Археец – сын короля
Шрифт:
– Спасибо сынок! – поблагодарил, Коновал парня. Где Тиндурин?(так солдаты и офицеры прозвали капитана медицинской службы Пчёлкина)
– Не знаю товарищ подполковник. Я только в сознание пришёл и его, ещё не видел.
Дверь палаты немного приоткрылась и из неё выглянула пьяная и небритая физиономия Тиндурина.
– Заходи не стесняйся, – с горькой усмешкой сказал Коновал.
– Можно, я здесь постою, – ответил заплетающимся языком Пчёлкин.
– Только девять часов утра, а ты уже надрался. Валера ты знаешь, почему я до сих пор терплю твои бесконечные пьянки и прикрываю тебя? Да потому – что ты хирург от бога. А ещё потому – что, ты тогда во время боевой операции у кишлака Малокули, мне жизнь спас. Ты под обстрелом духов, в полевых условиях, срочно меня прооперировал, вытащил из лёгких пулю и остановил кровотечение. Борты не успели бы отвезти, меня в госпиталь и я бы, сейчас здесь не стоял. Но я уже вернул тебе долг сполна и у меня когда – нибудь, может кончиться терпение. Ты же боевой офицер, а опустился ниже плинтуса. Из тебя смеются все офицеры и солдаты нашего полка. Если к завтрашнему утру не завяжешь, то я отстраню тебя от должности и уволю к чёртовой матери. Смотри на него, он показал указательным пальцем на Семёна, он ведь ещё, по сути, молоденький пацан, а с ним бы я в разведку не побоялся пойти и довериться, а с тобой нет. Слушай меня внимательно: «Сейчас ты принимаешь холодный душ, бреешься, гладишься, короче приводишь себя в порядок и с трезвой головой заступаешь на дежурство. Если, сюда заявится, капитан Ярошенко, то ты костьми ляжешь, но не допустишь его к сержанту. Закрывайся, сооружай баррикады, иди на любую хитрость, но мой приказ выполни. Я своих героев в обиду никому не дам. Тебе ясен приказ?»
– Так точно! – промямлил Тиндурин и опустил голову.
– Тогда выполняй!
Коновал помахал начмеду, на прощание кулаком и покинул санчасть.
Семён схватился за голову и стал думать, как выпутаться из столь деликатной ситуации.
– Вот влип, так влип! Ну, Лёня удружил! Спасибо тебе огромное! Придётся сочинять правдивую историю, иначе этот особист от меня никогда не отвяжется.
К вечеру в дверь медпункта начал ломиться Ярошенко с криками и угрозами. Тиндурин, как цепной пёс заперся изнутри и ответил: « Сержант Иванов, опять потерял сознание и он, без письменного приказа командира части к нему никого не пустит.
7
Полковник Дворянинов сидел в своём рабочем кабинете и внимательно, изучал донесения своих подчинённых – агентуры с афганской стороны и нашей, армейской разведки, особистов полков и стукачей разных мастей. В свои сорок пять лет, он регулярно, каждое утро бегал шесть километров, занимался на брусьях и турнике. При росте в метр девяносто, широких плечах, развитой мускулатуре и атлетической фигуре, многие офицеры штаба его фамилию переделывали в Богатырёв и за глаза, так называли. Полковник об этой второй своей фамилии знал, но ни на кого не обижался, а лишь усмехался. К нему в кабинет без предварительного доклада вломился капитан Ярошенко.
Конец ознакомительного фрагмента.