Анчутка
Шрифт:
– Хе-хе, барон, не устали с вашей нечистью возиться? Может я приставлю вас к более приличным делам при дворе, хе-хе? А то, понимаете ли, в свете начинают болтать всякий вздор, хе-хе.
Барон лаконично ответил, что к своим приличным, равно как и неприличным делам граф может приставить швабру, чтобы не упало при дворе, а если кому-то хочется нести всякий вздор, то барон может прислать дюжину благодарных слушателей. Которые будут беспрестанно находиться подле болтунов, и выгнать их порой не представляется никакой возможности.
Засим, как говорится, барон откланялся, а побледневший граф предпочел не провожать гостя до порога, махая ему платочком из окна.
***
Барон указал посыльному на кресло и повернулся к камину.
– Граф спешит донести до сведения господина барона, что недалеко от столицы накануне были схвачены разбойники. Дело, конечно, заурядное, но они на допросе с пристрастием показали на вашего егеря, которого встретили у Черных Скал.
Барон бросил скучающий взгляд на посыльного.
– И они рассказали немало интересного про вашего егеря. Я бы сказал, весьма интересного.
– Передайте графу, что его мнение о егерях меня совершенно не заботит. А истории разбойников, что рассказывают на допросе, интересуют и того меньше.
Посыльный развел руками: – Это со стороны графа был жест доброй воли, господин барон.
– Любезнейший, если вы заговорили о жестах, то хочу вам сказать, что насчет жестов я большой мастак. Но, боюсь, после них ваша жизнь может круто измениться. И, как вы понимаете, не в лучшую сторону.
Посыльный побледнел, утер платочком под со лба, потом повозил под носом, и попытался выдавить из себя улыбку. Барон слыл человеком сдержанным и рассудительным, но оказаться после его жестов в жарких объятия банника или овинника можно было запросто. И сильно повезет, если изрядно попорченная шкура останется на хозяине.
Впрочем, за барона могла вступиться и не столь суровая нечисть. Бывало, что люди просто давились за едой. Случалось, правда, что и насмерть.
Посыльный сжал кулаки, чтобы унять дрожь, и перешел к делу.
– Я к вам с совершенно деликатнейшим поручением. Дело в том, что у графа некоторое время назад пропала семейная реликвия. И, судя по расследованию, она могла оказаться с большой долей вероятности у Черных Скал. Граф нижайше интересовался – не будет ли у кого-то из ваших людей возможности, если случайно будут у пещеры, посмотреть эту вещицу.
– Что за вещица, которую надо искать столь деликатным образом?
Посыльный замялся. – Э… неразменный пятак. – И снова промокнул под носом платочком.
Барон откинулся и внимательно посмотрел на стушевавшегося посыльного.
– Я надеюсь, граф в курсе Высочайшего Повеления, которое запрещает хранить и тем более использовать неразменные пятаки и неизводные рубли?
Посыльный помялся и промямлил: – разумеется. Поэтому граф и обратился к вам, так сказать, приватно. В надежде, так сказать…
– Граф объяснил, каким образом неразменный пятак не вернулся к хозяину?
Посыльный тер платком под носом столь ожесточенно, словно собирался добыть огонь.
– Граф говорил, что возле церкви этот пятак нищему бросил. А лихой человек подобрал, да убежал.
– Граф неразменный пятак не в руки отдал, не за покупку, а на землю бросил? – Барон посмотрел на посыльного очень недобрым взглядом. – Нищему?
Конец ознакомительного фрагмента.