Алые перья стрел
Шрифт:
— Аркашки, Тимы и Данилки. Они разъехались из города. Навсегда.
— Все враз?
— Так получилось. У Аркашки отца перевели на стройку в Голубые Холмы. Тимкиных родителей пригласили в новый театр, в Ясноград. А Данилку мама увезла в деревню, тоже насовсем…
— И ты их больше не видел?
— Нет, почему же! Когда у меня появился самолет… я ведь рассказывал, как он появился… и когда меня зачислили в летчики, я полетел к ним сразу. Первым делом в Голубые Холмы…
Он посадил «Стрекозку» на краю городка, помчался по незнакомым улицам, держа перед собой клочок бумаги с адресом. Нашел дом, взбежал по лестнице, надавил звонок…
У появившегося на пороге Аркашки расплылось лицо.
— Ух ты! Антон!
— Я за тобой! Летим к ребятам! У меня самолет, настоящий, честное антарктическое!
Аркашка не очень удивился.
— В кружке построили, да? А у нас на технической станции роботов делают. Хочешь, покажу?
— Потом… Ну, ты что? Давай скорее полетим к Тиме и Данилке!
Антошка поцарапал кроссовкой линолеум. Оглянулся на висевшие в передней часы.
— Понимаешь… у меня в два часа занятия на станции. Я там не достроил одну штуку.
— Аркашка, — тихо сказал Антон. — А как же Антарктида?
Аркашка еще раз оглянулся на часы.
— А ты… знаешь что?! Ты слетай сначала к Тимке. Договоришься с ним, а потом прилетите за мной. Я… может, освобожусь к тому времени.
— Ну, что ж… — сказал Антон. И стал спускаться по лестнице.
Тима играл на скрипке.
Он увидел в зеркале Антошку. Тот остановился в двери и слушал игру.
— Антошка… это по правде ты?
— Хочешь вернуться в Антарктиду? У меня самолет. Честное антарктическое…
Тима посмотрел на скрипку.
— А ее можно взять с собой? С ней ничего не случится на высоте?
— Мы ее завернем. Я полечу очень осторожно…
И тут в комнату вошел знаменитый Тимин папа-артист.
— Антоша. Я могу поговорить с тобой как мужчина с мужчиной? С глазу на глаз.
— Конечно, дядя Витя.
Они вышли в другую комнату, дядя Витя взволнованно поправил на круглом животе подтяжки.
— Видишь ли, Антоша… Я тоже понимаю, что такое дружба. Что такое любимые места, любимые игры и так далее. Да… Но Тима так увлечен музыкой. Недавно он играл уже в настоящем концерте, и скоро снова… Занятия скрипкой требуют постоянного труда…
Антошка опустил голову. Перед глазами замелькал вертящийся пропеллер. Впрочем, это не сейчас, а когда он уже вел «Стрекозку» к деревне, где жил теперь Данилка.
Данилка сидел на крыльце и лепил из глины веселого крокодила. Антошка не успел ничего сказать. Данилка встал, обернулся, будто его окликнули. Глаза у него и даже веснушки засияли.
— Ну вот. Я всем говорил, что ты приедешь. Даже мама не верила, а я все равно знал… Ты на чем?
— На самолете… Я не шучу, Данилка, не думай! Есть маленький самолет. Летим в Антарктиду!
Данилкина радость потускнела.
— Если на самолете, мне нельзя. Не разрешат.
— Но это совсем безопасный самолет!
— Врач все равно не разрешит. Оказывается, у меня сердце не в порядке. Поэтому и в деревню переехали, здесь спокойней. Мне даже бегать не дают, а на высоту и совсем… Если будет осложнение, придется делать операцию. Я не боюсь, да мама вся извелась…
Антошка положил ему руки на плечи.
— Данилка… ты не горюй. Я буду прилетать. Часто…
— Я и прилетал, — сказал Антон Алешке. — И к Данилке, и к Аркашке, и к Тиме. И сейчас прилетаю. Иногда… Времени только мало, постоянно в рейсах. Заповедные леса, тридевятые государства…
— Но это же, наверно, интересно, — неуверенно сказал Алешка.
— Бывает интересно. Бывает даже страшно, а иногда весело… Только все равно…
— Что все равно?
— Не нужны сказки, если ты один. Скучно в них одному.
— Но ты же всегда летишь с пассажиром!
— Ну и что? Он долетит и уйдет. У каждого своя сказка, своя дорога. По чужим сказкам летаю уже целый год, а своей у меня нет. Кончилась…
— Думаешь, кончилась?
— Конечно. Антарктиды больше нет, ребят я не собрал… А самая хорошая сказка — это когда находишь друга.
— Знаешь что, Летчик? Тебе нужен второй пилот.
— Пилоту второе кресло нужно, а оно ведь для пассажира. Вот если бы кто-то, как Данилка или как Тима… или еще кто-нибудь. Чтобы рядом посадить можно было, как тебя… Нам бы тесно не было…
— Я понимаю… Жаль, что у меня другая дорога.
Антошка не ответил. Посидели молча. Летчик встал.
— Солнце уже низко. Пора…
— А обратно я тоже с тобой полечу?
— Обратно на поезде. Так полагается. Говорят, удобнее и проще… Ну, полетели…
Даже с высоты было видно, что солнце уже у самого горизонта. Оно рассыпало по стремительным лопастям винта красные блики.
— Вон за тем лесом Ветрогорск. А дальше — море… — И Антошка плавно двинул вперед ручку управления…
Они приземлились недалеко от окраины, в большом поле. За высокими травами догорал закат, над ним желтел месяц.
Алешка выпрыгнул из кабины. Летчик тоже выпрыгнул и встал рядом.
— Ну вот, теперь уж совсем прилетели…
— Далеко до города?
— Недалеко. Иди прямо на закат. Скоро начнется дорога, пойдешь по ней и почти сразу увидишь дома…