Чтение онлайн

Резонанс нарастал с каждым словом священника. Такое чувство, что от груди по всему телу и до кончиков пальцев распространяется вибрация. В какой-то момент она стала не только физической. Его привычное видение мира затрещало по швам, показывая невидимые доселе линии и сгустки вокруг. Буквально на секунду перед ним всё покраснело.

Как будто на закрытые веки надавили, а потом включили мощный источник света. Красной была вода, или другая жидкость в которой он себя обнаружил. В этом мире невозможно было дышать или что-то услышать — уши забило. Единственное, что он видел это белые плавающие нити, как от заросшего кустарника. Хотя они больше смахивали на водоросли в загрязнённом водоёме.

Удивиться он не успел — в следующую секунду вибрация прекратилась, и Ник с магическим треском вынырнул назад. С него спадало невидимое астральное «стекло». По-другому и не назвать. Эта его вторая кожа магического характера разлетелась вдребезги, а то, что упало на пол, впиталось в толщу земли, как призрак проходит сквозь стену.

Тогда он и увидел, что представляет его сосуд. Духовным зрением Ник нашёл некую трубку. По аналогии можно соотнести с химическим мерным цилиндром или с пробиркой. Внутри не было ни единой капли жидкости. Зато к его чёрным стенкам примыкал второй зелёный слой стекла.

Смотреть чужие сосуды у него не хватало магической энергии, да и навряд ли он когда-то сможет, но по расспросам этот сосуд у всех прозрачен. То есть само его покрытие никогда не изменяется. А у него изначально он стал чёрным.

«Скорее всего, из-за той драконоподобной твари», — подумал Ник. Она и запустила цикл изменений в нём, подаривший новые способности.

Ещё одним важным наблюдением стал самый поверхностный слой — он не был твёрдым и похожим на впаянное стекло как остальные, а скорее подвижным. Будто вокруг пробирки роились пчёлы или другие насекомые серо-радужного отлива.

Значит, это и есть его накопленные души? Почти пять сотен. Если память не изменяет, их должно быть больше. Неужели траты на использование силы настолько сжирали этих светлячков?

Ничего не говоря, он вышел во двор и нашёл валун, что подметил, когда шастал вокруг капеллы. Вес килограммов триста — пойдёт. Сила привычно активировалась, и валун вместе с приросшим к нему дёрном поднялся в воздух. Земля посыпалась под ноги.

Ник понимал, что его кости не выдержат при анатомически неправильных движениях, потому соблюдал технику безопасности: никаких неестественных углов. Даже в прошлый раз с откинутым вараном он старался затормозить зверюгу без переломов для конечностей.

Земля под ногами Кефриса и Киры дрогнула — валун снова занял своё место. Ник увидел трату в десять душ, но не одномоментно за какое-то там действие, а словно сила давалась на время и постепенно мелкие «жучки» растворялись. С этим понятно — осталось теперь разобраться, сколько жрёт антимагический щит и Крик.

— Архиепископ, можете прожечь мне руку вот здесь, — Ник оголил рукав и принял выстрел фаербола на предплечье. Огонь пшикнул и растворился о барьер.

Как и ожидалось — в плане травм ничего не произошло, а вот десяток «светлячков» пожертвовал собой ради хозяина.

— Туда же и посильнее.

Маг снова без вопросов долбанул уже огненной стрелой, разбившейся о плоть.

«Пятнадцать. Ясно — чем сильнее магия, тем больше она коцает защиту. Плюс тратится сразу: выстрел — минус души, следующий выстрел — опять минус. Интересно», — подумал он, раскатав рукав рубашки обратно, а затем накинул огнеупорную куртку, с которой теперь не разлучен.

Крик затестит потом, но в целом Ник остался доволен наблюдениями. Да душ мало, но теперь он хотя бы их контролирует и может распределять сообразно угрозе, а не крушить всё и всех чуть что.

Это немного отрезвило и окончательно развеяло иллюзии: работать придётся ещё больше, если он хочет выжить. Подумать только — как он был таким расслабленным всё это время? Пять-шесть опытных магов с лёгкостью превратят его в фарш. Тоже мне Жнец.

«Ты не бессмертный», — сказал Ник сам себе. — «Если повезло однажды переродиться, не значит, что надо относиться к своей жизни наплевательски».

Он дал себе слово зачищать туннели чаще.

— Спасибо архиепископ, — поблагодарил Ник. — Это было очень кстати.

Кефрис обхватил руки под длинными рукавами зелёной мантии и чуть нагнулся вперёд.

— Церковь раньше всегда помогала Жнецам. Я считаю — это мой долг, да и зачем человеку знания, если он ими не пользуется? — намекнул на свои изыскания священник.

— А есть ещё что-то важное, что я должен знать? — справедливо спросил Ник, пока они двигались по аллее, покинув капеллу.

— Я так понимаю, чудищ вы уже ели?

Ник кивнул.

— Не буду спрашивать сколько — не моё дело. Захотите рассказать — пожалуйста. Думаю, вы заметили разницу в силах и, должно быть, догадались — с каждой новой добычей богиня поощряет Жнецов дарами.

— Ваше Высокопреосвященство, но какая у неё цель? — вмешалась вдруг Кира. — Ведь это же не просто так и… — она запнулась, быстро кинув на Ника беспокойный взгляд, — не обернётся ли это чем-то плохим?

Кефрис посмотрел на потолок и кивнул.

— Хороший вопрос. Цели нашей богини: привнести спокойствие в расстроенные умы граждан, дать им надежду на спасение и примирения с собой. Но эта её, скажем так, всеобъемлющая доброта лишь одна сторона медали. Жнецы — тут другое, — они уже приближались к вараньим стойлам. — Весь наш мир построен на двойственности, стремлении к свободе и смирении. Вы, Ник, посланец матери Земли — её вторая часть: буйная, желающая свободы несмотря ни на что, зачастую сгорающая в себе. Вы не замечали возросшую тягу выходить на охоту чаще? — обратился к нему Кефрис.

— Знаете, да, — спустя пару секунд ответил он. — Это ненормально?

— Нет, просто это ваше предназначение — все Жнецы были созданы, чтобы освободить человечество из каменной клетки, но в церкви сейчас не приняты подобные взгляды. На то есть много причин.

— А в чём различия?

«Что-то новенькое», — подумал Ник.

— Сейчас все склоняются к тому, что Жнецы — досадная ошибка, тёмная сторона нашей богини, оставшаяся в прошлом. Задача церкви, по их соображениям, давать чувство нормальности, безопасности. Вы же заметили, аналогию между красными плащами и Жнецами?