Чтение онлайн

– Ваня, это точно твой телевизор? – спросил Батя.

Иван от неожиданного обращения к себе дернул головой, как бы освобождаясь от оцепенения, и проговорил:

– Конечно – это он…

– Сможешь сделать так, чтобы мы убедились в твоих словах?

Иван перевёл взгляд на задавшего вопрос Сергея. На щеках черно-седая щетина, крупный нос, а внимательные карие глаза – выдавали учителя. Он смотрел спокойно ожидая, так, словно, ждать – это его естественное состояние души.

«Что – же это?» – думал в возникшей тишине Иван, – «за то время, что я здесь нахожусь, я перестал обращать внимание на их немытые лица, грязную одежду, руки. Я стал видеть их словно сквозь то, что на них – грязное, рваное, с дурным запахом. Да, я и сам стал таким же – грязным, и дурно пахнущим, только я не ощущаю от этого собственной неполноценности. Раньше, я думал совершенно по-другому…»

Иван улыбнулся воспоминаниям, возникшим яркими бессвязными картинками.

«Какой же я был Иван – дурак, в бетонном гробике из предрассудков и штампов».

Двойственное состояние прошло, на душе стало легко. Изобретатель словно выбросил два месяца жизни, выстроившиеся в монолит из тревог и ожиданий.

Поднимаясь с какой-то неземной легкостью, словно стало меньше притяжение загнивающей планеты сказал:

– Надо проверить, что там внутри…

– Ещё нужна мощная антенна, – более оживленно произнес Иван стоя перед своим детищем, повернулся к сидящим за спиной и торопясь, как бы не упустить состояние прошлой уверенности заговорил четко и быстро:

– Инструменты – механика, ДАуСКа измеритель, хорошо бы морозилку найти… Конечно машина, в смысле компьютер с процессором цифровой обработки сигналов, радиомодем, ВЧ и СВЧ транзисторы, а …

– Так, так, так, – остановил его Сергей, – если ты забыл, я многое понимаю. Из того, что ты здесь перечислил можно создать собственный ретранслятор, я так понял, что ты можешь проникать в уже существующие потоки.

– Вот именно – могу! – Радостно согласился Иван.

– Могу в н-и-х проникать, но ведь лучше иметь «их» у себя?! – Иван отодвинулся в сторону, и глядя из-за спины Сергея, на сидящих, сказал медленно по слогам:

– Мы бу-дем соз-да-вать и управ-лять!

– То есть, ты хочешь сказать, что можешь соединить сигналы?! – Сергей взялся двумя руками за голову, так словно на неё только что свалилось что-то тяжелое.

– Да! Да! Я хочу соединить диапазоны в единый поток! И-и-и-и …

Иван развел руки, как артист перед зрителями.

Все сидели молча, глядя на чёрный прямоугольник, каждый видел в нём что-то своё.

– Это невозможно сделать! – сказал Федора, – нет, я тебе доверяю, но, я хотел сказать, что здесь это очень сложно сделать, если возможно…

– Я знаю, куда мы пойдём, – уверенно заявил Сергей.

Сыч перевернулся и глядя на друзей спросил:

– Слушайте, а я думал, что мы хотим простой, спокойной жизни… Что нет?

– Если, наш Ваня сможет сделать, то, о чём говорит, то будет тебе новая жизнь! – ответил Батя.

– Не понял… – поднялся Сыч.

– Знал я одного, – отозвался Погон, – он до самой смерти твердил, что телевизор – это наш путь в другие миры, но я не воспринимал его слова так буквально.

– Костян, – обратился Сыч к единственному, кому искренне доверял, – ты чё нить понял?

– Петрович так и говорил, – коротко ответил паренёк.

– А! Ну, если Петрович… Тогда нас точно ждёт грандиозный успех и новая жизнь.

Сыч снова лег и отвернулся к стене, совершенно игнорируя происходящее.

Глава 10

Майор ФСБ Александр Петров сидел за столиком у окна в кафе, расположенного на углу проспекта Кутузова и узенькой, плотно застроенной невысокими домами Партизанской улицы.

По мягкому от июльской жары асфальту медленно проезжали автомобили. На залитом солнцем тротуаре редко появлялись люди. Казалось, само ярило опустилось на крыши и стекало вниз густыми раскалёнными потоками.

Александр доел «резиновую» куриную отбивную и отпил безалкогольный «Мохито».

– Здравствуйте! – за стол присел мужчина, явно прибывший не на автомобиле, а если и приехал на нём то, оставил кондиционированное чудо техники в нескольких кварталах отсюда, и в кафе шёл пешком. Плотно прилегающая к накаченному телу футболка покрылась пятнами пота, прилипла к груди и подмышкам, подчёркивая неэстетичность свойственную тем, кто лишён четырехколесного коня.

Новому знакомому на вид за тридцать, но менее сорока, волосы средней длины без седины – ровного каштанового цвета – очевидно, что в следствии применения красителя, голубые глаза – картинно голубые.

«Линзы или наркотик, или всё вместе», – подумал Петров.

Он старался представить себе собеседника таким, каким он был в действительности.

Под майкой натренированный торс, несмотря на выступивший пот – ноздри не раздувались, и дыхание осталось ровным, пальцы длинные, выдают скорее сангвиника, чем холерика. Петров был уверен – эти руки более чем хорошо знакомы с оружием. От мысли, пришедшей следом, майора ФСБ бросило в жар, словно он оказался на разделительной полосе дорожного полотна и солнце щедро облило его кипящей мантией. Подтверждались самые худшие опасения – бывший разведчик, а ныне штатный безопасник Петров вышел на центральный канал.

– Вам жарко? – спросил незнакомец, не упустив из вида выступившие капли пота на лбу майора ФСБ.

– Да, – стараясь выглядеть естественно, ответил Петров и воспользовался салфеткой.

Наблюдая, как собеседник промокает лоб незнакомец не удержался от сарказма:

– Странно, здесь прохладно, – улыбнулся он, но глаза остались кукольными – без тени эмоций, – ладно, перейдём к делу. Вы сказали, что знаете где объект.

– Здравствуйте! Вы закажете что-нибудь? – спросил подошедший официант.

– Нет, спасибо, – ответил незнакомец, не оборачиваясь на подошедшего, продолжая выжидающе смотреть на собеседника.

Официант безразлично направился к стейшену и открыв меню стал всматриваться в картинки, как в непрочитанную книгу.

Майор ФСБ автоматически отмечал все детали, складывая информационные кирпичи на фундамент памяти:

«Не хочет оставлять отпечатков и весь этот маскарад с изменением внешности, для сохранения собственной жизни, значит надо пробить по базе», – но вслух сказал: