Чтение онлайн

Конечно, меня не ждёт судьба таких девочек. В конце концов, каждый месяц я страдаю наравне со всей женской частью человечества. Поэтому каковы шансы, что, если окажусь в постели короля, забеременею? Вот-вот.

— Тебе не обязательно принимать решение прямо сейчас, — мягко заговорил Вель, по-своему трактуя моё молчание. — Время ещё есть.

— Спасибо, что предупредил, — отвечаю сжато. Посмотрев ему в глаза, увидела всепоглощающую теплоту. — Вельямин, я обязана тебе многим. Мы вместе прошли через кровавое полнолуние. Мы… были близки. И расплатились друг с другом по всем счетам. Надеюсь, ты это понимаешь.

Он смотрел так, будто режу его. Будто отрываю от сердца, ведь так оно и было. Я не хотела держать его, зная, что может случиться, если он останется. У него есть обязательства перед теми, кто остался там, в дальних пределах.

— Мы сами решим, что делать дальше. Я, Арман и Лико. Мы и раньше принимали непростые решения и находили выход из безвыходных ситуаций. Не беспокойся, мы справимся, — твёрдо закончила, кивком головы подтверждая каждое слово.

И в тот момент, когда решила, что всё сказала, он изменился. Сквозь мягкие участливые черты лица проступила волчья суть. Как рябь по воде, вернулась жёсткость и даже злость.

— Не решай за меня, Елена, — неожиданно грубо заявил он, агрессивно сжав кулаки. — Если ты думаешь, что на этом всё, то ты ошибаешься.

— Вель…

— Для тебя с этого момента я Вельямин Могронум, кан-альфа дальних пределов. Не забывайся.

— Может мне и брошь вернуть? — злость пришла и ко мне следом за его волей.

— Как пожелаешь.

Это напоминает злой фарс. Попасть в картинку телевизора, где люди делают глупости и ссорятся по пустякам. Но что иначе мне сказать ему?

— Я не хочу так расставаться.

— А кто сказал, что мы расстаёмся? — в его глазах мелькнула непонятная злая искра и от этого я вздрогнула.

Но ответа так и не дождалась.

***

После его ухода не отпускало тягостное предчувствие. Словно опустилась в глубокое болото и только голова торчит над поверхностью. Каждая мысль переваривает наш разговор. Как он смотрел, как говорил и как двигался. Что скрывалось за его последними словами? Чего он на самом деле хотел? Предупредить насчёт короля? Но и так было ясно, что он не отступится просто так. Нужно быть осторожнее.

В задумчивости забрела в ранний сад, в котором только-только появилась первая салатовая зелень. Декоративный кустарник формами напоминает круглые бочки и пирамиды невысокого роста. Даже сейчас благодаря плотным и мелко-переплетённым ветвям, смогла затеряться в этом лабиринте, с удовольствием вдыхая первый весенний запах. Это как воспоминание о прошлом. О том, что было в последнее реальное утро. Тогда густой туман не смог спрятать от страшной сказки, сейчас мне и прятаться не хочется.

Я кутаюсь в лёгкую как пёрышко, шаль, под которой скрывается свободное серое платье в пол с длинными рукавами и воротом под горло. Оно из шерсти, тёплое и мягкое, из-за плохо тянущейся ткани, немного тесновато в плечах и рассчитано на грудь поменьше, но другие варианты не подходили для весенней прогулки. Скудный и старый гардероб намекал на принадлежность другой девушке. Видимо в этом мире обречена донашивать чужие платья и наряды. И у прежних обладательниц несчастливая судьба. Я продолжу их линию жизни?..

— Нашёл тебя, — голос прозвучал раньше, чем Лико вышел из-за поворота. Он немного улыбается краешками губ, но глаза грустные-грустные.

Не дождавшись ответа, пошёл рядом, подстраиваясь под мой темп.

Какое-то время идём молча. Лико прячет руки в карманах лёгкого пальто, ногами в дорогих ботинках ковыряя камешки, застрявшие между каменных плит тропинки. Небо над нами пронзительно-синее, нависает глубоко-глубоко. Словно опрокидывая в море. Над головами проносится далёкое пение ранних морских птиц. Даже здесь, на возвышенности, в отдалении от морского берега чувствуется в воздухе слабый солёный привкус.

Я остановилась возле короткий деревянной скамейки, углублённой в сторону от основной тропинки. Над ней как шатёр вьётся вечно-зелёный плющ, скрывая её от любопытных глаз. Воздух сырой, а скамейка, будучи в тени, не успела просохнуть и немного влажная. Однако всё равно устроилась на ней, откинувшись на спинку и запрокинув голову. Лико остался стоят, сверху вниз глядя на меня. Никак не могу привыкнуть к его новой стрижке. Ему даже идёт такой жёсткий вид. Кудрявая мягкость ушла, уводя за собой юношеские черты лица, выдавая вперёд твёрдый подбородок, скулы и яркий цвет глаз. Он похож на отца лишь издали. Вблизи не видна хитрость лиса, но думаю он способен стать хитрее, если захочет. В конце концов, мы продолжение наших родителей. И как бы он не сторонился своего вида, ему придётся признать в себе волка.

— Я так о многом хотел поговорить. Но теперь смотрю на тебя и не узнаю, — хрипло заговорил он. — Ты очень изменилась.

— Как именно? — раскинув руки на спинке скамейки, уставилась на него, слегка наклонив голову набок.

— Теперь ты напоминаешь Эльзу, — неожиданно сказал он. — Нет-нет! — воскликнул, взмахнув руками, заметив мой недружелюбный взгляд. — Не так, как думаешь, но… Ты стала очень раскованной. Вся раскрылась. Раньше пряталась за волосами, делала всё, чтобы не показывать своего лица. Сутулилась, сжималась в комок, боялась… Ты начала меняться, попав в дом Армана, а сейчас… Я просто не узнаю тебя. Как будто стала совсем иной.

— Останься я прежней и была бы уже мертва, — сухо ответила, закрываясь от него, скрещивая руки на груди. — Мы узнаём себя в момент опасности. Когда выходим за пределы зоны комфорта. Потребовалось много времени, чтобы найти границы своих возможностей. Пределы, за которыми начинается настоящая жизнь. Я узнала себя и приняла то, кто я есть.

Наклонившись вперёд, переложила руки на колени, вывернув их ладонями вверх. Линии на руках длинные, глубокие, уходящие в далёкое будущее. По ним нельзя ничего предсказать, но иногда кажется, что нет предела тому, что уготовила жизнь.

— Только в борьбе мы узнаём, кто мы есть на самом деле, — заговорила слегка хрипя, глотая слова. — Я бежала по лесу в кроссовках, полных снегом и льдом. Скользила, падала, но продолжала бежать к реке. Это старая волчья забава — загонять жертву к быстрой воде, обещая жизнь, если успеешь её пересечь. Я успела.

Лико опустился рядом, несмело коснувшись плеча, но ничего не сказав.

— А он набросился на меня. Прокусил запястье, — закатав рука, обнажила оставшийся след. — Он рвал как зверь. По-настоящему убивал. И что мне оставалось? Только умереть, — я обезоруживающе улыбнулась. — Плохо помню, что со мной было там. Кажется, осталось воспоминание о сне, очень долгом и длинном сне, в котором всё исчезало, растворялось в снегопаде. Я услышала твой голос, Лико. Ты вернул меня к жизни. Не Арман. Он научил выживать, но вернулась я к тебе, — я переложила руки поверх его рук, легонько сжав, медленно подняв глаза и посмотрев на него. — Даже когда исчезла наша связь, я не смогла забыть тебя. Думала, что всё закончится, но ничего не изменилось! Боже, я так скучала по тебе!