Чтение онлайн

Мэтт Дейли подкатил в дому, нервничая, как подросток на первом свидании. Его не было почти три недели. Так надолго они с Ракель разлучались впервые. Несмотря на то что она разозлилась, когда он отказался лететь домой на встречу с адвокатами, не пожелала с ним общаться и не отвечала на звонки и е-мейлы, Мэтт, к своему собственному удивлению, почувствовал, что соскучился. Долгое отсутствие дало ему новую решимость сохранить их брак.

«Я пренебрегал ею, – сказал он себе. – Неудивительно, что она тратит столько времени на погоню за воображаемым горшком с золотом. Что ей делать, если я целый день торчу в своем офисе или порхаю по свету, пытаясь раскрыть эти убийства»?

Ему вдруг пришло в голову, что, если он действительно сумеет расколоть этот орешек с помощью Дэнни Магуайра, найдет убийцу и призовет его к ответу, Ракель сможет вновь им гордиться. Тогда он напишет обо всем этом сценарий, продаст его известной студии и заработает больше, чем могла мечтать Ракель.

Прекрасная фантазия… ну а пока ему придется проводить с женой больше времени. И он так и сделает. Теперь, вернувшись, он все исправит.

В доме было темно. Мэтт постарался скрыть разочарование. Еще слишком рано. Она скоро будет дома. А у него останется время принять душ и переодеться после долгого перелета. Места в эконом-классе «Эр Франс», похоже, были предназначены для карликов, и поясница Мэтта отчаянно ныла.

Спальня была идеально чистой – свидетельство его долгого отсутствия. Мэтт уронил сумку на бледно-розовое покрывало и стал раздеваться. И только тогда заметил конверт, прислоненный к лампе на тумбочке. На конверте стояло его имя, написанное характерным размашистым почерком Ракели.

У Мэтта похолодело внутри. «Зачем сразу предполагать худшее? Может, она написала приветственную записку»? Но, вскрывая конверт, он уже знал, что это не так.

Его разбудил грохот. Оглушительный. В дверь колотили со страшной силой. Лежа на полу и глядя на маленькую лужицу слюны на персикового цвета паласе, он подумал, что кто-то пытается уничтожить его дом вместе с ним. «Удачи ему», – лениво подумал он. Ракель разводилась с ним. Он отказался от нее, и она больше не вернется.

В этот момент он предпочитал быть раздавленным под обломками собственного дома, который когда-то можно было назвать счастливым.

Бум! Бум! Бум!!! Кто-то стучал кулаком в дверь. Сердито стучал.

– Открывай, Мэтт! Я знаю, что ты там!

Голос знакомый, но вот кому он принадлежит? Впрочем, после двух бутылок вина, запитых содержимым бутылки с водкой, оставшейся после встречи Нового года, Мэтт не мог с точностью сказать, где находятся его собственные ноги.

Осторожно приподняв голову, он оттолкнулся от пола и встал на колени. Комната плыла перед ним персиковыми вихрями.

Бум, бум, бум!!!!

– Иду! Иисусе! – проворчал Мэтт и поковылял вниз, вцепившись в перила, как паралитик в доме для престарелых.

Каждый шаг был пыткой, но нужно же прекратить шум! Он открыл дверь.

– А, это ты…

Клер Майклз сморщила нос, в который ударили пары алкоголя. Брат выглядел так, словно постарел на десять лет.

– Ракель меня бросила.

– Знаю, – деловито заявила Клер. – По пути она заехала ко мне, чтобы оставить для тебя стопку неоплаченных счетов. На случай, если соизволишь вернуться, как она выразилась.

– Что мне делать? – безнадежно спросил Мэтт. – Я люблю ее, Клер. Не могу без нее жить.

– Вздор, – отмахнулась сестра, протискиваясь мимо него в прихожую. – Иди наверх, прими душ, а я приготовлю завтрак. Можешь рассказать мне о Франции. И, Мэтт… не забудь прополоскать рот. У тебя там словно кто-то сдох две недели назад.

Завтрак, приготовленный Клер, был восхитительным. Свежеподжаренные оладьи с ежевикой, грецкими орехами и кленовым сиропом, фриттата из семги и большая кружка крепкого колумбийского кофе. После всего этого Мэтт снова почувствовал себя почти человеком.

– Она уже подала на развод, что должно стать мировым рекордом скорости для подобных процессов, – мрачно сообщил он Клер. – Хочет половину всего.

– Кроме счетов.

– Кроме счетов, которые я не могу оплатить. Когда банки разрежут мои кредитные карточки надвое, обязательно пошлю Ракель ее долю. – Он слабо улыбнулся. – И какого черта мне теперь делать?

Клер принялась убирать со стола.

– Для разнообразия можешь попробовать работать. Найти себе место. Это такая штука, когда приходится ходить в офис и что-то делать для других людей. А они тебе платят за это. Весьма захватывающе, не находишь?

– Ха-ха! У меня есть работа. Я режиссер.

– Да ну? – саркастически хмыкнула Клер. – Понятно. Ингмар Бергман. И как продвигается великое произведение? Франция оказалась именно такой, как ты мечтал?

– Там было здорово!

Впервые за это утро глаза Мэтта вспыхнули. Он рассказал сестре о встрече с Дэнни Магуайром и неожиданном развитии дела Дидье Анжу, когда оказалось, что Ирина оставила все состояние мужа благотворительной организации, как две другие вдовы.

– Я знаю, это тот самый, кто убил нашего отца. И совершенно уверен, что Магуайр тоже это знает, хотя старается не обещать слишком много.

Клер нахмурилась.

– Эндрю Джейкс не наш отец. Отцом был наш па. Джейкс был просто гребаным донором спермы.

Ее гнев застиг Мэтта врасплох.

– Ладно, может, и так. Но он не заслужил того, чтобы какой-то псих отрезал ему голову, а сам спокойно жил бы себе как ни в чем не бывало.

– А вдруг заслужил? – бросила Клер, со звоном составляя посуду в машину. – А вдруг он был вшивым сукиным сыном? Может, они все такими были? Ты уже потерял жену, Мэтт. Мама расстроена из-за тебя. Я расстроена из-за тебя. Ты разорен. Разве не пора бросить искать ветра в поле и начать новую жизнь? Если полиция трех стран и Интерпол не сумели найти убийцу, почему ты считаешь, будто тебе это удастся?

– Я умнее их, – ухмыльнулся Мэтт, заработав уничтожающий взгляд Клер. Он понимал, что сестра права. Нужно найти достойно оплачиваемую работу, и как можно скорее, если он хочет пережить этот развод и сохранить крышу над головой. Одновременно он может работать над сценарием документального фильма и продолжать общаться с Дэнни Магуайром. Но он не мог позволить нераскрытым убийствам пожирать себя таким образом.

Телефон зазвонил. Оба уставились на него, подумав об одном: «Ракель».

– Спокойнее, – предостерегла Клер. – Не кричи на нее. И не плачь.