Чтение онлайн

Никакой раковины здесь нет.

Пелей пришел в гнев:

Как это - нет! Значит, ты, негодный, плохо искал! Ах, вижу, не на кого мне положиться, кроме как на самого себя. Сам поднимусь в корзине, поищу.

Сел в корзину и крикнул:

Поднимай!

Подняли сына царя вровень с крышей поварни, начал он заглядывать в ласточкины гнезда сквозь переплет прутьев корзины. Вдруг видит, одна птичка подняла торчком свой хвостик и ну вертеться.

Не мешкая, сунул он руку в гнездо и стал шарить. Нащупал что-то твердое и плоское и, ну, голосить на всю округу:

А, нашел, нашел, держу! Спускайте. Эй, старик, я нашел раковину!

Слуги все разом ухватились за веревку и стали тянуть, да слишком сильно дернули, веревка и лопни пополам. Пелей полетел вверх тормашками прямо на землю, да хорошо, падая, зацепился за ветви деревьев, что и смягчило нежданный удар. Вот чем закончились все его хлопоты.

Подданные подбежали в испуге, приподняли вельможу, смотрят, а у него зрачки закатились на лоб и дыханья не слышно. Влили ему в рот глоток холодной воды. Насилу-то, насилу-то, увещеваниями богини Панацеи, пришел он в себя.

Взяли его слуги за руки и за ноги и, бережно подняв с земли, понесли во дворец.

Как изволишь себя чувствовать?
– спрашивают.

Пелей чуть слышно прошептал, с трудом переводя

дух:

– -- Немного опамятовался, но не могу спины разогнуть. И все-таки душевно рад, что, наконец, достал я эту раковинку, ту, что просила красавица моя. И теперь уж родить она будет легко, и дети наши будут появляться на свет здоровенькими и невредимыми. А ну, подайте мне скорее свечу сюда. Не терпится взглянуть на это чуде.

С этими словами он приподнял голову, разжал кулак, взглянул. И что же! Не целебная раковинка у него в руке, а катышек старого птичьего помета. Пелей застонал, как подбитый на охоте зверь, и даже мужчины не могли сдержать слезу, слыша этот жалобный вой.

– Ах, это злая раковинка, злая раковинка! На беду себе полез я...

А людям послышалось тогда: «Ах, это злого рока вина, рока вина. Все бесполезно».

После такого несчастья Пелей совсем упал духом. Ведь не положишь такой подарок в ларчик, не пошлешь его несравненной Скилле. В довершение беды, он серьезно повредил себе спину. «Как бы злые языки не проведали, что заболел я по собственному недоразумению»,- со страхом думал Пелей и слабел от тревоги и тоски больше, чем от болезни. Все дни напролет сокрушался разбитый горем жених, что так и не достал заветной раковинки, не выполнил ее задания. Горше того, он стал всеобщим посмешищем. Но как ни тяжело было ему умирать напрасной, глупой смертью, а еще тяжелее было думать, что люди над ним смеются.

Узнала про его беду и Скилла, и всем сердцем стало ей жаль Пелея. Послала она ему в утешение песню:

Когда прочел это стихотворение Пелей, слеза застила ему глаза так, что долго не мог он затем прочесть песню Скиллы еще раз. С великим усилием приподнял он голову, и, слабеющим голосом велел записать такой ответ:

И произнеся последнее слово, Пелей расстался с жизнью. Услыхав о печальном конце соискателя ее руки, Скилла пожалела о нем и даже пролила слезы.

И вот, наконец, прослышал о несравненной красоте девушки Эвбейский герой, сын царя Навплия и Климены, Паламед. Был он редких способностей человек и немало сделал открытий на своем веку. Облагодетельствовал Паламед людей изобретением счета времени по годам, месяцам и дням, придумал игру в кости и много еще что. Не было для него загадок на свете, а если были такие, он всегда стремился разгадать их. Вот и узнав, что есть на свете девушка, красивее которой никого никогда не было, Паламед решил, что непременно должен увидеть ее. Но слуги царя донесли ему, что прелестницу держат взаперти, и никому не позволено видеть ее без согласия самой Скиллы.

Призвал тогда Паламед к себе жрицу Геро и повелел ей:

Слышал я, что живет на свете девушка по имени Скилла. Говорят также, что отвергла она любовь многих богатых и высокородных людей, никого и знать не хочет. Ступай погляди, какова из себя эта гордячка.

Геро, выслушав высочайшее повеление, отправилась немедля в дом старика Кореса. Там ее почтительно встретили, как и подобает подданной царя. Геро и говорит жене Кореса, Бавкиде:

Паламед услышал, что никто в целом мире не сравнится красотой с твоей дочерью Скиллой. Повелел он мне хорошенько на нее посмотреть и доложить ему, правду ли гласит людская молва.

Пойду скорее скажу об этом,- заторопилась старуха и стала упрашивать девушку: - Выйди, милая, не упрямься. Прибыла посланная от самого царя Паламеда.

Но Скилла и тут не спешила повиноваться:

Нет, не выйду к ней ни за что. Совсем я не так уж хороша собой, как люди говорят. Им бы всем сплетничать. А мне вот стыдно на глаза показаться царской посланнице.

Ах, не будь ты такой дерзкой, совсем не к лицу молоденькой девушке так вести себя. Разве можно ослушаться повеления самого Паламеда?
– ужаснулась старуха.

Но дочь даже и бровью не повела.

– - А я так слова царя ни во что не ставлю!

Долго еще уговаривала неподатливую красавицу Бавкида, но напрасно, Скилла так и не вышла на смотрины из своих покоев. Найденное дитя было для старухи все равно, что дочь родная, но услышав, как девушка говорит такие дерзостные слова,- страх даже берет слушать!
– - Бавкида вконец смутилась. Как принудить такую повиноваться? Делать нечего, вернулась она ни с чем и сказала посланной:

Горько я жалею, но дочь наша по молодости, по глупости ничего и слушать не хочет. Нрав у нее уж очень строптивый. Простите вы ее, неразумную. Не согласна она показаться вам.

Жрица Геро стала сурово выговаривать старухе:

Царь приказал мне поглядеть на Скиллу. Как же я осмелюсь вернуться, так и не взглянув на нее ни разу? Подумай сама, возможно ли, чтобы люди в нашей стране ни во что не ставили царских приказов? Не говори, пожалуйста, таких несуразных слов!

Но на переданные старухой слова Геро Скилла еще хуже заупрямилась:

Если я ослушница царской воли, так пусть меня казнят - и делу конец.

Пришлось посланной доложить Паламеду о своем неуспехе. Тот воскликнул: