Антифэнтези
Шрифт:
А потом мы ехали в мягкой темноте ночи, и мне было немножко стыдно за мое вранье Рюшке, что смогу управлять лошадью – мне и собой-то управлять было почти невозможно. Хорошо, кобыла сама послушно трусила за передним скакуном и не требовала ничьего внимания. Я бережно обнимал Машуню за талию, а она расслаблено облокотилась о мою грудь. Ее волосы наконец, как я и мечтал, развевались по моему (а не чьему-либо еще) лицу, и я вдыхал их дурманящий аромат. Мы просто молчали, а впереди нас ждала неизвестность, и я твердо знал только одно: я обязательно верну эту милую и доверчивую егозу ее родителям, причем, целой и невредимой!
Несмотря на вернувшиеся неприятные ощущении в ногах и спине, я, казалось, ехал бы так вечность, потому что мне без всяких слов было понятно, как Маше сейчас хорошо в моих объятиях. Она даже не смахнула моих, держащих поводья рук, которые «под собственной тяжестью» нахально легли ей на ноги.
Этот восхитительный дурман был нарушен какими-то сполохами, замелькавшими впереди. Мы подрулили к остановившемуся Рюшке, и я спросил:
– Похоже, это факелы на чем-то высоком?
– Это закрытые ворота в город, а огни на стенах. Мы приехали, - ответил наш гид в этом мире.
Посовещавшись, мы решили отъехать немного обратно, снять поклажу и пустить лошадей по дороге назад. У Машуни возникло опасение, что для животных небезопасно одним отправляться в путь, но Рюшка заверил, что здесь, у города риск небольшой. Своровать, конечно, могут, но для лошади смена хозяина большого значения не имеет. Если только вампир какой попадется – при этом он недвусмысленно кивнул в сторону защитницы животных. Я заверил, что бояться некого, единственная угроза напоена мною еще в трактире, так как я вовремя подсуетился, попросив Колю наполнить мне пузырек кровью на кухне.
Спустя несколько минут лошади потопали в обратную сторону, провожаемые моими ласковыми уговорами, а мы забились в ельник, развернули рядышком Эльвирины подстилки и завалились спать. Ни на какой ужин или завтрак у нас не оставалось сил, а они нам еще очень могли понадобиться сразу после восхода солнца, когда откроются городские ворота. Машуню мы по-джентельменски положили между собой, чтобы на нее не позарился ни жучок, ни паучок, ни змеючина. Я засыпал и вспоминал, как по моему лицу совсем недавно гуляли ее темные локоны…
ЧАСТЬ ВТОРАЯ: ГОРОД ЗИМНИХ РОЗ
ГЛАВА 5
Это неправда, когда говорят, что детей в средневековых городах пускают всюду, куда ни попадя, и при этом всегда с готовностью отвечают на их вопросы. Но, слава богу, мы были не средневековые дети, и даже не совсем дети, вернее, не совсем люди…
Еще с утра в лесу Рюшка озадачил нас проблемой прохождения ворот. Естественно, что на городских воротах стояли стражники. А как это всегда происходит в диких сообществах: чиновник на своем посту бог и царь. То есть, в принципе, они должны были собирать входную подать с купцов и проверять на «приличность» въезжающих путников, но ни то, ни другое четко не оговаривалось законом. Поэтому пройти нам просто так сквозь этих дармоедов или мародеров (не помню, как таких типов называют) явно не светило, особенно беззащитной девчонке. Но не светило только на первый взгляд.
Мы неспешно попивали душистый чай из кружек и, закусывая его Эльвириным печеньем, обсуждали ситуацию. Я сделал неподлежащее обсуждению заявление, что Машуня идет под пологом своей незаметности, а мы за ней, как два нормальных путника, пытаемся или втирать очки страже, или, в крайнем случае, откупиться. Рюшка не возражал, только заметил, что неплохо бы нам было справить хоть какие-нибудь документы. Что он под этим подразумевал при их всеобщей неграмотности – я так и не понял, а Машуня почему-то не стала вносить ничего поперечного в наши планы, задумавшись о чем-то своем, девичьем.
Вот хитрющая девка – прикинулась овечкой! О чем она тогда думала, мы с Рюхой узнали только в воротах. Наша зубастенькая красавица, как и предполагалось моим планом, безнаказанно прошла незамеченной охраной. Чего не скажешь о нас. Мне было противно смотреть, как загорелись спортивным интересом глазки этих бульдогов на воротах.
– А ну, малявки, стоять! – рявкнул тот, что был потолстомордей. – Как звать?
– Шиш и Рюха! – испуганно вырвалось у Андрюшки.
– По какому делу в город, и какие документы есть?!
– А ты читать-то умеешь, Аника-воин? – спросил я прищурившись. – Уже и на детей наезжать стали! И не стыдно вам?
Я приготовился к потасовке, или в лучшем случае, изнурительной торговле. По раннему времени, народ в город сильно не ломился, а стражники были очень даже бодрые и скучающие. Я еще успел пожалеть, что сразу начал с ним собачиться, вместо того чтобы польстить, но тут произошло совсем неожиданное: толстый вояка вдруг погрустнел и, пряча глаза, стал оправдываться:
– Так оно… командир требует для порядку, а так оно что ж… чего с мальцов взять, у самих таких по пятку на лавке сидит… проходите уж, ладно уж…
Мы с Рюхой, ничего не понимая, подхватили сумки и кинулись в ворота. И тут мой взгляд наткнулся на светящийся веселым ехидством взгляд нашей вампирши, стоящей неподалеку на пригорке. Ну конечно! Какой же я осел! Она, миновав ворота, элементарно загипнотизировала стражников, превратив их в великовозрастных слюнтяев, рефлексирующих по поводу своей совести. Да, это уже не один-ноль в ее пользу – тут со счета собьешься!
Дальше в городе при попытках общения была примерно та же ситуация. Хмурые прохожие не очень-то желали разговаривать с мелюзгой, а карты этого достопримечательного места еще никто не рисовал, а если и рисовал, то туристам не выдавал. Поэтому, сначала мы никак не могли узнать, как пройти к сестре Эльвиры, и не смогли бы, если бы не Машуня. Она в момент разговорила третьего попавшегося нам прохожего (после моих двух безрезультатных попыток). Эта нахрапистая туристка еще хотела заставить его проводить нас до места, но я притормозил непоседу, увидев, что наш собеседник не на шутку испугался упоминания района Зимних Роз.
– И так дойдем! – шепнул я ей на ухо. – Главное, общее направление взять, а ближе к цели еще раз спросишь.
Мы шли по унылым мощеным улицам, и я все думал, где же тот сказочный шарм, которым так и веяло от красивых и увлекательных фэнтезийных историй? Здесь почему-то веяло помоями и прочими нечистотами, стекающими по канавам вдоль края улицы. Казалось окна-бойницы в покрытых серой пылью домах, служили только для слива всякой гадости. Такие же серые и скучные прохожие, как будто покрытые все той же пылью, совершенно не вызывали у меня не то что сказочного, но даже простого обыденного любопытства. Когда мимо нас проехала очередная унылая кляча, впряженная в скрипучую телегу, я не выдержал и спросил у приятелей: