Чтение онлайн

Эзотерик собирал информацию, делал пробные рейды, десятки заходов, все под запись, с последующим анализом и выводами. Он мог заходить в один и тот же разлом до полусотни раз, на разное время.

И его финальный заход действительно выглядел как магия, но мало кто мог представить, сколько часов кропотливого труда ему это стоило. Он знал всех противников, место и время их появления. Бил на упреждение самыми неожиданными способами. Но его атаки всегда были эффективны, потому что он бил аспектами, к которым у врагов была уязвимость.

Эзотерик владел сотнями отпечатков и действовал в разломах словно машина. Точно, выверено, эффективно. Каждая потраченная единица маны окупалась с лихвой, каждая ушедшая в откат карта приносила огромную пользу. И когда он доходил до финального босса, у того просто не оставалось шансов.

Но что делать, если нет возможности уйти и подготовиться? Что делать, если ты оказался без маны и карт, зажатым в каменном мешке с противником более сильным и быстрым? Наставник бы сказал, что ты изначально был мертв, раз оказался в подобной ситуации.

Наверное, я плохой ученик.

Теневой Дракон, мой покровитель, тринадцатое существо из Дома Дракона, сказал бы, что невозможно загнать в ловушку того, кто повелевает тенями.

Наверное, я плохой последователь.

Мне вручили довольно сильный артефакт, дали доступ к одному из древнейших мест силы во множестве миров. У меня есть возможность побеждать врагов, многократно превосходящих меня во всем. Лишь бы они заслуживали смерти и их имя было бы высечено в камне.

Наверное, я плохой Именователь.

Со второй дланью — посмертным подарком наставника, с годами обучения за плечами, с отличными потенциалами к моменту инициации, с личными дарами и поддержкой старшей сущности в покровителях, я все равно должен умереть в низкоуровневом разломе, который изучен вдоль и поперек. В разломе, который московские призыватели годами используют для какого-то там фарма осколков и Анимы.

Наверное, я плохой призыватель.

Но ведь существует крохотная вероятность, что в мире что-то сломалось. И это не ты псих. Что на самом деле это ты единственный здравомыслящий человек в круговороте безумия. И если это действительно так, то именно сейчас я все делаю правильно.

Потому что я чертовски хороший человек.

— Последний шанс, — уже вовсю веселился покровитель.

— Эй, Тень, — уже не сдерживал я радости. — Если ты думаешь, что я побегу, то, может, это ты забыл четвертый закон Дома Дракона?

— Дерзишь? — восторгался покровитель. — Помощи от меня ты не дождешься.

— Иначе какой в этом смысл?

— Эзо? — это уже голос Метелицы. — Ты же просто умрешь. Нам надо вместе…

Встревоженный, напуганный, обреченный. Я остановился и обернулся.

— Мастер, не понимаю, — простонал я. — Зачем? Зачем это все?

Шла вторая неделя, как мы пытались закрыть разлом четвертого ранга, рассчитанный на двойной рейд из десяти призывателей. А если учитывать, что я еще даже не инициирован, то от меня в этом разломе вообще никакого толку.

Но нет, каждый раз мне приходится тащиться в него вместе с Эзотериком. Кожа превратилась в один сплошной зудящий комариный укус. А комары там летают размером со слонорога. Моя одежда воняет болотной тиной, сколько бы я ее ни стирал и какие бы цветочные травы ни добавлял в воду.

Волосы давно слиплись и превратились в один сплошной ком, а голова чешется еще сильнее, чем остальная кожа. Во рту стойкий привкус болотной жижи, и что бы я ни ел, все имело вкус болота. Лучший момент дня — это когда я в очередной раз блюю желчью, тогда гадкий привкус на языке хоть немного сбивается.

И даже тот факт, что мы в кои то веки ночуем не под открытым небом, не радует. Да, всего лишь старая деревянная хибара на окраине поселения, но здесь хотя бы есть печь и лежанка.

— Если мы не закроем этот разлом, то через месяц от этого поселения не останется и следа, — произнес Эзотерик ровным голосом. — К тому же нам хорошо заплатили за него.

— Так это из-за денег? — раздраженно спросил я. — Почему мы не можем просто позвать еще хотя бы двух-трех призывателей? Да мы его за один заход закроем, посмотрите!

Я показал на стол, заваленный листами бумаги, исписанными моим корявым почерком. Там же стояли толстенные книги энциклопедии разломных тварей со множеством закладок.

— У нас есть архетипы и виды монстров, записаны все тайминги появления с вариациями. Я вычислил объем и скорость восполнения маны у босса. На кой нам вновь соваться туда раз за разом?

— Ты знаешь лишь то, что разлом показал тебе, — наставник сегодня был необычайно спокоен. Наверное, из-за того, что мы смогли углубиться в разломе почти до самого места обитания босса.

— Я высчитал резервы босса, проверил заметки в архивах, все сопоставил. У нас три варианта, кто босс в разломе. Я написал все возможные комбинации существ и заклинаний, что он может подготовить. Даже при самом сложном сценарии нам хватит расходников, чтобы отработать по уязвимостям. У меня уже глаза болят от этой писанины и вычислений. Два человека, один проморозит воду, другой использует любой архетип, пробивающий толстую броню. И нам не придется тут торчать еще неделю.

— Максим, — Эзотерик отвлекся от чтения своей глупой художественной книжки, в которой у призывателей не было длани и они использовали волшебные палочки. А вместо ездовых виверн летали на метлах. Метлах! Ну что за бред. — Ну позовем мы целый рейд, закроем этот разлом за пять-шесть часов. И что дальше?

— Продолжим паломничество, — произнес я очевидное.

— А дальше? Найдем новый разлом. Опять побежим за помощью. И так до конца дней.

— Все так делают, — я непроизвольно повысил голос. Раздражение из-за мерзкого болотного разлома накапливалось, и я уже начинал съезжать с катушек.