Чтение онлайн

– Смотрите – вот дорога, вот «Долгострой», вот лес! – Водорезов начал рисовать на листе бумаги план местности. – Что, если мы сделаем следующее…

Изложить свой план Николай ухитрился ровно за три с половиной минуты.

– Лихо, – первым отозвался Равшан. – Готов идти за тобой, подполковник, но… Весь твой план основан на том, что ты уверен в определенном порядке действий наших противников.

– Да, уверен, – кивнул Николай. – Я сейчас действую чисто интуитивно, но посудите сами – у них нет иного выхода. «Долгострой» засвечен, это ясно всем. Даже если мы с Максимом будем молчать (или будем в мире ином), базе-лаборатории пришло время менять место дислокации. И руководить этим будет лично Угорь.

– Если он жив.

– Жив, – очень уверенно ответил Николай. – Слишком уж боялся этот Леша-Алексей Алексеич лишнего дурного слова о своем шефе. Так вот, оборудовать базу-хранилище можно почти в любом месте, главное – подальше от посторонних глаз.

– Забор и перевозка органов – это не сложно, – кивнул искушенный в данном вопросе Равшан. – Технически удалить нужный орган не представляет проблемы даже для начинающего хирурга. Транспортировка тоже не представляет большой сложности. Нужен лишь особый контейнер для перевозки. Одним словом, если процедура отработана, то бизнес можно раскрутить весьма неплохой. Главное – совместимость организмов донора и реципиента.

– Видимо, есть и некий всемирный банк? – задал вполне риторический вопрос Николай.

– Скорее всего, – ответил тем не менее Юрий Сергеевич. – Этот Угорь часто выезжает в различные страны. В том числе и в «горячие точки», например в Косово.

– Ну вот, для Угря и Каляева обе чеченские войны золотым дном оказались. Любая «горячая точка» идеальное поле для их бизнеса.

– Ты думаешь…

– Уверен, – кивнул Николай. – Надо будет, развяжут очередную войну. Ты почитай прессу. Включи Интернет!

– Что, кстати говоря, в Чечне, Сергеич? – спросил Яковлева Равшан. – А то я сижу здесь… Никакой информации.

– Недавно разговаривал с одним из твоих оперов, Равшан. Он был в командировке, в нашем министерстве. Обстановка накаляется, но при этом отменены намеченные операции по уничтожению подпольных оружейных заводов. На территории сразу нескольких областей скапливается оружие…

– А я сижу здесь! – Равшан готов был ударить кулаком по стене, но сдержал себя.

– Уже не сидишь, – категоричным тоном заметил Юрий Сергеевич. – Открывай подвал.

Равшан не заставил себя ждать, из подвала были извлечены несколько полных экипировок для бойца штурмового подразделения.

– Когда имеешь столько врагов, приходится делать запасы впрок, – прокомментировал собственный весьма солидный арсенал Равшан.

Оружие было легким – укороченные спецназовские автоматы, пистолеты с глушителями. Ни снайперских винтовок, ни пулеметов, ни гранатометов «Шмель». Зато имелось несколько светошумовых гранат и пара заводских мин, успешно подрывающих автомобильную технику. Такие мины штамповал подпольный оружейный завод в Чечне, который недавно ликвидировала оперативная группа Равшана.

Как это выразился синеокий Алексей Алексеевич? Что-то НАВЕРХУ ЩЕЛКНУЛО…

Точнее, должно щелкнуть.

– Тебе приходилось прыгать с парашютом? – спросил капитана Николай, видя что чеченец заметно нервничает, хоть и пытается это скрыть.

– Приходилось, – кивнул Равшан, – но давно, подзабыл кое-что.

Николай быстро и внятно объяснил капитану основные правила десантирования с парашютом. У полковника Яковлева проблем с выброской не было. Юрий Сергеевич участвовал в создании отрядов милиции специального назначения и вместе с бойцами прошел и десантно-парашютный курс подготовки. Пилот спортивного, видавшего виды самолета типа «кукурузник» и инструктор по прыжкам лишних вопросов не задавали. Деньги им были уплачены не за это. А деньги немалые. В самом деле, без предварительного согласования в коммерческий аэроклуб явились четверо не шибко юных мужиков, чуть ли не потребовали парашюты, самолет и чтобы выбросили их в чистом поле, в определенной точке. Такие просьбы для «летчиков-коммерсантов» были не в новинку, но обычно любители «воздушного экстрима» делали заявку заранее, чуть ли не за месяц. Некоторые даже свадьбу в воздухе справляли. Тем не менее, деньги были уплачены в тройном размере, да и место выброски было вполне заурядным, неопасным. Поблизости никаких стратегических объектов, только какая-то затянувшаяся стройка… А парашютисты попросили высадить их в поле, в двух с половиной километрах от стройки и в километре от шоссе. Ну а раз клиент платит…

– В войну решили поиграть, парень, – дал-таки пояснение молчаливому инструктору Николай. – Точнее, к приятелю на день рождения летим. Хотим удивить его. И теще его показать, с кем зять дружбу водит…

Инструктор лишь молча развел руками: деньги заплатили, развлекайтесь как хотите. «А ведь таким образом и "десант" настоящих террористов можно выбросить. Те тоже деньги заплатят, не поскупятся…» – подумал Николай.

– Готовность один! – взглянув в иллюминатор «разговорился»-таки инструктор.

Обычно перед прыжком в салоне зажигалась лампочка, но в «кукурузнике» таковая почему-то отсутствовала.

Руслан, не снимая куртки, рухнул на заправленную постель. Кажется, сейчас у него есть возможность отдохнуть. Пару дней здесь, а потом вместе со всем «семейством» он покинет Россию. Кизил закрыл глаза.

– Руслан! – вдруг раздался пронзительный вопль Екатерины.

– Что такое? – не открывая глаз, отозвался Кизил.

Наверняка женщина увидела мышь и сейчас закатит истерику, что Руслан привез ее в какой-то сарай, с мышами, тараканами и отсутствием горячей воды.

– Руслан! – и в самом деле натуральным истеричным голосом заголосила Катя. – Что это?

Кизил вновь вынужден был вернуться к земному и бренному. Открыв глаза, Руслан уселся на кровати. Катя держала в руках спортивную сумку, в которую Руслан упаковал ноутбук Каляева, а также папки с распечатками денежных счетов генерала в иностранных банках. Плюс непонятные шифры, которые предстояло изучить с помощью специалистов. Вместо всего этого в сумке оказались глянцевые журналы, коробка конфет, еще какая-то дребедень.

– Что это?! – повторил вслед за Катей Руслан, отказываясь верить собственным глазам.

Люба поднесла к глазам бинокль.

– Одноэтажная постройка с чердачком, типичная деревенская хибара, с семидесятых прошлого века не ремонтируемая, – прокомментировал открывшееся Любе зрелище командир спецназа. – Может быть, домой поедете, Любовь Николаевна? Вы ж следователь, вам не полагается… А Кизила мы теперь не упустим.

– Вот я на это и хочу посмотреть, – ответила Дмитриева, увидев, что в окне деревенской хибары заметались какие-то силуэты.