Чтение онлайн

Острая вина защемила мои мысли.
– Я видела шрамы. Металлические пирсинги.
– Я проглотила унижение, подкатившее к горлу, и повернулась к нему лицом.
– Мы пытались сбить твою температуру.

Раздеть тебя и... я увидела. Ты страдал.

– Я был молод. Беззащитен. Я больше не тот парень, — грубо сказал он, словно я считала его слабым из-за того, что с ним произошло.

Мое сердце разрывалось от мысли о том, что ему пришлось пережить. Эти шрамы рассказывали душераздирающие истории. Нет, я не считала его слабым. Наоборот.

– Ты, должно быть, был исключительно сильным.
– Я провела подушечкой большого пальца по его губам.
– И испытывал сильную боль.

Он отвернул голову в сторону, отвергая мою ласку.
– Не жалей меня.

– Уверяю тебя, я не испытываю к тебе жалости, Зевандер. Сейчас я испытываю многое, но жалость — не одно из этих чувств.

Резкий гнев в его глазах померк, когда он повернулся ко мне.
– Что ты чувствуешь?

Я подумала об этом на мгновение, слова в моей голове были беспорядочными и разбросанными. Я уставилась на его грудь, шрамы, мускулы и пот, которые пробудили во мне тоску и любопытство. Жажду того, чего я не должна была хотеть от человека, который так много страдал. Этого мужественного существа, которое заставляло меня чувствовать себя в безопасности. Которое заставляло меня чувствовать себя как дома, даже когда мы лежали в холодной, темной лачуге в самом сердце ада. Человек, который явно подвергался жестокому обращению и насилию.

Даже если природа моего влечения не была основана на эгоистичных желаниях, а на стремлении избавить его от боли и доставить ему удовольствие, чтобы он чувствовал себя хорошо и достойным, меня не покидало покалывающее чувство стыда, душившее мои слова.
– Я не хочу говорить, боясь, что буду звучать как все, кто когда-либо причинял тебе боль.
– Я опустила взгляд, не желая смотреть на него.

Его палец зацепил мой подбородок, заставляя меня посмотреть ему в глаза.
– Ты никогда не будешь такой, как они.
– Он нахмурился, провел пальцами по моим волосам, а затем сжал их в кулаке.
– Но я не доверяю себе в отношениях с тобой. Что-то овладело моим разумом с такой легкостью, что это беспокоит меня.

– Элоуэн сказала, что ты попал в темное пространство. Калигорья.

– Я уже попадал в Калигорью во время тренировок. Но это было другое. Это было, пожалуй, впервые, когда я почувствовал... что застрял там.
– Тени в его глазах замерцали, и он поморщился, словно переживал тот момент заново.
– Моя голова — не безопасное место, Маэвит.

Я теряю рассудок, как и Бранимир. Тебе лучше держаться подальше.
– Разжав пальцы, впившиеся в мои волосы, он отвернулся, но я схватила его за руку.
– Нет.
– Впившись ногтями в его бицепс, я отряхнула с головы всякие смиренные порывы. Моя упрямая настойчивость отказывалась принимать его отказ.
– Я не позволю. Ты не оставишь меня здесь одну.

Я не позволю этого и не позволю тебе снова уйти в свои мысли.

Мышца на его челюсти дернулась от того, что он крепко стиснул зубы.
– Я не мог себя контролировать. Я мог легко остаться в том состоянии ума. То, что я видел... и сделал... Я не мог от этого убежать.

– Но ты убежал. По милости богов, сил или судьбы, ты убежал.

– Боги ничего не сделали. Это была ты, Маэвит. Благодаря милости порхающей веревки, которую ты сумела дернуть достаточно сильно.

Приложив руку к его щеке, я направила его мучительные глаза на свои.
– Если ты снова погрузишься в это состояние, я схвачу эту веревку обеими руками и вытащу тебя обратно.

Морщины на его лбу углубились.
– А если в следующий раз это не сработает?

– Я не отпущу. Обещаю.
– Я едва успела вздохнуть, как его губы снова прижались к моим, заставляя меня задохнуться от поцелуя, который наполнил меня облегчением.

Он обхватил мое лицо руками, удерживая меня в этом затаенном мгновении, а затем прижался лбом к моему.
– Я никогда не узнаю, что за семь чертовщин вдохновило вселенную послать тебя ко мне, Маэвит.

– Некоторые могут назвать это наказанием, — сказала я, улыбаясь.

– Если это наказание, то я готов принять вечное страдание.
– Последовавший за этим поцелуй был нежным и дразнящим, он просто коснулся моими губами его губ.
– Ты поглощаешь меня целиком, маленькая лунная ведьма.

Я подняла руку, чтобы провести пальцами по его челюсти, и поняла, что они все еще забинтованы.

Словно он только что это заметил, он схватил мою руку и нахмурился.
– Что это?

– Я боюсь прикоснуться к тебе.

– Почему?

Я отвернулась, и снова из мрачных глубин моей совести поднялись стыд и вина.
– Я убила этой рукой.

– Элоуэн?

Сжав губы, я кивнула, отгоняя эмоции, которые угрожали поглотить меня. Как глупо я, наверное, выглядела в его глазах. Человек, который легко лишал жизни.

Который убивал без колебаний и угрызений совести.
– Она превратилась в одну из них, напала на меня, и я схватила ее за горло. Следующее, что я помню... мои пальцы почернели, и... она превратилась в прах.
– Опустошенность того момента обхватила мое сердце, и слезы наполнили мои глаза.
– Прости. Я знаю, что для тебя это звучит глупо, но... убив ее голыми руками... я почувствовала себя... монстром.

– Ты не чудовище.
– Он схватил мою руку и размотал тряпку с моих пальцев, подняв их к своим губам, словно собирался поцеловать их.

Ужас напряг мои мышцы, и я сжала руку в кулак.
– Нет. Не делай этого. Я не хочу причинить тебе боль.

– Воля владеющего, Маэвит. Магия действует только по твоей воле.

Запомни это.
– Он развернул их и поцеловал кончики моих пальцев.

Я затаила дыхание, ожидая, что ужасная пульсирующая тьма накроет его, как это было в лесу. Истерическая паника забурлила в моем желудке, когда в моей голове возник образ перевернутых глаз птицы, и я дернула руки, чтобы освободиться.
– Нет! Подожди! Пожалуйста!

Он остановился и посмотрел на меня.
– Ты не причинишь мне вреда.
– Не отрывая от меня взгляда, он засунул мои пальцы себе в рот, и я с упоением наблюдала, как он сосет кончик одного из них.
– Магия требует твоего приказа.

– Но у меня такие... навязчивые мысли. Мысли, которые я иногда не могу контролировать.

– Это мысли. Не воля.
– Он провел моим пальцем по острым краям своих зубов.
– Я могу представить, как впиваюсь в твою плоть, практически чувствую вкус крови на языке, но скорее вырву себе сердце, чем причиню тебе боль таким образом. Понимаешь разницу?