Амина-кислота

Проход довольно скоро привёл нас в другое помещение, похожее на то, из которого мы ушли. Дальше можно было двигаться точно так же, по аналогичному тоннельчику, что мы и сделали. Похоже, здесь под всей игровой зоной такие вот колодцы с люками. Нужно выбраться куда-нибудь в другой сектор, а то я так и чувствовал, какая тонкая грань в виде крышки люка отделяет нас от всего того, что сейчас происходит наверху.

Преодолев ещё четыре точно таких же колодца, мы как будто попали в другую зону. Здесь тоннели для труб были шире и выше, так что уже можно было идти в полный рост. Вскоре под ногой у меня что-то гулко отозвалось, и я остановился, цыкнув, чтобы привлечь внимание Маши. Она сейчас шла первой, но на звук быстро среагировала и вернулась ко мне.

Я присел на корточки, и разгрёб песок и землю, смешанные со строительным мусором, этой смесью здесь были усыпаны полы всех тоннелей. Там оказалась прямоугольная железная крышка, с утопленной откидной ручкой. С трудом отодрав заржавевшую ручку, я попробовал поднять крышку. Это получилось, но с пронзительным скрипом.

Маша скривилась от этого звука, и тут же начала озираться, как будто услышавшие его могут мгновенно оказаться рядом.

Меня и самого резануло по нервам, но нужно было обязательно проверить, что там. Нам просто необходимо сменить уровень, ведь когда они догадаются, куда мы делись, то первым делом начнут проверять именно эту сеть тоннелей под игровой зоной.

Сейчас основная задача — уйти как можно дальше и затаиться. Ведь Маша, которая является основной ударной силой, осталась почти без маны. Я с маной, но почти без магии. Вот такой дисбаланс.

Я послала вниз светоч, и осмотрел открывшуюся картину. Под нами был прямой коридор, без всяких труб и проводов, только бетон и кирпич. Шёл этот нижний коридор перпендикулярно нашему, и сколько я мог разглядеть в слабом свете своего светоча, всё время прямо.

И там было сыровато и холодновато. В общем, не очень уютно. Но ведущие вниз скобы на боковой стене присутствовали, так что спуститься туда для нас было идеальным вариантом, куда бы этот коридор ни вёл.

— Лезем? — спросил я у Маши на всякий случай, вдруг она будет против.

— Как скажешь, — спокойно сказала она, полностью доверяясь мне.

Естественно, я же сумел нас вытащить из игры, мне и карты в руки, при прокладке дальнейшего маршрута.

Маша пошла первой, а мне ещё нужно было закрыть люк, попытавшись забросать его сверху землёй, которая ссыпалась, когда мы открыли его. Оставив щель для руки, я попытался набросать на крышку того, чем тут был усыпан пол, надеясь, что это сделает лучше, а не хуже. Ведь следы моего вмешательства, наоборот, могли оказаться более заметными. Но проверить мы это не могли, оставалось только надеяться, что мои действия пойдут на пользу.

Оказавшись внизу, мы огляделись, думая в какую сторону идти. Для нас разницы не было никакой. Мы не понимали направление и не знали, что находится на разных концах этого коридора.

— Слушай, а они не смогут найти нас по этим ошейникам? — вдруг спросила Маша, — ведь если они, как оказалось, удалённо могут менять наш «потенциал», может быть, они могут видеть, где мы находимся?

— Проклятье! — ругнулся я, — а ведь ты права! Эх, нам бы освободиться от этой дряни! Но как?

Она зажгла свой светоч, который оказался значительно больше моего.

— Хорошо, что хоть магию нам пока совсем не «отключили»! — вздохнула Маша.

И вдруг у меня в голове как будто что-то взорвалось, что-то яркое. Вот это и называется озарением. Маша даже по моему лицу поняла, что я что-то придумал.

— Что? — напряжённо спросила она.

— Иди сюда, — я схватил её за руку и подтянул к себе. Она послушно подошла, — я схватил её за голову и прижался лбом ко лбу.

— Ты чего?.. — начала говорить Маша, но я её перебил.

— Лови! — и я схватил её голову двумя руками. Поняв, что я делаю, она повторила моё движение.

Быстро выбрав нужную мыслеформу, я буквально швырнул её в Машин мозг. Я видел, как пылающая руна улетает в темноту, стремительно удаляясь.

— Оу-оу-оу-оу… — затараторила Маша, — эх-ха-а-а-а! — восторженно воскликнула она в конце, поняв, что теперь у неё есть новое заклинание.

— Давай, попробуй применить к моему ошейнику, — сказал я.

— Что это? — уставилась на меня Маша, — я не очень понимаю!

— Это заклинание освобождения от оков. Помнишь, я замок так в двери выбил? — спросил я.

— А, да, помню! — обрадовалась Маша.

— Оно делает металл хрупким, как стекло. Но это при нормальном использовании. При твоих тридцати пяти процентах я не знаю, что получится, — сказал я. — давай, не тяни! А то вдруг, в самом деле, отключат.

— Может, лучше тогда я себе сниму? — спросила Маша.

— Нет, лучше мне! — сказал я, — потому что если я освобожусь, то с тебя его без проблем сниму. Просто если заклинание сработает частично, что очень вероятно, то ошейник, возможно, придётся сбивать. А это может быть и трудно, и опасно, да и больно.

— Убедил, — сказала Маша, — что делать?

— Для усиления эффекта положи руки на мой ошейник и примени заклинание, — сказал я.

Маша сделала всё в точности, как я сказал, и только закрыла глаза, чтобы сосредоточиться, как мне в голову пришла ещё одна мысль.

— Погоди! — сказал я, расстёгивая ремешок каски, — вдруг помешает? Мы же не знаем точно, как эти штуки работают? — я положил каску под ноги, потому что расставаться с ней насовсем не собирался. Вещь очень полезная!

Маша снова положила руки на мой ошейник и закрыла глаза. Потом открыла и посмотрела мне в глаза.

— Всё! — сказала она, — получилось?

— Понятия не имею, — честно признался я, — сейчас проверим.

Я поднял с земли обломок красного кирпича, встал к стене спиной, уперев в неё ошейник, и ударил кирпичом по ошейнику под своим подбородком. Он выдержал, но звук мне показался странным. Не таким, который должна издавать железка.

Я ударил ещё раз, но снова ничего не произошло.

— Примени ещё раз, — сказал я Маше.

— Маны почти не осталось, — сказала Маша.

— Давай, выскребай всё что есть, маны у меня полно, я тебя заправлю потом, — сказал я.