Андервуд. Том 3

Ганс открыл глаза и огляделся. Вокруг ни зги. Кристаллы, что он держал за пазухой, впитались и постепенно ослабляли действие разлагающей скверны. Тело буквально разрывало от энергии. Единственное, что его ещё спасало от фатального перегруза это семейная реликвия.

Ноксил ударными темпами высасывал из него излишек маны. Кожа кровоточила и местами покрылась хитиновыми пластинами. В последний момент он попытался спасти отца, но не успел. Две телепортации подряд оказывается невозможно сделать. Он лишь коснулся в последний раз родителя перед тем, как того не стало.

К сожалению, враги пришли убивать и времени не теряли. Техника порабощения сознания имела ступенчатый эффект. Ганс не мог вот так сразу изменять волю людей. Нужно несколько сеансов.

Он это знал. Потому было так больно от осознания своей беспомощности. Он, обладатель феноменальной силы, бессилен в данный момент против каких-то людишек из кланов. Позорище.

«Какой из тебя мастер? Сенсей прав. Я ничтожество. Просто повезло присвоить то, что мне не принадлежит».

Парень встал. В голове гудело. Пыль всё ещё стояла в воздухе. Кажется, он переборщил с выбросом. Отсюда ничего не видно. Возможно, дома два точно снёс. Жалко простых жителей – они то не виноваты во всех этих разборках аристо.

Покачиваясь, он двинулся на ощупь вперёд, сплёвывая кровь. Кажется, его внутренние органы тоже претерпевали изменения. Из глаз вырвался пучок серой энергии и разрезал землю на пять метров вперёд. Вырытая борозда тут же пошла дымом.

– Хватит! – он схватился за голову и дёрнул за проклятый рог. – С*ка, да хватит уже!

Ганс шёл вперёд и бил себя кулаком по голове, приказывая энергии не вырываться, но не тут-то было. Меч напитался маной и вот-вот выпустит смертоносный луч. Ничем хорошим это не кончится, поэтому он не нашёл ничего лучше, как воткнуть лезвие в землю и дать выход стихии.

Его снова подбросило вверх. Сгруппироваться сил не было, поэтому он пролетел метров восемь и грохнулся на правую руку. Конечность неприятно хрустнула, тело перекувыркнулось несколько раз и застыло.

Щекой Ганс упёрся в грунт и заставил себя изогнуться, чтобы присесть на колени. Участок, куда он упал, был на возвышенности. Иначе разбился бы к ящеровой бабушке. Однако увиденный пейзаж не порадовал аристо.

Огромная выжженная пустошь.

"Что… Что это?"

Он был в шоке от масштабов разрушений. На сотню метров вокруг не осталось ни клочка жизни. Лишь выжженная воронка. Соседние постройки тоже зашибло. Где-то дома пошли трещинами. Какие-то и вовсе обвалились, придавив жильцов. Были и пострадавшие лежавшие в беспамятстве.

«Это всё сделал я?»

В голове пульсировала страшная мысль, а глаза так и подмечали мельчайшие детали трагедии. Этот день он точно запомнит на всю жизнь.

– Не двигайся! – раздал сзади голос, Ганс обернулся, чтобы посмотреть на кричавшего.

Это был молодой парнишка. Кажется, стажёр в красные плащи – на груди красовался алый знак с пятачок. Юноша направил на ладонь с зелёным минералом. Так он ещё даже не мастер…

– Чудовище, я сказал стоять!

Это были последние слова бойца. Луч из глаз Хьюза снёс кусок башки личинки мясника и прервал бренную жизнь.

Тело рухнуло кулем на землю. Вытерев заляпанный кровью кристалл, Ганс впитал его и почувствовал мимолётное облегчение. Нет, боль всё так же разрывала его тело, но сейчас любой анестетик на вес золота.

В сумке умершего нашлось ещё три камешка. Маленькие, совсем с ноготок. М-да. Не сильно же Красные Плащи ценили жизни своих учеников. Могли бы и побольше подкинуть. Эта добыча оказалась для него спасением.

Сам того не осознавая он стал мыслить как охотник.

«Мне нужно убить ещё штук пять магов, и тогда я смогу затеряться в толпе».

Сейчас он находился в центре внешнего города, и скоро сюда сгонят военных в большом количестве. Возможно, здесь остались патрульные. Вот на них и стоит сосредоточиться. Нужно убрать привлекающий внимание рог от греха подальше.

Исцеляющая сила емировой руды подлатала его перелом и позволила быстрее ходить. Ганс прошёл во двор, по-хозяйски окинув его взглядом. Вот оно. На верёвках сушилась постиранная одежда постояльцев. Точнее, сейчас она валялась на земле, а сами жители кряхтели и матерились, приходя в сознание.

Внешне Ганс сейчас вылитый монстр, но если намотает на голову простынь… Собственно так он и сделал, порвав цветастую тряпку на куски. Маскировка хорошо легла. Теперь сойдёт за обычного Крайнего. Видными оставил лишь глаза, но покрытые хитином руки могли вызвать вопросы.

Надо двигаться в сторону халупы сенсея. Там у него спрятан запас руды. Вмиг вылечится. Общий схрон находился слишком далеко отсюда. Приняв решение, он, притворяясь хромым, шаг за шагом миновал одну улицу за другой. Ему встречались взволнованные жители.

– Слышал, как бабахнуло? Что это может быть?

– Да это Мясники, – сплюнул мужчина с пропитым лицом, – опять кого-то поймали.

– А я слышал это Жнец.

– Что ты гонишь пургу? Какой Жнец? Он сейчас на секретном задании за красной чертой.

– А ты откуда знаешь?

– Знамо откуда, родственник у меня есть…

Собеседник сплетника был ему под стать: с выпирающим животиком и проплешиной. Обоих событие застало в баре. Почему они оказались там посреди дня лучше не знать.

Мамашки с детьми ретировались подальше, повсюду сновали беспризорники, намеревавшиеся поживиться на мародёрстве. Ганс слышал от Ника, что разборки между бандами были злачным временем для бездомных. Ведь можно постоять в сторонке, а потом обобрать трупы или дома задетые магией.

Его прикид действовал как надо. Правда, Ганс ловил на себе неодобрительные взгляды. Район был людской, и мутантов тут не жаловали. На каждом заведении был перечёркнутый знак трёхрукого мужчины.

Порывшись в карманах, он нашёл десяток экоинов и протянул парочку цыкнувшему в презрении уличному торговцу. Тот налил ему освежающего кваса в глиняную кружку. Отвернувшись, аристо приоткрыл краешек ткани и залпом опорожнил сосуд.