Чтение онлайн

Вода была теплой, мягкой. Лунный свет заливал поверхность, делая ее серебристой. Кругом густой лес - тишина и покой. Я быстро разделась и неторопливо погрузилась в воду. Искупалась, всласть поплавала, потом просто лежала на воде раскинув руки.

– Долго еще киснуть будешь?
– крикнул с берега эльф.

– Выхожу, - буркнула я себе под нос и выбралась на сушу.

Вытерлась, промокнула волосы и пошла к огню. После купания несмотря на лето, было прохладно. На ужин была каша с мясом.

– Оленина, - ответил на невысказанный вопрос эльф.

Когда только успевает охотиться?

После ужина, если не морило в сон, Вельмир учил меня магии - держал обещание. Он и в Илмению пошел только благодаря клятве. Обычно молодые маги ищут путь сами.

Уроки начались с азов. Многое я знала благодаря колледжу, очень многому в свое время научил Мастер, но эльф считал, что повторение основ еще никому не мешало. Пока учеба была теоретической - без магии много не попрактикуешь. Я слушала, повторяла, запоминала, но к интересующим вопросам так и не перешла. Что раньше казалось сверх важным, сейчас потеряло всякий смысл. Зачем мне знать как вернуть человечность, если я никому не захочу ее подарить? Куда лучше овладеть абсолютными заклинаниями и телепортацией.

Когда спросила эльфа почему мои раны заживают, тот ответил, что скорее всего это побочный эффект от того способа, каким вернул меня Мастер. Временно это или навсегда, эльф не знал. Я кровожадно предложила отрубить мизинец на ноге, и посмотреть вырастет ли новый, но остроухий покрутил пальцем у виска. А я пожала плечами. Мизинца было не жалко.

О себе Вельмир говорить не любил. Сказал, что эта планета ему не родная, и поселился тут чтобы найти Мастера. О прошлом не рассказывал, о своем народе тоже. Мне было любопытно - об эльфах я слышала только на лекциях по "этнике", да читала в книгах. Вельмир был первым представителем этой холодной расы, с кем случилось познакомиться лично. На вопрос - все ли эльфы такие мстительные психи, тот оскалился и посоветовал не рисковать и не проверять. И я решила последовать совету.

Той ночью мне приснился Мастер.

Он с закрытыми глазами стоял на выжженной поляне, той самой, где я кричала и выливала энергию. Волосы его трепал ветер, а я подумала, что впервые вижу его простоволосым. Мастер вдруг открыл глаза и посмотрел прямо на меня - в упор. Я почувствовала взгляд всем телом - как током ударило. В реальности мы находились на огромном расстоянии, но во сне казалось, что протянув руку, можно коснуться его, ощутить тепло тела. Его глаза сузились, ярко полыхнув напоследок, а потом потухли - только злость осталась. Как сквозь шелест ветра я услышала его голос.

– Где ты?
– он стоял наклонившись вперед, руки были сжаты в кулаки так, что костяшки побелели.

Ответить не решилась. Да и как говорить во сне?

– Я спросил где ты, черт возьми? Отвечай!
– он сорвался на крик, брови сошлись на переносице, а глаза разгорались бешенством.

Подумалось, что привычная маска равнодушия наконец слетела с него - только мне от этого было не холодно и не жарко.

А потом на поляне оказался Вельмир.

Эльф стоял у края обгорелой травы, не переступая черты. На лице - скука, руки сложены на груди. Мастер вдруг резко качнул головой, а когда увидел эльфа, его брови натурально подпрыгнули вверх. Спустя миг он шагнул в сторону Вельмира, замер, словно наткнулся на стену и зашипел:

– Ты! Мерзкий трус!

Дальше слова пошли совершенно непечатные. Много слов, суть которых состояла в том, что Мастер обещал найти Вельмира, очень долго его пытать, оторвать отвратительные уши, после руки и ноги, а если этого будет недостаточного для его удовлетворения, то вырвет еще и сердце. Все это говорилось тихим, злым шепотом, отчего в серьезности слов сомневаться не приходилось. Он действительно это сделает.

Я смотрела со стороны - впервые видя их рядом, и думала, что они похожи. На самом деле - светловолосые, высокие, и кроме внешних черт было еще что-то. Повадки, манера склонять голову, интонация - похоже, даже слишком. Думается, соврал остроухий насчет причины их вражды.

Сейчас они стояли друг напротив друга - хоть и на расстоянии, но напряжение накалило воздух добела.

В ответ на речь Мастера Вельмир усмехнулся - дернул уголком рта, также шагнул вперед и остановился, так и не переступив черты круга.

– Как же ты жалок, Астар, как смешон! Забей глотку пустыми угрозами! Слышишь, мразь, слышишь? Это девчонка меня отпустила! Пока ты трахал своих многочисленных баб, она кормила меня с ложки и строила план побега.

Мастер отшатнулся. Перевел взгляд на меня. Крылья носа побелели, он сжал зубы с такой силой, что мне послышался скрежет, а из глаз такая тьма хлынула, что воздух загустел. Люди так не смотрят. Попросту не могут. Так смотрит само зло - первобытное, безжалостное.

Я подумала, что и в этот раз мне сказать нечего. Эльф сказал правду.

Разумом понимала, что это сон, что все не по-настоящему, что нужно проснуться, но ничего сделать не могла. Просто смотрела.

Мастер решил ответить. На этот раз голос его был бесстрастен, но тьма все расползалась, заполняла выжженный круг, в цеnbsp;нтре которого стоял Алекс.

– Какая новость. Даже не знаю как реагировать. Возлюбила врага своего значит. Неожиданно, - голос бесцветный, пустой, но от этого не менее страшный.

– Еще как возлюбила, - довольно похабно усмехнулся эльф, а я оцепенела.

– Заткнись. Просто закрой свой поганый рот, - на Алекса было страшно смотреть.

Тьма уже не просто лилась, она хлестала, окутывала круг плотной пеленой.

– А что такого? Или ты стал отъявленным шовинистом? Вроде как только тебе все можно?

Как по мне, так прощелкал ты, Астар, свое счастье. Остается только свалить с арены и не мешать другим получать удовольствие.

Вельмир говорил спокойно, лениво, не обращая внимания на расторгающийся ад.

– Удовольствие? Ах, удовольствие. Это даже любопытно.

После этих слов Мастер отпустил тьму и она понеслась. Прямо на эльфа.

Я зажмурилась, а потом тихо сказала:

– Хватит.

Тьма замедлилась. Нехотя. С трудом.

– Уходи, - повернулась к эльфу.
– Я сама.

Тот хотел возразить, но я покачала головой. А после шагнула в круг.

По ногам носился ветер - гонял пепел, пачкал обувь. Тьма была влажной, холодной. Я сделала еще шаг и она отступила, развеялась.