Чтение онлайн

Мы поели, выясняя кто и сколько завтра проплывет и куда отправимся на рыбалку. А еще Аравель подмигнул сообщив, что тот альфа так и не отстал. И когда меня спящего несли в бунгало, осторожно следил взглядом. И еще я узнал, что та бухта будет за нами официально закреплена. Клаус, при регистрации, пока я ушами хлопал да воздух нюхал, сообщил с кем приехал и запросил разрешение на метку. Объяснять и пояснять что омега будет пытаться ипостась на себя примерять не нужно. Стоило только сказать, что прибыли в компании омеги и нужно разрешение на метку территории, как все вопросы завяли на корню. Да, пришлось доплатить за каждый день занимаемой территории, но Клаус был к такому готов и молча все принял и сказал, что как найдут подходящее место сообщат. И пока Аравель меня спящего купал, Клаус объяснил где именно ее поставил и ему так же сообщили, что снимать они должны будут ее сами - либо большой штраф.

Наевшись, выползли на небольшую террасу перед официальным входом в бунгало и разлеглись по шезлонгам. Эти два довольных котяры угнездились на одном, я на другом и между нами столик с морсом, пивом для них и кофе в термосе. И красота. И тишина в душе. Умиротворение. А еще запах.

Я приподнял голову. Запах был довольно интересен. А Аравель насторожился и, посмотрев на меня, разрешая проверить, слегка кивнул. Клаус будто спал, но едва заметно приподнял верхнюю губу, как хозяин территории, заметивший нарушителя. Легкий щипок от Аравеля, и он расслабился, постарался по крайней мере.

Мне же было интересно. Я встал так тихо, как только мог и удивленный взгляд Аравеля говорил, что мне удалось. Пошел на запах. Мягко, тихо и всматриваясь в темноту. Видел я прекрасно. Мой зверь принюхался и заинтересованно прислушался. И мы притаились. Ветер шел в нашу сторону, так что себя я не выдал вообще. А спереди был тот альфа, что плыл рядом со мной. А еще, кажется я увидел сквозь завесу его ягуара. Огненные лапы, желтые бока, черные пятна. И ягуар нас не ощущал. А мой таури уже рассмотрел его и мягко согласился. Я даже оторопел. На что ты согласен?

Но, кажется ветер сменил направление, и альфа унюхал нас. Улыбнулся и медленно пошел в нашу сторону. Я решил не делать вид пойманного шпиона, накинул на наши мордашки праздное любопытство и слегка отступив от дерева шагнул вперед. Ну, вот ни разу не стоял и не смотрел. Иду, значит, такой весь мистер невинность и театрально вздрагиваю. А на меня смотрят с затаенным альфа-великолепием. Ну и дурак! Я его вижу и уже знаю - слаб и так, и эдак. А щит вообще зеленый. У моего зверя и-то мощнее.

– Привет.
– Растягивается он в улыбке.

– Привет.
– Я типа испугался и все из этого идущее, ползущее и слегка отходящее в сторону.

– Видел тебя сегодня в море.
– Он обласкал меня взглядом с ног до головы.
– Хорошо плаваешь. Я Рой.
– И он протягивает руку.

– Крис.
– Протягиваю в ответ.

Сильное рукопожатие. Рука теплая, сухая, уверенная. А мне нравится его уверенность. Да и таури стреляет глазками, а щит не снимает. Заигрывает. И зверь его не напирает, оставляя право прятаться и заигрывать, осматривать и оценивать. Воспитанный, однако, самец.

– Ты пловец?
– спрашивает он.

– Нет. Просто умею руками в воде перебирать.
– Улыбаюсь в ответ.

– А старшие?
– закономерный вопрос, ибо теперь пара будет всем желающим демонстрировать и щит и тех, кто этот щит поставил, и что с таким ментальным дуэтом делать без разрешения нечего.

– Отдыхают. Шезлонг давят.
– Я обернулся и всмотрелся в темноту.

Никого. Аравель не пошел за мной. Клауса я не ощущаю рядом. Доверяют.

– А ты?

– Тебя учуял. Разведка.
– Я повернул голову и всмотрелся в его лицо.

Молодой, чуть старше меня. Примерно двадцать пять. Симпатичный. Да и его кот подтянутый, ногами пружинит, глазами сверкает. Физически же оболочка стройная, пресс, на руках мышцы, но тут, наверное, без штанги. Скорее всего бегает, или плавает. Волосы короткие, что мне больше нравится, чем патлы в глаза лезущие.

– Надеюсь без боя?
– улыбается, зубы ровные, блестят в темноте от попадающих бликов света, идущего от воды и звезд.

– А это уже от шпиона зависит.
– Я пристально на него смотрю, а он взгляд не отводит, красуется своим ягуаром.

– Могу предложить коктейль? Или без старших нельзя?
– так же закономерный вопрос, ибо омегу стерегут пуще прежнего и старшие пусть и вдалеке, но обычно на глазах мелькают.

Я повернулся и долго всматривался в темноту. Ни шороха. Если судить по тому, что я услышал про умения Клауса, то он нас слышал даже с такого расстояния. До последнего слова. А если еще учесть и щит, то будь ну хоть малейшая недовольная с его стороны мысль и Аравель бы уже вжимал ягуара в песок, приговаривая, какой тот вкусный и полезный для зубов.

– Разве ты их видишь?
– я повернулся и приподнял бровь.

– Нет, не вижу. Даже не слышу.
– Он улыбнулся, все правильно понимая.
– Согласен?

– Идем.

И мы пошли в сторону круглосуточного бара на открытом воздухе с навесом под танцпол и несколько столиков вокруг. В тот момент я этого не знал, но Аравель заставил Клауса лежать смирно и не мешать мне. Клаус порыкивал, так как ему не нравилось, что в зону его щита вторгся наглый сопляк. И еще увел с собой в толпу, где был еще один альфа, того, чье тело и душу он теперь защищает наряду со своим супругом.

Я в этот момент вошел в бар. У стойки было несколько человек и все отдыхающие этого курортного местечка. Знаю, встретить свободную омегу в таком месте это просто невиданная удача, но и осторожность превыше всего. Во-первых, омега не одна и щит ощущают все. Во-вторых, администрация данного отеля незримой тенью следит за передвижениями и выставляет охрану, которая в штатском форсирует поблизости. Ну и в-третьих, омега может уже быть занята и состоять в паре. А встретиться с разъяренным альфой - умереть мучительной смертью. И это не абстрактное предположение, это реально именно так. И закон тут бессилен. Омегу в паре трогать запрещено. Альфа будет находиться в состоянии аффекта с того момента, как ощутит запах соперника или, не дай то Боги(!), учует панику или страх своего омеги. И никакие законы, предупреждающая стрельба или преграды его не остановят. Альфа впадет в неконтролируемую ярость и будет защищать свое, до тех пор, пока вокруг не останется ни одной преграды.