Анима

Бродяга в рваном плаще с первыми лучами солнца подходит к стенам Москвы. К полудню он победит в ежегодном турнире призывателей, к вечеру окажется в тюрьме, а к утру умрет. Интересная история, чтобы послушать вечерком под стакан односолодового, но крайне паршивая, если бродяга в рваном плаще – это ты. То есть я.

Москва встретила меня ранней весенней слякотью, гарью и вонью. А еще многометровыми стенами из залитого бетона и металлоконструкций. Над головой пролетел, гудя лопастями, вертолет. Вроде не боевой, скорей всего просто регулярный осмотр территорий, ведь разломы могут открыться прямо посреди города, а боевые кланы не могут контролировать всю территорию.

Следом по небу пронесся всадник верхом на ящере. Обсидиановая виверна, ее я сразу узнал. Мощный ездовой зверь четвертого ранга, а судя по стремительности, еще и улучшенная на скорость. По-своему красивый монстр.

– Кто такой? – лениво спросил меня усатый мужчина на воротах, одетый в форму пограничной службы.

– Паломник, – честно ответил я.

Таможенник оглядел мою потрепанную одежду и по-доброму усмехнулся в усы. Следом из будки КПП вышел второй в такой же форме. Только лицо более молодое и заспанное.

– Документы есть какие? – спросил усатый.

– Уши, лапы, хвост, – улыбнулся я. – Ну и вот это только.

Я поднял правую ладонь и воплотил длань призывателя. Рука от локтя до кончиков пальцев покрылась сегментированной шипастой броней цвета кости. На тыльной стороне мерно поблескивал небольшой алмаз.

– А, понятно, – спокойно произнес таможенник, заполняя что-то у себя в бумажках. – На заработки, значит. До комендантского часа отметься в любом храме Двенадцати.

– А если я не на заработки? – вежливо улыбнулся я. – Может я пришел вашего мэра убить?

– Хах, – впервые подал голос молодой, который в этот момент как раз прикуривал сигарету. – Если справишься, мы тебе оба руку пожмем.

– Еще и проставимся, – поддержал его усатый. – Имя?

– Еще не получил, а старое уже не имеет значения.

– Восемнадцать что ли стукнуло? – удивился усатый. – У ваших же как-то так, да?

– Да. Сегодня исполнилось. Вот иду в храм за новым именем.

– Ну, с днем рождения, значит. Ладно, черкани закорючку – и гуляй уже, – усмехнулся таможенник и протянул планшет прохода границы.

Я не глядя поставил росчерк и вернул ручку. Мысленно усмехнулся, что в графе «цель визита» стояло «туризм». Получается, на рассвете в Москву вошел не бродяга-паломник, а турист. Вошел, чтобы убить мэра одного из самых влиятельных городов-государств на континенте.

Чувствую, обзор местных достопримечательностей будет долгим, ведь силенок у меня пока маловато. Зато мотивации куролиски не клюют, как говаривал наставник.

Стоило пройти врата, как в нос сразу ударил спертый запах дыма, производственных выбросов и асфальта. Москва. Этот город сожрет любого наивного приезжего и не подавится. Сколько мечтателей лучшей жизни и славы ежедневно набивается в диаметры трех колец города? И сколько из них в итоге не заканчивает где-то в заМКАДных трущобах? Мало, очень мало.

Этот город, словно рыба-ловец, заманивает добычу ярким фосфоресцирующим светом приманки. И наивные глупцы стаями слетаются на неоновые рекламные вывески, предлагающие выгодный курс обмена души на роскошь и богатство без регистрации и смс.

Но такова жизнь, даже огромному вековому механизму города требуется смазка для шестеренок. А как известно, кровь куда дешевле масла.

И таможенников тоже можно понять. Приходит бродяга-призыватель первого ранга, которому только-только стукнуло восемнадцать. И идет явно своим ходом, потому что денег на телепорт у него нет. Очередной наивный глупец, прибывший на турнир года, чтобы завоевать славу и получить пропуск в лучшую жизнь.

Да только вот на турнире все призовые места покупают заранее. И если ты не состоишь в одном из топовых кланов, то максимум, что тебе светит – это роль мальчика для битья. Впрочем, бывают и исключения.

До тушинского поля я добрел за несколько часов, стараясь держаться подальше от скопления людей. И все для того, чтобы упереться в огромную очередь прямо на входе арены. Разумеется, очередь состояла из простых призывателей первого-второго ранга.

Кто сумел вскарабкаться выше шли отдельно, а клановые так вообще перли без очереди, расталкивая всех локтями. В один момент сквозь очередь буквально проломилась толпа молодых парней и девушек, распихивая всех. Черные куртки с красными вставками, закатанные рукава выдавали в них призывателей. Герб Дома Дракона я узнал сразу.

Клан Небожителей, один из сильнейших в Москве. Они идут по пути Дракона, выбирая его своим покровителем. Я же просто стоял, стараясь сохранить концентрацию. После пяти лет в диких землях, вдали от цивилизации, такое количество живых существ в одном месте сильно нервировало.

Ладно, надо привыкать. Очередь текла вяло, все-таки искателей славы было много, благо у зрителей был отдельный вход. Но все-таки и до меня дошла очередь. Мужчина на стойке регистрации выглядел уставшим и явно мечтал оказаться сейчас где-нибудь в другом месте.

– Заявка? – протянул он руку.

– Что? – не понял я.

– Заявку на участие, заполненную, в двух экземплярах. Нет заявки – не участвуешь.

– Я не знал, что требуется…

– Следующий, – коротко бросил он.

– Я только вернулся с паломничества…

– Да мне насрать. Нет заявки – пять рублей за срочное оформление. Нет денег – приходи через год.

Я почувствовал, как начал закипать. Уже примерился, как поудобнее вырвать кадык этому зазнавшемуся ублюдку.

– А давайте полицию позовем, пусть они оформят, – раздался женский голос у меня за спиной. – Или, может, сразу турнирную комиссию?

Я медленно обернулся и посмотрел на говорившую. Девушка с волосами цвета вороньего пера и ярким сиреневым макияжем. Чуть ниже меня ростом, но стояла, выпрямив спину и скрестив руки на груди. Она сверлила взглядом регистратора, и тот наконец сдался.

– Длань приложи, – злобно бросил он, кивнув на странную пластину с выемкой под ладонь.

Я сделал то, что он сказал. Через секунду по пластине, напоминавшей скрижаль, прошла вибрация, а принтер за спиной регистратора выплюнул исписанный лист.