Чтение онлайн

Что-то в ее голосе заставило Лукаса забеспокоиться.

— Ты не собираешься здесь расплакаться, Амариллис? У нас нет на это времени. Оставь до другого случая.

— Я не плачу. — Она шмыгнула носом и вытерла глаза тыльной стороной ладони, затем подошла с записной книжкой к столу. — Подержи фонарик, чтобы я могла читать.

Лукас почувствовал угрызения совести. Ему не стоило забывать, что Ландрет много значил для нее.

— Извини…

— Ничего. — Амариллис принужденно улыбнулась и стала перелистывать страницы. — Мне кажется, мы с миссис Данли единственные, кто испытывал симпатию к бедному профессору. До недавнего времени мне не приходило в голову, что многие на факультете считали его придирчивым, черствым педантом.

— Наверное, они не понимали его так, как ты.

— Лукас, это был блестящий ум. Он посвятил свою жизнь изучению синергетических принципов парапсихологических явлений. Профессор постоянно говорил, что предстоит еще многое в них понять и изучить. Эволюция этих способностей у людей, населяющих Сент-Хеленс, шла невообразимо быстрыми темпами.

Лукас согласно хмыкнул.

— На основании тех ограниченных сведений, которыми мы располагаем, можно заключить, что на Земле у людей подобные способности полностью отсутствовали или находились в такой неразвитой форме, что большинство ученых были склонны считать их мифом.

— Да, верно. — Лукас взмахнул фонариком. — Нельзя ли перенести лекцию на другое время? Мне не хотелось бы задерживаться здесь дольше, чем необходимо.

— Ах, конечно, извини, пожалуйста. — Амариллис стала внимательно изучать записи профессора. — Вот этот раздел охватывает последние несколько дней его жизни. Посмотрим, он погиб тринадцатого числа, в пятницу.

— Допустим.

— Нашла. — Амариллис перевернула страницу. — Эти записи относятся к тринадцатому числу. Не знаю, может быть, стоит просмотреть записи за всю неделю?

Лукас взглянул на безукоризненные строчки.

— Почему бы тебе не захватить книжку домой. — Он чувствовал просыпающуюся тревогу, что-то его настораживало. — Там ты могла бы ее спокойно полистать.

— Но я не могу уносить ее, — возмутилась Амариллис. — Тогда это будет кража.

— Извини, пожалуйста, но хочу напомнить, что твои действия уже не совсем законны.

— Я отдаю себе в этом полный отчет. — Амариллис с силой сжала кожу переплета. — Но ничего другого придумать я не смогла. Я говорила, что должна действовать решительно и быстро, потому что, по словам миссис Данли, один из родственников профессора Ландрета собирается увезти коробки завтра утром.

— Понятно.

— Мне было непросто решиться пойти сюда, но я сознавала, что действовать надо безотлагательно. Интересы расследования причин гибели профессора были важнее…

— Нельзя ли и эту речь тоже отложить?

— Лукас, что-нибудь не так?

— Помимо всего прочего? — Трент стал обостреннее воспринимать окружающее, освободив ощущения. Так он поступал в джунглях. — У меня какое-то смутное предчувствие, я ощущаю близкую опасность.

— Ты нервничаешь. Мне не стоило втягивать тебя во все это. — Амариллис склонилась над записями. — Большинство пометок сделано рукой профессора. Узнаю его почерк. Он очень аккуратно все записывал и всегда следовал плану.

— Честь ему и хвала. Поручу и я вести еженедельник своему секретарю. — Лукас следил за пальцами Амариллис, скользящими по строкам.

— Девять часов — обсуждение результатов исследований, — Амариллис насупилась. — Такие обсуждения проводились еженедельно. Ничего особенного. Одиннадцать часов — бюджетные вопросы. Полдень — обед с профессором Вагнером. Вагнер возглавляет исторический факультет. Старый друг. Три часа…

Лукас взглянул на имя, заставившее Амариллис остановиться. Гифорд Остерли. В этот момент у него в сознании явственно прозвучал сигнал тревоги, он не успел даже ничего сказать. Трент сразу же погасил свет.

— Что такое, Лукас?

— Тихо, мне кажется, сюда кто-то идет. Наверное, охранник. — Он взял ее за руку и вывел из-за стола.

Амариллис не сопротивлялась. Он слышал, как она тихо закрыла записную книжку. Лукас взял ее у нее из рук и, ощупью найдя коробку, положил на место. Потом, подчиняясь внутреннему чутью, взял крышку и закрыл коробку.

Он достаточно хорошо видел в темноте, но и для него темнота приемной оказалась слишком плотной. В матовом стекле двери забрезжил свет. Кто-то с электрическим фонарем шел по коридору уверенной походкой человека, знающего свои права.

Охрана университета наконец вспомнила о своих обязанностях.

Взяв за руку Амариллис и полагаясь на свое чутье, развившееся за годы жизни в джунглях, Лукас двинулся к двери кабинета, которую заметил раньше. Кроме того, в его памяти автоматически отложилось расположение всех предметов в комнате. Годы, прожитые на Западных островах, довели это умение до совершенства.

В коридоре послышались шаркающие шаги. Амариллис вздрогнула. Лукас увлек ее в соседнюю комнату и беззвучно прикрыл за собой дверь.

В кабинете из окна бледным снопом косо падал на стол свет. Не отпуская руки Амариллис, Лукас быстро прошел к окну. Открывая запоры, он стиснул от напряжения зубы.

Окно распахнулось без скрипа.

— Вылезай, — шепнул Лукас, — быстрей.

Он помог ей, и она неловко, но бесшумно взобралась на подоконник. Лукас слышал, как Амариллис легко спрыгнула на землю.

Дверь, ведущая из коридора в приемную, открылась. Под дверью кабинета засветилась полоса. Лукас перекинул ногу через подоконник, сказав себе, что у него в запасе оставалось не более трех секунд, так как охранник обязательно заглянет в кабинет.

Лукас тенью скользнул в окно.

Амариллис схватила его за руку, вместе они пересекли лужайку, держась в тени высокой изгороди. Наконец они добрались до машины, которую Лукас предусмотрительно оставил за большим складским зданием. Теперь им ничто не угрожало.

Амариллис с облегчением вздохнула и в изнеможении опустилась на переднее сиденье. Лукас последовал за ней и сразу включил двигатель.

— Едва не попались, — заметила Амариллис, — не знала, что охранники заходят в кабинеты. Я полагала, что они осматривают здание только снаружи.