Анаит (Анаhит)

Армянский фольклор, предания

АНАИТ

В давние времена жил царь с царицей. Был у них один-единственный сын Вачаган. Отец с матерью души в нем не чаяли и ни днем, ни ночью не спускали с него глаз. Слуги толпами ходили за Вачаганом, предупреждая все его желания. В двадцать лет царевич был чахлый и хрупкий, как цветок, выросший без солнца.

Однажды старый врач Лохман, слава об искусстве которого разнеслась по всему свету, пришел к царю и говорит:

– Царь! Если ты хочешь, чтобы твой сын Вачаган не сошел раньше времени в могилу, то не держи его в четырех стенах. Широки зеленые степи, высоки агванские горы. Много в них диких зверей и птиц. Пусть царевич Вачаган займется охотой. Только не

Царь послушался мудрого Лохмана. И царевич, одетый в простое платье, с утра уезжал в горы вместе со своим верным слугой Вагинаком. Царевич так увлекся охотой, что часто ночь заставала его врасплох, и он вынужден был пользоваться гостеприимством радушных крестьян, зачастую деливших с усталыми путниками кусок хлеба и кувшин молока.

Вачаган чутко прислушивался к людским нуждам, и не раз продажный судья попадал в тюрьму. Вдовы и сироты, не поведав царю своих бед, получали деньги из царской казны, и бедные общины неведомо откуда получали помощь.

Однажды, разгоряченный охотой Вачаган в сопровождении слуги прискакал в деревню Ацик и остановился у родника.

У родника гурьбою толпились девушки, пришедшие с кувшинами за водой.

– Напоите меня, девушки!
– попросил Вачаган.

Одна девушка наполнила кувшин и передала его другой. Та, вместо того чтобы передать кувшин Вачагану, вылила его на землю. Тогда первая девушка снова наполнила кувшин и передала его подруге. Девушка вылила и этот кувшин на землю.

– У меня горло пересохло от жажды, дай же мне воды!
– воскликнул Вачаган.

Девушка рассмеялась и снова вылила воду на землю.

Вачаган разгневался, но девушка не обращала на это внимания. Она словно забавлялась - то подставит кувшин под струю, то снова выльет воду. И только на шестой раз она подала кувшин Вачагану.

Утолив жажду, Вачаган спросил у девушки:

– Почему ты не дала мне сразу напиться? Шутила ли ты или хотела меня рассердить?

– У нас нет обычая: шутить с незнакомцами, - строго ответила девушка.

– Я видела, что вы разгорячены охотой, а вода в роднике холодна, как лед. Даже разгоряченного коня хороший хозяин не поит холодной водой.

Такой ответ поразил Вачагана, но еще больше поразила его красота девушки.

– Как тебя зовут, красавица?

– Анаит.

– Кто твой отец?

– Мой отец - пастух Аран. Но зачем тебе знать наши имена?

– А разве это грех?

– Если это не грех, то назови себя и скажи, откуда ты родом?

– Солгать тебе или сказать правду?

– Делай, как найдешь для себя достойным.

– Достойным для себя Я нахожу правду. Но своего имени Я не могу тебе открыть.

Анаит взяла свой кувшин и ушла.

С тех пор Вачаган потерял покой. Образ Анаит не покидал его ни днем, ни ночью. Все чаще и чаще ездил он в деревню Ацик, чтобы хоть мельком увидеть красавицу. Верный слуга Вагинак доложил об этом царю с царицей.

Царь позвал сына и сказал:

– Сын мой Вачаган! Тебе минуло двадцать лет. Ты - моя единственная надежда, ты - опора моей старости. Настало время тебе жениться.

– Я уже выбрал себе невесту, отец.

– Кто же она? Дочь какого царя?
– обрадовался отец.

– Она Дочь пастуха из деревни Ацик. Имя ее - Анаит.

– Это невозможно, - замахал руками царь.
– Забудь о ней скорее. Помни, что царский сын должен выбирать себе в невесты либо царевну, либо княжну. У грузинского царя три дочери - выбирай любую. У князя гунарского – красавица дочь, единст

– Нет, - отвечал Вачаган.

– Ну, тогда женись на дочери военачальника Варсеник. Она выросла на наших глазах, красавица, и будет тебе верной женой и нам покорной дочерью.

– Нет, отец! Если ты хочешь, чтобы я женился - знай: нет для меня другой невесты, как Анаит, дочь пастуха.

Долго уговаривал царь сына, но тот твердо стоял на своем.

Тогда царь выбрал богатые подарки, позвал верного Вагинака, и тот в сопровождении двух вельмож поехал в деревню Ацик сватать Анаит, дочь пастуха.

Старый Аран приветливо принял гостей и разостлал для них ковер.

– Какой чудесный ковер!
– удивлялись гости.
– Это работа твоей хозяйки?

– Нет, я вдовец!
– ответил Аран.
– Моя жена умерла десять лет тому назад. Это работа моей дочери Анаит.

– Такого ковра нет даже в нашем дворце. Твоя Дочь искусная мастерица. Слава о ее красоте дошла до дворца. Царь послал нас для переговоров. Он хочет взять твою Дочь Анаит в жены своему сыну.

Вельможа ждал, что Аран не поверит своим ушам или запляшет от радости. Но пастух продолжал молча сидеть на ковре и ничем не проявил своей радости.

– Что с тобою, Аран? Ты не рад такой высокой чести?

– Дорогие гости, - усмехнулся старый пастух.
– Я благодарен царю за великую честь взять из дома жалкого пастуха украшение для царских палат. Я могу подарить царю этот прекрасный ковер, но дочь моя сама распоряжается своей судьбой.

Вельможи переглянулись между собою.