Чтение онлайн

— Так эта маленькая дрянь хотела заманить нас в ловушку, — вознегодовала Эрика.

— Он же нас наоборот предупредил о грозящей нам опасности, — вступилась за Хоплю, Алина.

— Не подруга, он просто спасал свою шкуру. Наверное думал, что если всё расскажет, то мы сжалимся над судьбой этого бедняжки, — не согласился Ларс.

— В любом случае он больше не нужен, — довольно произнёс одержимый, вновь принявшись душить гоблина. Скорей всего на этот раз он собирался довести дело до конца. Хопля, выпучив глаза, начал ловить ртом воздух, тщетно пытаясь разорвать тесные объятия.

— Франс хватит! Отпусти его! — вскликнула обычно спокойная Алина.

— Зачем? Навряд ли этот шкет знает ещё что-нибудь полезное. Или ты хочешь забрать его жизнь сама? Тогда я могу посоветовать несколько занятных способов, тебе понравится, — расплылся в улыбке одержимый.

— Алин, зачем тебе этот гоблин? Убьём его, дождёмся, пока активированная ловушка утихнет и спокойно доберёмся до вершины башни, — обрисовал нерадостные перспективы для зеленокожего Ларс.

— Я не буду смотреть, как вы убиваете беззащитных детей!

— Очнись Алина, этот подросток через год придёт сюда с дубиной и без каких-то сожалений проломит твою наивную головушку, — попытался я воззвать к разуму девушки. Не подумал, что может возникнуть такая проблема, но, видимо, постоянно всё гладко быть не может. Алина не готова видеть, как убивают детей, пусть те и не принадлежат к людскому роду. Убийство Хопли может сломать девушку, что в боевой обстановке крайне нежелательно.

— Рик, пожалуйста, не нужно этого делать, он ведь совсем безобидный и не сделает нам нечего плохого, — захныкала Алина, часто хлопая ресницами.

— Франс, свяжи его, пусть дальше с ним наша добросердечная подруга возится сама, — не стал обострять обстановку я. — Да отпусти ты его, он же сейчас помрёт!

— Могли и труп связать, хлопот было бы меньше, — недовольный тем, что ему не дали завершить начатое, заворчал одержимый.

Хоплю быстро связали, приспособив первую попавшуюся тряпку в роли кляпа. На этом мы не остановились, а утащили связанного в дальний конец комнаты, закидав гоблина ветошью. Ларс пытался заикнуться, мол, рас это теперь питомец Алины то пусть она с ним и таскается, но получив в ответ на своё высказывание испепеляющий взгляд Эрики, что успокаивала девушку, заткнулся. Закончив с неумелой маскировкой, мы собрались выдвигаться.

— Слышь Хопля, ты только никуда не уходи! — крикнул напоследок Ларс.

— О как банально. Хотя чего стоило ожидать от рыночного воришки, — не удержалась от колкости Эрика.

— Вот не надо трогать рынок, там вообще-то каждый день скоморохи выступали и все в восторге от их представления.

— Не Ларс, правда, шутка так себе, — подержал я Эрику.

— Ну, хоть ты Франс, скажи этим чурбанам без чувства юмора, что смешно, — начал искать поддержку воришка.

— Я бы постеснялся так шутить в приличном обществе.

— Ну что с хлыща взять, тебе только пьесы Генрика Исбена обсуждать, попивая коллекционное вино. А ну, зови сюда беса, он то оценит столь тонкую иронию.

— Не думаю, что моя вторая ипостась может что-то оценить, кроме картины нарисованной кровью. Да и только если эту картину он наполнит красками сам, — не согласился с ним Франс.

— Думаю, искусство мы сможем пообсуждать в другой раз и так из-за этого гоблина сильно задержались, — остановил я неуместный сейчас спор.

Собравшись, мы поднялись наверх, где был прикован гоблин. Этот этаж мы преодолели на максимальной скорости, каждую секунду ожидая, что вот сейчас активируется ловушка, и души принесённых в жертву гоблинов начнут рвать нас на части.

Благодаря усилению, я возглавлял наш забег и из-за спешки ввалился на следующий этаж без каких-либо осторожностей, за что и был вознаграждён дружным арбалетным залпом.

Видимо, активированное усиление всё же не усиливает болевые ощущения. Хотя сейчас это не сильно радовало. Возможно, из-за резкой вспышки боли, меня бы вырубило, а так пришлось валяться ничком без возможности даже осознать случившееся по причине нестерпимой боли, затопившей моё сознание.

Один из снарядов вошёл мне прямо в рот, выбил несколько зубов, разрезал язык и вышел, пробив себе путь через щеку, дальше на его пути возник цвайхандер, что я так и таскал на своём правом плече. Из-за препятствия болт потерял возможность продолжать свой путь и остановился. Рот наполнился кровью, жёсткое оперение болта впивалось в развороченный язык при каждом судорожном сглатывании крови или при попытке сделать вдох. С лёгкими тоже было что-то не так, при каждом вздохе на грани слышимости раздавалось лёгкое посвистывание, отчего казалось, что с таким трудом заглатываемый в себя кислород бесполезно выходит из пробитого лёгкого. Как будучи оглушённый болью мне удавалось расслышать этот свист, было непонятно.

Я потерял ход времени, просто в какой-то момент почувствовал, как кто-то крепко ухватил мою кисть, что, ломая ногти, царапала холодный пол. Ладонь легла на что-то мягкое и тёплое.

— Рик! Рик! Давай же гребённый ты задохлик, поглощай силу, — с трудом донеся до моего создания чей-то настойчивый крик.

«Силу? Какую ещё силу?». В попытках избавиться от мучений, мой мозг всё-таки смог сопоставить насильно удерживаемую ладонь и крик, что так и продолжал настойчиво что-то требовать. Собрав остатки самообладания, у меня получилось начать процесс поглощения силы. Странно, но вытягивание чужой силы, кроме первого раза, обычно требовало чуткого контроля, чужая сила нехотя перетекала в другое тело и требовалось постоянно поддерживать процесс. На этот раз всё прошло удивительно просто, стоило только начать тянуть в себя энергетику чужого тела, как она непрерывным потоком хлынула в меня, растекаясь к повреждённым участкам.

По завершении процесса боль хоть и не отступила, но значительно сбавила свой прессинг, что позволило начать мыслить связано, не тратя на это колоссальные усилия. Благодаря этому, я осознал, что тело под моей ладонью поменяли, и незамедлительно запустил повторно процесс поглощения. Второй приток силы наконец-то привёл меня в порядок, позволив открыть, переставшие слезиться, глаза и осмотреть своё покалеченное тело.

Что же регенерация от поглощения чужой энергии это конечно хорошо, вот только болты из моего тела не догадались вынуть и сейчас древки снарядов торчали из меня, навивая печальные мысли о том, как их будут выковыривать из моего и так настрадавшегося тела. Всего в меня попали четыре болта, пронзив правое бедро, живот, грудь и рот.