Чтение онлайн

Кунц увидел подземный гараж. По нему шел мужчина, которому не мешало бы сбросить вес. От мужчины пахло табаком. Гараж был почти пуст – всего шесть машин. Одна из них красная, с откидным верхом. Мужчина направлялся к ней.

Кунц резко открыл крышку зажигалки. Щелчок. Закрыл. Щелчок. Открыл. Закрыл. Щелчок. Щелчок. Воплощенное в металле совершенство.

Он чувствовал каждый атом тела ее владельца.

Арчи открыл дверь своего «астон-мартина», забрался внутрь, закрыл дверь. Она захлопнулась с солидным стуком. Эта дверь сделана вручную, пригнана вручную. Над ней поработали лучшие инженеры. Он повернул ключ зажигания. Послышался щелчок – это включилось электрооборудование автомобиля. Еще щелчок – это включилась CD-магнитола. И еще щелчок – но такой тихий, далекий, что Арчи едва услышал его. Он будто прозвучал у него в голове.

Ожил двигатель, и звук его работы был симфонией. Арчи – дирижер – надавил на акселератор. «Астон-мартин» задрожал от наполнявшей его мощи. Эхо музыки выхлопов металось по гаражу.

Левой ногой Арчи выжал сцепление, но ничего не произошло. Он удивился и попробовал еще раз. Нервный импульс прошел от его мозга к ноге, но нога не пошевелилась. Он попробовал в третий раз. То же самое.

«Онемела», – подумал он.

Он хотел устроиться в кресле поудобнее, но теперь и руки его не слушались. Странно. Он видел, что стрелка счетчика оборотов дрожит на отметке «1000». Слышал рокот двигателя, гром выхлопа. Обоняние тоже не пропало – он легко чувствовал запах кожи салона.

У него в голове раздался еще один странный щелчок, гораздо более громкий, чем раньше.

Кто-то стучал в окно. Арчи хотел посмотреть, но не мог, его голова не поворачивалась.

Голос. Арчи не узнавал его, но это, наверное, был сторож гаража. Голос кричал:

– Эй! Эй! Эй, вы, там!

«Он что, хочет прикурить?» – почему-то подумал Арчи.

В полдвенадцатого зазвонил телефон. Джон сидел внизу перед телевизором. Он схватил трубку в надежде, что это Сьюзан, – это должна быть Сьюзан, пусть это будет Сьюзан!

Это была Пайла. Злая и обиженная. И еще обеспокоенная и немного пьяная.

– Привет, Джон, – сказала она. – Слушай, я беспокоиться. Прости меня, я поздно, но я правда беспокоиться. Арчи говорить, сегодня он играет с тобой в сквош.

– Ну да.

– Он звонить мне, не знаю, полтора часа назад и говорить, что здесь через двадцать минут. Я стараюсь звонить, но ни дом, ни мобильный, ни офис не берут трубку. Где он?

Джон сказал ей все как есть, что он последний раз видел Арчи в клубе в девять. Но он не стал говорить ей, что у Арчи всегда есть в запасе штук пять подружек, он мог заехать к кому-нибудь из них по дороге домой.

И он решил не говорить ей, что Сьюзан тоже нет дома. Не хватало еще, чтобы эта дикая испанская кошка решила, что Арчи и Сьюзан смылись вместе. Он посоветовал ей не беспокоиться, сказал, что Арчи скоро объявится. Если она на самом деле беспокоится, она может попробовать обзвонить полицейские участки и больницы – на тот невероятный случай, если он попал в аварию.

Повесив трубку, он налил себе бренди и распечатал пачку сигарет, которую уже два месяца носил с собой.

Сьюзан собрала вещи и куда-то делась. Теперь Арчи пропал.

На какой-то дикий момент эти два события соединились в его сознании, но он немедленно отбросил эту мысль. Если бы они собирались вместе свалить, Арчи вряд ли перед этим стал играть с ним в сквош. И к тому же Арчи был без ума от Пайлы – гораздо более без ума, чем от любой из своих предыдущих подружек.

И Сьюзан, почти на восьмом месяце беременности, не стала бы ни с кем сбегать. Кроме мистера Сароцини.

Чушь собачья.

Может, Арчи помог Сьюзан убежать?

Невозможно. Он зажег сигарету. От первой затяжки у него закружилась голова. Вторая затяжка оказалась лучше. Сигарета была сладкой, дурманящей, расслабляющей. Он чувствовал легкую слабость, будто после адреналинового возбуждения.

Арчи не имеет к этому никакого отношения. Он не стал бы. Если бы Сьюзан попросила Арчи помочь, он бы все рассказал ему. Арчи – его друг, а не Сьюзан. Арчи трахается где-нибудь, вот и все. Но Сьюзан?

Куда она подевалась?

Он затянулся сигаретой, глотнул бренди и в сотый раз за вечер перебрал варианты.

Их было очень мало.

– Он уже час так сидит, – сказал Рон Уикс, обращаясь к двум только что прибывшим полицейским офицерам.

Он стоял рядом с «астон-мартином» Арчи. Двигатель автомобиля по-прежнему работал, и в гараже было трудно дышать из-за выхлопных газов.

Один из офицеров открыл дверь и тронул Арчи за плечо.

– Сэр? – сказал он. – Сэр, что случилось?

Арчи не отреагировал. Он не моргая смотрел вперед.

– Он ничего не говорил? – спросил второй полицейский.

– Ни слова.

– Ступор, – сказал первый полицейский. – Я такое уже видел. Отец с дочерью попал в аварию и видел, как у нее снесло голову. Он в таком же состоянии был.

– Не исключено, что у него инсульт, – сказал другой. – Вы звонили в скорую?

– Нет, – ответил Рон Уикс. – Я не знал, что нужно звонить.

– Я вызову. – Офицер поднес ко рту рацию.

Арчи сделал странное, направленное вверх движение большим пальцем.

– Говорите, он все время это делал? Большим пальцем? – спросил второй полицейский.

– Да, – сказал Уикс. – Думаете, он пытается нам что-то показать?

– Да нет. – Полицейский нахмурился. – Странно. Похоже, будто он пытается зажечь сигарету.

Дом находился в шести кварталах от Венис-Бич, но от выстроившихся вдоль улицы зданий стоимостью в миллионы долларов его отделяло не просто несколько сотен ярдов.

Это было маленькое скромное одноэтажное строение с круглым чердачным окошком. Его уже лет десять как нужно было заново покрасить. Когда-то дом был белым, а теперь приобрел цвет никотина, и выгоревшая на солнце краска вздувалась пузырями и облетала. Под почтовым ящиком из рифленого железа была видна полустертая надпись, идентифицирующая владельцев дома: «Корриган».