Чтение онлайн

Михаэль с удовлетворением наблюдал за ее замешательством, отметив для себя, что лучистые глаза Корделии совершенно прелестны, особенно в моменты смущения. Волна желания поднялась в нем.

К своему ужасу, девушка прочла это желание в глазах мужа. Корделия уже научилась распознавать вожделение за последние пару лет, с тех пор как ее положение при дворе изменилось и недавняя девочка-подросток стала выходящей в свет дебютанткой, притягивающей внимание многих придворных помоложе. Но похотливое выражение во взоре мужа заставило ее поежиться. Кроме желания, в нем была явная безжалостность.

— Надеюсь, вы меня поняли, — произнес он.

Даже слишком хорошо. Корделия кивнула в ответ:, — Вы выразились вполне ясно, милорд.

— Отлично. Ежели вы и впредь будете столь же внимательно прислушиваться к моим словам, мы вполне поладим.

А теперь я провожу вас в наши апартаменты.

С этими словами князь плотно прижал ее руку локтем к себе. Корделия обреченно подумала, не захочет ли он, оставшись с ней наедине, тут же удовлетворить свою внезапно возникшую потребность.

— Вы будете играть в карты, милорд?

Шум, доносившийся из комнаты для карточной игры, примыкавшей к салону, ясно свидетельствовал, что завзятые поклонники фортуны уже занимают свои места за столами.

— Нет, только не сегодня, — коротко бросил он, шествуя с ней по залу, раскланиваясь налево и направо и улыбаясь своей змеиной улыбкой на приветствия знакомых. — Завтра предстоит трудный день. Король милостиво предложил нам завершить обряд венчания в его личной часовне в Отель де Виле в Париже.

— Как я поняла из ваших слов, это будет весьма скромная церемония.

Корделия изо всех сил старалась, чтобы он не заметил дрожи в ее голосе, и попыталась обрести самообладание. Она была совершенно не готова к брачной ночи, по крайней мере сегодня. Она уже настроилась встретить неизбежное завтра, но мысль о том, что может случиться в ближайший час, представлялась непереносимой.

— Безусловно. Будут лишь виконт Кирстон и несколько самых близких друзей.

— А ваши дочери?

— Боже, а для чего им при этом присутствовать?

Казалось, он был искренне удивлен подобным предположением.

— Мне думалось, это вполне соответствует обстоятельствам, — пробормотала Корделия. Очевидно, она сделала еще одну ошибку.

— Совсем наоборот, — веско произнес он, открывая дверь в комнату Корделии. — Они будут ждать дома, чтобы приветствовать вас.

Корделия состроила гримаску, повернув лицо в сторону, и вошла в комнату. Не очень-то похоже на то, что ее будет ждать в доме мужа теплый и обнадеживающий прием. Князь последовал в комнату за ней, закрыв за собой дверь. Дурнота снова подступила у нее к горлу. Но по крайней мере он не набросится на нее прямо на глазах у Матильды.

Матильда поднялась из кресла, сидя в котором она подшивала одну из разорванных оборок на платье Корделии, и присела в книксене перед своим новым хозяином.

— Как я понимаю, вы служанка княгини.

— Да, милорд. Зовут меня Матильда. Я нянчила мою госпожу, когда она была еще совсем ребенком.

И Матильда снова присела в книксене, являя собой воплощенную покорность. Сейчас в этой смиренной служанке не было и следа той решительной женщины, какой она предстала перед виконтом Кирстоном. Матильда с ходу поняла, что если придется не по нраву князю Михаэлю, он выставит ее без малейшего промедления, — Матильда была моей первой няней.

Михаэль нахмурился:

— Вам нужна служанка, более искушенная в придворных обычаях. Пожилая нянька вряд ли годится в камеристки жене прусского посла.

Корделия быстро прикинула в уме сложившуюся ситуацию.

— Пусть будет так, как вы сказали, милорд, — сказала она, стараясь, чтобы ее голос выражал одну только покорность воле мужа. — Вы, конечно, искушены в таких вещах больше меня. Но Матильда пользовалась расположением императрицы Марии Терезии. Она порой приглядывала и за будущей супругой наследника престола — так доверяла ей государыня.

Михаэль задумался. Хотя они и далеко от Вены, всем было прекрасно известно, что у Марии Терезии есть глаза и уши при каждом королевском дворе. Вряд ли стоит прусскому послу досаждать императрице Австрии даже по столь незначительному поводу, как устранение постаревшей служанки.

— Ладно, поглядим, как она будет работать. И если возникнет необходимость, я найму для вас более подходящую камеристку, а бывшая нянька станет работать под ее началом в качестве портнихи и белошвейки.

Корделия бросила взгляд на Матильду, которая так и оставалась в книксене с ничего не выражающим лицом.

— Я совершенно уверена, что вы сами убедитесь — Ма-, тильда столь же хорошо знает свои обязанности, как и любая другая служанка, милорд.

Михаэля, похоже, рассердила подобная настойчивость.

— Я разберусь. Вряд ли кто-нибудь из вас совершенно точно знает, что требуется от прислуги человека такого положения при дворе. Да и откуда вам это знать?

Он сделал нетерпеливый знак рукой Матильде.

— Помоги своей госпоже лечь в постель, женщина, и сообщи мне, когда она будет готова.

Ладони Корделии моментально вспотели.

— И поторопись, — велел князь, поворачиваясь и выходя из комнаты.

— Я совершенно не готова, Матильда. — Корделия принялась нервно мерить шагами комнату. — Думаю, я не перенесу, если он притронется ко мне сегодня ночью.

— Ты вынесешь все, что тебе предстоит, как все женщины до и после тебя, — холодно заметила Матильда. — Но мне кажется, князь не будет сегодня домогаться тебя. Он из тех людей, что живут только по правилам.

Она принялась расстегивать платье Корделии.