Анафема
Шрифт:
Брат Кирилл кивнул.
— Согласен.
Машина выбралась на небольшую прогалину в лесополосе. Впереди, примерно в полукилометре, возвышался солидный кирпичный забор. Из-за него остроконечными башенками выглядывал красивый трехэтажный особняк, крытый фигурной керамической черепицей, заботливо очищенной от снега. Водосточные трубы и флюгер на правой башне поблескивали на солнце.
— Пижон, мать его! — сказал Савва, подняв бинокль. — Ого! А на заборе-то колючая проволока! И камеры!
— Они, конечно, настороже, но нападения не ждут, — напомнил Чернышев. — Камеры отключат по нашему сигналу, за минуту до штурма.
— Как? — спросил Корняков.
— Авария на электроподстанции, — улыбнулся Артем. — По совету брата Кирилла.
— Да у них, небось, генератор есть!
— Есть, — согласно кивнул командир «опричников». — Но чтобы его завести потребуется около пяти-десяти минут. К этому времени мы уже должны взять первый этаж.
— Повеселимся, — мрачно подытожил Савва. — А ты точно уверен, что переговоры будут здесь?
Чернышов покачал головой.
— Нет. На сто процентов никто ни в чем не может быть уверен. У Курилина наверняка есть запасные варианты, а то и просто — захват. На заправке трое наших, один даже в обслугу устроился: стоит, бензин в тачки заливает. Если что не так — нам сообщат, тогда будем действовать по обстановке.
— То есть пока мы можем только ждать?
— Именно.
В пять часов напряжение в штабной машине достигло предела. Когда пискнула рация, вздрогнули все, даже внешне невозмутимый брат Кирилл.
— Серый «фольксваген-бора», номерной знак К956УН-99RUS в сопровождении двух джипов «лексус» черного цвета только что отъехал от заправки. Движется по бетонке к правительственному поселку.
— Принял, спасибо, — ответил Артем в переговорник. Минут через пять послышался все нарастающий шум,
пока, наконец, по невидимой из-за деревьев дороге, промчались три автомобиля.
Чернышов связался с техниками в пустом коттедже.
— Костя, что видишь?
— Во двор въехали три машины, Артем Ильич, два «лексуса» и «фольксваген». Ворота открылись безо всякого сигнала — видимо, за ними наблюдают…
— Ну, в ворота мы не полезем, — проворчал Савва.
— «Лексусы» блокировали выезд, — продолжал докладывать Костя. — «Фольксваген» встал посреди двора. Из джипов вылезли четверо, окружили легковушку. Вооружены укороченными АКМС и… сейчас, плохо видно… судя по всему, «кедр» и АПС. Стволы на виду, но в руках не держат. А! У «фольксвагена» открылись двери… выходят…
— Сколько? — быстро спросил Чернышов.
— Четверо… Марошев, с ним трое охранников, все те же, с поезда. Еще один явно остался в машине, вижу его…
Навстречу им с крыльца спускается Курилин, улыбается, протягивает руку…
— Захвата не будет, — облегченно сказал Артем. — Алюминиевый барон все-таки решился на переговоры. Видать, отец Базиль показался ему слишком серьезным противником.
— Может, он их просто в дом заманивает, — сказал Савва. — Там-то всех и повяжут. Тепленькими.
— Ага, сейчас, стал бы Курилин собой рисковать! Понимает, что без стрельбы посланца не возьмешь, побоялся бы навстречу-то выходить!
— Артем Ильич, все вошли в дом, — сообщил Костя. — Переключаюсь на звук.
— Хорошо, если что — сразу докладывай. Главное — записать их разговор. Подожди, пока перейдут к главному.
— А что у них главное?
— Если бы знать! Смотри сам, я на тебя надеюсь. Казалось, ожидание сгустилось, стало почти осязаемым.
В штабной машине все молчали, сидели неподвижно, готовые в любую секунду услышать сигнал. Лишь однажды нетерпеливый Савва попросил разрешения закурить.
— Потом! — отрезал Чернышов. — Из машины тебе выходить не стоит, а здесь мы все от твоих сигарет задохнемся.
Савва повертел в руках пачку любимого «Элэма», сунул в нагрудный карман и пробормотал обиженно:
— Нормальные сигареты… Костя объявился через полчаса.
— Артем Ильич, — зашептал он. — Извините, что я тихо, просто мы через направленный микрофон снимаем, да больно уж далеко — километр почти, вот я и отошел, чтоб дорожку не забивать.
— Да не тяни ты!
— Есть, есть! — восторженно прошипел Костя. — У Базиля этого на курилинского шефа, Бусика, отменный компромат есть. Вроде он там, в Свердловской области, распорядился кого-то убрать, чтобы на алюминиевом комбинате своих управляющих поставить. Тихо вроде провернул, да Базилю что-то удалось накопать. Марошев предлагает обмен, Курилин как раз сейчас с боссом созванивается.
— С собой у него, конечно, только копии документов? — уточнил Чернышев, имея в виду посланца уральского «священника».
— Да. Он это раз пять упомянул. Все! Артем Ильич, Курилин вернулся. Сейчас!
В переговорнике повисла тишина. Минуту спустя Костя, как неумелый синхронный переводчик, забормотал:
— …так …так …он косвенно подтвердил обвинения Марошева, спросил его условия. Базилев посланец предложил…
Пауза.
— Что? — почти одновременно спросили Чернышев и Савва. Даже Даниил придвинулся ближе.
— Шахту, оригиналы компромата, дешевую рабочую силу при полном отсутствии профсоюза и любых проявлений недовольства — на долю в деле Бусикаи выход на его покровителей.