толстые бабы с безразмерными сумками, мужики с потухшими глазами, от которых разит перегаром… Какой контраст с тем, что он увидел около клуба и в модном баре! Две разные степени деградации России. Если страну считать рыбой, она гниет со всех сторон.

На одной из станций в вагон зашла удивительно красивая румяная девушка с пухлым сынишкой. Их внешний вид, словно лучик света, прорезал беспросветную муть утреннего метро. Малыш посмотрел на Семенова и улыбнулся; в его огромных синих глазах Виктор увидел то, ради чего он и вел свою борьбу. Ради светлого будущего таких вот русских детей.

Выходя на своей станции, Семенов не удержался и потрепал малыша по головке.

В переулках он не без труда нашел свою машину и отправился домой. Сегодня у премьера будет выходной.

Клуб делал все, чтобы омрачить это торжество. Одной из задач Марковского стала дискредитация новой власти — ведь Волков воспринимался многими как бледная тень Семенова, и Марковский собирался укрепить общественное мнение в этом заблуждении. Таким образом он рассчитывал не только подорвать авторитет властного тандема, но и вбить клин между двумя соратниками. Если новый президент почувствует себя в своем кресле неустойчиво, он начнет искать поддержки не только у премьера и своего друга Семенова. Вот тогда и можно будет легко разбить тандем «президент — премьер». Ничто так не развращает, как власть, и этой слабостью человеческой натуры надо уметь воспользоваться…

…Старенький, но крепкий поезд советского производства монотонно стучал по рельсам, вагоны были до отказа забиты жителями российской глубинки, которые по разным своим суетливым делам приезжали в столицу, а теперь возвращались домой. Повсюду шуршала фольга, обнажая копченое нутро курочки, аппетитно хрумкали скорлупки яиц и кожица спелых томатов, кое-где на столиках появились бутылки недорогой водки. Внезапно поезд сильно тряхнуло, раздался звон стекла, с верхних полок попадали пассажиры, а буквально через мгновение весь состав подбросило вверх, и многие вагоны тут же загорелись. Поезд рухнул и бессильно обмяк, из окон и дверей вываливались изувеченные тела, вокруг было полно оторванных и обугленных конечностей. Маленькая девочка с безумным взглядом пыталась вырвать куклу из рук мертвой матери…

На холме над железной дорогой возвышалось обычное провинциальное кафе с незатейливой вывеской «Мимоза». На импровизированной летней террасе сидели двое — дорого одетая холеная барышня и заросший черной щетиной угрюмый мужчина. Женщина убрала в сумочку складную подзорную трубу и одним глотком опрокинула в пухлый рот остатки остывшего кофе.

— Отличная работа, Богдан, все как по нотам.

— Рад стараться, Мих… то есть Софья Леонидовна. Что дальше? — пробурчал мужчина с характерным южнорусским акцентом.