Чтение онлайн

Их корабль — точнее, корабль, который они позаимствовали у инквизиторов (которые, в свою очередь, позаимствовали его у патрульной службы), — уверенно двигался вперед уже почти полутора суток с того момента, как их троица зашла на борт. С горем пополам им удавалось вести судно курсом к столице — ну, или, по крайней мере, они на это надеялись. В остальных аспектах корабельной жизни проблем тоже не возникло. В трюме нашлись не только приличные запасы еды и воды, но и добротные спальники, а также — что особенно порадовало Джейл — целый арсенал оружия. Осталась самая малость: добраться до берега. Если верить Клэйву (что после дневного стояния за рулевым веслом, а затем четырех часов в плавильне спал мертвым сном в трюме), это должно произойти часов через десять. С учетом того, что на востоке только-только брезжили первые лучи рассвета, то где-то к полудню они должны причалить немногим севернее Тар-на-Латара.

Теолрина такой расклад вполне устраивал.

Поднявшись на палубу, он поежился от холода и поплотнее закутался в подбитый мехом плащ, весьма удачно найденный в недрах судна. Мелодия, с которой огонь пожирал стекло и уголь, сменилась на другую, тоже приевшуюся — на плеск волн о борта корабля. Теолрин зашагал к носу судна, ориентируясь на свет фонаря, прикрытого желтым колпаком. Фонарь, разумеется, держала Джейл. Они втроем долго дискутировали о необходимости постоянного наблюдателя, но все же пришли к выводу, что лучше перестраховаться и дежурить на носу — кто его знает, в конце концов, какие сюрпризы могут внезапно всплыть на их пути или где-нибудь поблизости.

— Холодная сегодня ночка, — бросил Теолрин, зевнув и остановившись в паре шагов сбоку от Джейл.

Та лениво покосилась на него.

— Не боишься оставлять плавильню без присмотра? — недовольно проворчала она.

— Загрузил в нее с запасом. Уверен, четверть часа у меня теперь точно есть. — Теолрин снова зевнул и помотал головой. Его клонило в сон, даже несмотря на бодрящий ночной воздух. — Какие у тебя новости? Ничего необычного на горизонте?

— По-твоему, в этой темноте что-то можно увидеть? — Если в этом мире что-то и было вечно, то это голос Джейл: неизменно низкий и недовольный. — Мы с одинаковым успехом можем плыть по безбрежным морским просторам и нестись прямиком на береговые скалы.

— Ну, Клэйв заверил, что вычислил нужное направление по лунам и звездам…

Джейл громко фыркнула.

— По лунам и звездам? Что это вообще за бред? — Она вскинула голову, и Теолрин невольно последовал ее примеру.

Нависшее над ними темное полотно казалось пустым и безжизненным, разве что Жемчуг, Янтарь и несколько самых ярких звезд проглядывали сквозь облака.

— Он ведь объяснял: звезды всегда…

— Ой, умоляю, оставь это занудство при себе, у меня нет сил снова это выслушивать. По звездам так по звездам.

Теолрин не нашелся, что на это ответить. Он прислонился левым боком к фальшборту и какое-то время молча стоял, вслушиваясь в шум моря и гул лопастей корабля. Джейл стояла, словно изваяние, положив держащие фонарь руки поверх бушприта, а голову — поверх рук.

— Слушай, Джейл. — Теолрин немного замялся, все еще не зная, хорошая ли это идея — снова ворошить эту тему. — Там, на «Ласточке»… Ты так и не успела рассказать, чем все закончилось.

— Что закончилось? — На этот раз она даже повернула голову в его сторону.

— Ну, та твоя история. О мести за отца. Ты… действительно спустя пять лет прикончила того гада, когда тот вышел из тюрьмы?

— А, ты об этом. — Теолрин заметил, как губы Джейл сложились в тонкую линию. — Знаешь, после суда внезапно выяснилось, что подготовка мести — далеко не единственное, над чем мне стоит думать. У моего отца не было близких родственников… либо же они были, но я просто была им не нужна, не важно. Через пару дней в дом отца пришли люди и сказали, что теперь этот дом принадлежит им — якобы за долги… хотя я до сих пор уверена, что у отца не было никаких долгов.

— И… что ты сделала?

— А что я, по-твоему, могла сделать? Мне было десять, Тео! Конечно, я пыталась отстаивать свои права, но они попросту выгнали меня на улицу!

— В каком смысле?

— В абсолютно, мать твою, в прямом! Мне пришлось учиться самостоятельно добывать пропитание и искать, где заночевать! Я стала ребенком трущоб, одиноким и озлобленным на весь мир.

— Но погоди… — У Теолрина никак не укладывалось в голове сказанное Джейл. — У нас ведь всякие… приюты и все такое.

— У вас, может, и есть, — процедила Джейл сквозь зубы с явной обидой.

Теолрин прищурился.

— Так дело было не в Дар-на-Гелиоте?

— Нет, тупица! Это было даже не в Кельментании! Мы с отцом жили в городке на северо-западном побережье Кавенгона. Местным властям там испокон веков было плевать на беспризорников и бездомных, лишь бы те не сильно мешали «добропорядочным» горожанам.

Глаза Теолрина расширились.

— Так ты из Кавенгона! — Теолрин мысленно хлопнул себя по лбу. — А я-то все ломал голову, почему это ты растягиваешь гласные.

— Да не растягиваю я гласные, — возмутилась Джейл.

— А вот и растягиваешь. — Теолрин улыбнулся против воли, а затем вспомнил контекст рассказываемой истории и поспешил убрать улыбку. — Ладно, спросим у Клэйва, когда он проснется. Черт, ты из Кавенгона… Почему ты ни разу не говорила об этом?

— А ты разве спрашивал?

— Справедливо. — Он передернул плечами. — Ну, так и… Как ты приспособилась к жизни на улицах?

Джейл долгое время молчала, сверля Теолрина оценивающим взглядом, словно решая, достоин ли он услышать продолжение. Теолрин почему-то был уверен: Джейл нечасто делилась с кем-либо этой частью своей биографии. Совсем не часто.

Возможно, он и вовсе в этом у нее был первый.

— С трудом, — наконец произнесла она, отвернувшись и вновь положив руки на бушприт. — Поначалу я думала, что подохну там, где-нибудь в сточной канаве… Но потом мысль о мести тому ублюдку придала мне сил, чтобы жить… точнее, выживать. Она была, так сказать, моей путеводной звездой все это время… — Джейл замолчала и вскинула голову. — Путеводная звезда! Черт, так по ним и правда можно определять направление движения?

— Вот видишь, — хмыкнул Теолрин, — не только я сегодня узнаю что-то новое. — Он рискнул еще чуть приблизиться к Джейл. — Но чем ты питалась?