Альсара
Шрифт:
— Ты историю изучала? Человечество чуть не погибло, когда началась война с машинами.
— Их победили, и одним из столпов победы были электраэтерналы. Но механической угрозы не существует давно, и эта способность осталась невостребованной. Хотя сейчас это приобрело другой смысл. Ты можешь использовать, проще говоря, направлять молнии куда захочешь.
Похоже, тут никто не переживал, если у него ничего не получалось, для таких случаев существовал специальный режим обучения. "Коллективное беспамятство", как его называла Сантана. Но сейчас это был коллективный астрал. Их вместе погрузили в это состояние, связав их мысли, словно тоненькой ниточкой. Азия видела всё таким, как она представляла, но рельеф определял Рон. Это был её мир, но для других он был другим. Каждый видел то, что хотел, но общая картина оставалась неизменной. Азия по своей старой привычке попыталась закутаться в одеяло и обнять подушку, улыбаясь, спала, рядом с Сантаной в одной комнатке, но при этом они находились где-то далеко.
Здесь совсем не место для отдыха. Ни на секунду не ослабляя бдительности, Азия была снова одета в яркое белое платье, с вырезами и широким шлейфом. Хрустальные босоножки. Теперь её соратники больше не выглядели мешковатыми, невыспанными или уставшими. Все были похожи на гладиаторов. Только Рон оставался таким, как был.
— Азия, вы помните друг друга, это Шарон, — Рон указал на огромного атлета с квадратным лицом, — Шарон, хоть сейчас поздоровайся с Азией…
— Приветик, моя сладкая…
— Приветик Шарон… — Азия села в импровизированное кресло, в котором смотрелась как принцесса.
Рон продолжал её знакомить со всеми остальными. Но только Шарон относился к ней с явным презрением. А она своей надменностью только это подтверждала.
— Шарон архонт — управляющий огнём и светом, я управляю временем и скоростью, поэтому мне удаётся фактически телепортировать, но реально очень быстро перемещаться. Бегемот — это его ненастоящее имя, как и у многих других, — способен к левитации, он может поднимать в воздух вещи, силой мысли, создавая вокруг невесомость. Ты же хочешь научиться создавать солнечные зайчики из электротока?
— Просто у меня ничто другое не получается… — Ответила Азия Рону.
Рон говорил спокойно и понятно:
— Представь себе, все те места где, по-твоему, находятся электроны. Представь, как они боятся покинуть насиженные уголки атомов.
Азия улыбнулась:
— Я представляю их больше похожих на зайчиков или котят.
— Видишь, как всё просто, и они постоянно и так движутся, осталось их поймать и направить, и они все будут тебя слушаться.
Рон исчез, а Азия осталась думать над его словами. Но ведь и вправду в этом месте она может чувствовать каждый отдельный электрон, почему бы не попробовать. Тем более, что все другие были уже заняты какими-то своими делами, совсем далёкими от Азии. Вокруг были пески, пальмы и вулканы, а так же качающиеся скалы, словно древние статуи. Но Азия не хотела больше ни о чём думать.
Она погрузилась в мысли: "Где живёт электрон?". Она представляла, как маленькая птичка сидит в своей норке, как вылупившиеся птенцы не могут поместиться в гнезде. Ведь случайно она уже всполахивала целые стайки этих птичек. Почему сейчас не найти всего одну. Одинёшеньку.
— Ну что, маленькая моя, получается, — зазвучал издевательски знакомый голос.
Шарон вроде случайно толкнул Азию. Но девочка сделала вид, что не заметила этого.
— Знаешь. Когда я впервые занялся поисками огня, мне Рон не помогал.
— Ты ведь знаешь, что Азия не менее талантлива, чем ты, — сказала Сантана, оказавшаяся рядом, — ты ей проиграешь спарринг, когда она будет на пике, сила тока лучше, чем твой огонь.
— Огонь и ток неспособны сдержать друг друга. Но сила архонта не измеряется только его способностью. Сильнее тот, кто больше тренируется. А в остальном, как ты знаешь, я не люблю любимчиков.
Азия делала вид, что ничего не замечает, хотя это было и сложно. Даже в астрале сложно, а как будет в реальном мире.
Азия набралась наглости и обратилась к Шарону:
— Почему ты так со мной, — надула губки Азия, соблазнительно взмахивая ресничками.
— Можешь и не пытаться, твои и чары на меня не подействуют.
— Я вовсе и не пыталась…
— Да ладно! Ты единственная, кто попал сюда без усилий и желания. — Он криво улыбнулся, — тебя даже пришлось уговаривать.
Азия просто не знала, что ответить:
— Шарон, выслушай меня, прежде чем судить, — Азия понимала, что наивные глазки его скорее отвернут от неё, но не могла ничего с собой поделать.
— Разговор окончен. Ты никогда и ничего не добивалась своими усилиями. Ты привыкла жить за счёт других…
Азии было тяжело это слышать. Не столько потому, что это были обидные слова, сколько она не могла никак это опровергнуть, ничего сказать в ответ. Азия чуть не заплакала, от этих слов ей пришлось сдерживаться.
— Я же не виновата, что мне всего шестнадцать лет. И…
Дальше оправдываться было тяжело. Азия хотела уйти.
— Да, и вот таким образом, ты ещё и здесь очутилась. Тебе просто везёт. — "И понятно, почему Сантана тебя так защищает, вас неоднократно видели целующимися". — Подумал Шарон.
— Но ведь здесь не запрещено целоваться, — возмутилась обиженная девочка.
— Азия, ты не контролируешь собственные способности. Я ведь ничего не сказал об этом случае. Просто я о нём вспомнил. А ты мне ответила вслух. Люди часто говорят одно, а думаю о другом. Если ты хочешь, чтоб никто не понимал, что ты видишь их мысли. Не отвечай на них вслух.
— Извини. Я просто не поняла, как это произошло. Я не контролировала свои слова.
— Просто в следующий раз не озвучивай того, что ты понимаешь. Я вижу, Сантана постаралась, она научила тебя всему тому, что умеет сама.
Поднялся ветер, он раздувал их одежды, особенно воротник Азии, не давая ей нормально говорить. Азия ничего не успела сделать, как её ударило током. Светлые волосы стали дыбом. И она уже не могла поправлять причёску, волосы не слушались. Азия распустила хвостик.
"Не думала, что здесь всё будет таким реальным. Я нахожусь в астрале, а всё равно должна следить за своими волосами".
Азия не верила себе от счастья, электрические молнии словно окутывали её астральное тело. Все старания и попытки оказались не безрезультатны.