Чтение онлайн

Но тогда объясните, зачем вы так поступаете со мною? Это похищение… Угрозы моим родным… Зачем всё это?! Я бы сам, по собственной воле явился в опытно-конструкторское бюро СКАО и....

– Наша корпорация не имеет никакого отношения к дохлой кошке, которую вы называете СКАО. Я напомню, что вы находитесь в одном из филиалов «Корпорации Ной-2».

– Ной, Ной, – несколько раз повторил Генри, – вот почему вы спрашивали, верю ли я в Бога. Но, знаете ли, можно быть законченным атеистом и при этом просто из чистого любопытства прочесть Библию и узнать, кем был Ной.

– Резонно, – едва разомкнул узкие губы, Моут.

– Ной, – продолжил учёный, – если мне не изменяет память, выполняя волю Бога, построил ковчег, на котором во время всемирного потопа спасся сам, спаслась его семья и разные твари по паре.

– Для законченного атеиста, коим вы себя считаете, вы прекрасно осведомлены об этом ужасном для человечества, периоде. Да, Ной, богобоязненный человек, святой человек, по сути, полубог, спас человечество от полного уничтожения. Он спас нас с вами, сэр.

Пфафф всплеснул руками.

– Да поймите же вы. Это всего лишь легенда, миф, который ничем кроме святого писания написанного полуграмотными евреями, не подтверждается.

– Хорошо, пусть это всего лишь миф. Пусть сказка. Но какова! Один, всего лишь один мудрый человек, сам или по совету, – Моут закатил глаза, – всевышнего, спас человечество от неминуемой гибели. Просто чудо!

Гарри дёрнулся было вперёд,’чтобы снова нависнуть над столом, но передумав, наоборот, ещё больше вжался в кресло.

– Да, мы не зря включили в название нашей корпорации слово «Ной» под номером два. Мир вновь навис над краем бездны. Как и в те стародавние времена люди погрязли в грехах. Мужеложствуют. Лесбиянничают. Превращаются тысячами, миллионами в законченных наркоманов, алконавтов и игроманов. СПИД выкашивает целые страны. Золото, а не любовь и добродетель – вот кумиры нынешнего поколения, поколения дебилов, для которых человеческая жизнь абсолютно ничего не стоит. Даже наша, самая продвинутая передовая нация – во что она превратилась? По нашим штатам и улицам ходят раскормленные донельзя туши лишь отдалённо напоминающих своих славных предков. Обжорство и некачественная пища скоро превратят американцев в малоподвижные машины по пожиранию пищи. Нам грозит неумолимое самоуничтожение!

– Вот как? – тонкие брови учёного взлетели вверх, – не слишком ли вы сгущаете краски, мистер Моут?

– Напрасно иронизируете, Генри. Сейчас на планете проживает почти десять миллиардов людей. И, по крайней мере, восемь-девять из них, это отбросы, всё пожирающая саранча. Земля уже стонет, задыхается под гнётом этой массы людей с их ненасытными утробами и всё возрастающими потребностями. Ещё немного и планета восстанет и или изжарит всё человечество или заморозит всех до единого. На ней уже почти не осталось никаких ресурсов. Более менее повезло русским и бразильцам. У них ещё есть нефть, газ, леса, вода, плодородная почва. У остальных и этого не осталось. Мир ждёт неминуемый голод. А китайцы, индийцы, индонезийцы и прочие азиаты? Их уже сейчас больше половины населения Земли. Вы хоть представляете, что будет, если каждый из них вознамерится жить так же богато и с таким же комфортом, как мы, американцы или европейцы? Всё рухнет в тартарары и Земля пожрёт нас всех без разбора: и продвинутых американцев, и прожорливых китайцев, и воинственных русских.

Глаза Моута странно округлились. Их водянистый цвет налился неожиданной синевой. Губы вытянулись в узкую злую полоску.

– Послушайте, мистер Моут, у нас с вами какой-то странный разговор получается. Отвлечённый, на общие темы. Причём тут я и мои резонаторы сдвига?

Гарри и сам понял, что напрасно теряет время и всё же нашёл в себе силы загадочно улыбнуться.

– Всему своё время, сэр. Но вот что я вам скажу. Возможно, в недалёком будущем ваше имя золотыми буквами впишут в историю нашей обновлённой страны. Но давайте пока вернёмся в реалии нашего непростого времени. Итак, мы ждём от вас чуда. Вы должны создать действующий образец резонатора сдвига. И чем скорее вы это сделаете, тем скорее увидите свою семью…

Второй день заточения Пфафф провёл в глубоком раздумье. Что он мог противопоставить этим негодяям? Прощаясь с ним, Моут вызвал в кабинет Милвза и снова недвусмысленно намекнул – с его семьёй будет всё в порядке до тех пор, пока он будет сотрудничать с корпорацией. На третий день, Генри потребовал принести ему компьютер или ноутбук, бумагу и ручки разных цветов. Работа закипела. Через несколько дней Стив Милвз принёс профессору выкладки существенно уточняющие габариты будущего устройства и его деталей. В частности от него потребовали, чтобы резонатор собирался из отдельных блоков. Причём их размеры не должны были превышать одного метра в ширину и трёх в длину.

Но Пфафф уже устал удивляться этим капризам. Метр на три, значит метр на три. Блоки, значит блоки. Хотя в своих мечтах он уже рисовал такую картину: «Мичиган», мощнейшая американская ракета выводит на орбиту целый агрегат резонатора размером с пятиэтажный дом. Теперь в том положении, в котором он оказался, ему было безразлично для чего заданы именно такие размеры. Он, забывая порой толком поесть, до глубокой ночи корпел перед компьютером, подбирая оптимальные схемы, обводы и материал для своего детища. Ещё через неделю этого каторжного труда почерневший от постоянного недосыпа, похудевший и обросший щетиной, Генри забарабанил в дверь.

– Эй, Милвз, чёрт бы тебя побрал! Где ты там?

Был уже второй час ночи и когда Стив открыл дверь его лицо было похоже на морду рассерженного бульдога.

– Ну вы даёте, док! Ночь на дворе. Ложитесь спать, а утром всё решим.

– Я и так слишком задержался у вас. Зовите Моута или я… сожгу чертежи к чёртовой матери!

Амбал погладил вдруг вспотевшую лысину. Его так и подмывало дать под зад этому хлюпику, но тут на его запястье заверещал браслет. На миниатюрном экранчике появилось напряжённое лицо шефа.

– Стив, проводи его ко мне.

Пфафф поднял глаза и только сейчас заметил чуть выше двери глазок видеокамеры спрятавшейся между двух репродукций картин. Он протянул рулон чертежей в сторону видеокамеры и тут же из браслета Стива донеслось.

– Чертежи, разумеется, принесите ко мне.

Похоже, Моут всё время следил за узником, и спать не ложился. Он придирчиво до трёх часов ночи изучал каждый чертёж, каждую схему и комментарии к ним. После чего задумчиво произнёс.

– Вроде бы всё верно. Но это только полдела, Генри. Людям, которые стоят за мной, нужны не бумажки, а готовая вещь, способная выполнять полезную работу.