Алиса
Шрифт:
С течением времени общественные нормы превратились в законы.
В XIX веке внимание начали уделять развращению малолетних грехом чревоугодия, прививанием им привычки с детства жаждать запретных и малодоступных яств.
В российском Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года принуждение детей к употреблению пищи, сдобренной вкусовыми усилителями, к которым относились любые специи, приправы и соусы, обозначалось преступлением уже не нравственным, а уголовным. Растление малолетних, прививание им привычки к вкусной еде вредило государству.
Следующим нормативно-правовым актом, развившим ответственность за ненасильственные преступления против пищевой неприкосновенности несовершеннолетних, стало Уголовное Уложение 1903 года, которое содержало отдельную главу, имевшую название «О непотребстве». Устанавливалась ответственность за совершение «развращающих действий» в отношении лица, не достигшего четырнадцатилетнего возраста. Раз отведав вкусную пищу, ребёнок уже не желал питаться пресной и доступной гадостью. Он становился более падок на преступления ради удовлетворения своих аппетитов.
И взрослых, уличённых в кормлении малолетних не предназначенной для них едой, начали наказывать уже по закону.
Приход XX века фундаментально изменил общество.
В википедии Алиса прочитала следующее:
Продовольственная революция — процесс и результат коренных изменений в пищепотребительной жизни общества, характеризующихся существенными преобразованиями ценностей, связанных с процессом пищепринятия, ориентаций, норм, санкций и пищевых ограничений, и ломающий общественные консервативные нормы, вроде потребления пищи, приготовленной другим лицом, вне брака, использования специй и приправ и так далее.
Отношение к пищепринятию в обществах с христианской культурой вплоть до последней трети XX века основывалось в первую очередь на традиционной христианской морали, которая была основана на Библии и традициях. Среди особенностей общества того времени можно выделить следующее:
— Пищепринятие было табуированной темой в обществе;
— Затруднительность соблюдения санитарных норм в процессе приготовления, потребления и хранения пищи;
— Декларируемая неприемлемость приготовление пищи вне семьи;
— Постыдность любых болезней, связанных с работой желудочно-кишечного тракта или полученных в результате занесения в организм инфекции через срамное ротовое отверстие. Затруднительность лечения таких болезней, их сокрытие и замалчивание;
— Различное отношение общества к внебрачному пищепринятию для мужчин и женщин. Для неженатого мужчины потребление пищи вне домашнего очага и пользование услугами кухарок оставалось естественным, во всяком случае, простительным. Женщина, уличённая в приготовлении пищи посторонним лицам до замужества, автоматически отвергалась обществом. Открытие внебрачных угощений кого-либо в глазах общества гораздо более компрометировало замужнюю женщину, нежели женатого мужчину;
— Не только религиозное и моральное неприятие, но и юридическое преследование за распространение обладающей вкусовыми преимуществами пищи;
Однако уменьшение влияния церкви, переход от аграрного общества к индустриальному привели к изменению сознания людей. Консервативные традиции подверглись сомнению, женщины стали добиваться равенства с мужчинами.
Зигмунд Фрейд был одним из первых учёных, занявшихся проблемой пищепринятия. В своих работах, посвящённых этому вопросу, он связывал многие психологические проблемы человека с табу и ограничениями в сфере удовлетворения голода. Многие последователи прослеживали связь между налагаемыми в детстве и последующей взрослой жизни запретами и табу на употребление пищи и отклонениями поведения у уже сформировавшихся личностей.
Двадцатый век внёс значительные коррективы в культуру и моральные нормы общества. Во второй его половине пищепринятие перестало быть запретной темой в обществе. Сначала молодые люди, а за ними и немолодые, постепенно порывали со старым представлением о потреблении пищи. Появились движения, которые стали бороться за пищевую свободу.
Кулинария перестала быть чем-то неприличным. Профессия учёного, исследующего нутрициологию, уже не считается зазорной. Уменьшилась роль «традиционных ценностей», возросла самостоятельность женщин. Они уже не стремятся во что бы то ни стало выйти замуж. Продовольственная революция тесно переплетается с феминизмом.
В современном мире кормление приготовленными блюдами вне брака — норма. Важность здорового и разнообразного рациона доказана. Ублажение организма вкусной едой вне рамок, необходимых для выживания, перестало быть порицаемым. Во всём мире разрешили приправы, специи и прочие ухищрения, придающие приготовленной пище особенные вкусовые характеристики.
Продолжает чётко регламентироваться законом только пищевое воспитание несовершеннолетних. Если взрослый человек — сам себе хозяин, то развращение детей пагубными пристрастиями всё ещё карается, и законодательные нормы в этой сфере становятся только жёстче. После массового введения стандартных наборов питания в шестидесятых-семидесятых годах прошлого века, угощение детей приготовленной пищей даже без использования вкусовых добавок, стало уголовно наказуемо.
Всё потому, что современный мир, ставший слишком разнузданным в вопросах потребления пищи, сделал доступными вредные для здоровья излишества. В обществе появились толстяки, эту нездоровую тенденцию даже используют в пропаганде новых ценностей.
Вредная еда — выбор, который имеет право сделать взрослый. Но за совращение несовершеннолетних и преждевременное открытие для них сомнительного для пользы мира пищевых удовольствий, можно сесть в тюрьму.
Стандартные наборы разработаны ученными для удовлетворения всех потребностей организма. Прогресс в этой сфере позволил в последнее десятилетие исключить из них скоропортящиеся элементы в пользу специально предназначенных для долгого хранения и максимально сбалансированных.
До достижения восемнадцати лет употребление иной пищи строго преследуется законом.
А вот на болезненном для привычного Алисе мира вопросе сексуальном здешние диковинные реалии сказались очень позитивно.
Доступность и нормальность секса, отсутствие запретов и ограничений, свело концентрацию на вопросе к минимуму. Преступления на сексуальной почве были редкостью. Измены не разрушали браки. Доступность контрацептивных средств сильно снизило проблему заболеваний, передающихся половым путём. И даже до их массового распространения одной лишь осведомлённости в данном вопросе хватало для существенного снижения количества нежелательных беременностей в результате половых актов даже в пору Средневековья. Уже тогда женщины умели с ранних лет высчитывать безопасные дни, использовали первые презервативы из льна, мочевых пузырей и кишок животных, отцы учили мальчишек тонкостям прерывать половой акт до семяизвержения в лоно партнёрши, а матери дочерей — прочим хитростям, снижающим риск случайного зачатия.