Арпонис
Шрифт:
Он расстроенно забегал глазами по листам, косясь одновременно на Сашку и бормоча себе под нос: «Вот левитация, как пить дать, была без ограничений!».
Потом он сказал:
— Можно физически контролировать людей, при этом Марс должен быть в пятом доме. Ну что за жизнь!
Сашка удивленно спросил:
— Это как? Там есть объяснение, что значит контролировать?
Андрей поднял голову.
— Сейчас заставлю вас целоваться… — Он сделал вид, что тянется к книге.
— Эй, эй! — молниеносно отреагировала Маша. — Только попробуй, запущу книгой в голову!
— Да ты не поднимешь ее, — добродушно улыбнулся Андрей. — А потом ты что, не понимаешь шуток?
— Короче, суть ясна, — сказал Сашка. — Что-нибудь еще есть?
— Еще? — Андрей вздохнул. — Еще там есть какая-то вечная юность.
Маша удивленно уставилась на него.
— Вечная молодость, что ли?
— Понятия не имею, — сказал Андрей. Он показал написанные на бумаге слова «Semper virens». — Это «вечная юность» на латыни. Ограничений нет, зато есть предупреждение.
— Что за предупреждение? — заинтересовался Сашка. Маша тоже подалась к Андрею.
— А ничего, — сообщил тот. — Просто и тупо написано «Cave!», что означает «остерегайся». Чего остерегаться, известить забыли.
— Тогда это нам не надо, — сказал осторожный Сашка. — Давай дальше.
Маша с ним согласилась.
— Легко сказать «дальше», тут одни ограничения… А, вот! — с облегчением произнес Андрей. — Никто не хочет заглянуть в будущее? — Он с интересом поглядел на друзей. — Никаких условий, кроме времени года.
— А ты сам разве не хочешь? — спросила его Маша.
— Ни малейшего желания, — отрезал Андрей. — Давайте кто-нибудь из вас!
— Пожалуй, я тоже пас, — задумчиво сказал Сашка.
Он вспомнил тот сон, что мучил его чуть не неделю подряд. Было это прошлое, или будущее, или, что думал сам Сашка, просто чистой воды кошмар, не имеющий ничего общего с реальностью, но родился-то он в его голове. «Будущее», что обещала показать книга, родилось бы там же, и, значит, была вероятность опять узреть то чучело, что тянуло к нему свои лапы. А Сашка отнюдь не горел желанием увидеть его еще раз.
Все трое переглянулись, затем Андрей с Сашкой посмотрели вместе на Машу.
— А ты как, согласна? — с надеждой спросил ее Андрей.
Маша пожала плечами.
— Почему бы и нет? А что надо делать?
Андрей сразу оживился.
— Сейчас! — Он протянул ей лист бумаги. — Вот тебе транскрипция, там подчеркнуто. Ее надо четко и ясно произнести вслух. Только потренируйся сначала.
Маша взяла у него бумагу и некоторое время разглядывала ее в недоумении.
— Я должна это произнести? — попробовала она возмутиться, но Андрей ее прервал.
— Уж что есть! Этого языка никто не знает, — сказал он веско. — Можешь считать, что приобщаешься к вечности.
— Но это же непроизносимо! — возразила Маша. — Здесь сплошные согласные, и половина из них шипящие!
— А ты попробуй! — горячась, сказал ей Андрей. — Здесь хоть знаешь, как произнести. А я всю ночь переводил с латинской транскрипции в кириллическую.
Маша уважительно смерила глазами текст, потом покосилась на разложенные по полу листы.
— Ну хорошо…
Открыв рот, она с трудом выдавила из себя жуткий скрежещущий звук. Она сразу же поперхнулась, но под одобрительным взглядом Андрея решила сделать вторую попытку.
— У тебя классно получается! — подбодрил ее Андрей. — У меня выходит значительно хуже.
Вдохновленная Маша сделала еще попытку, потом еще и еще. Сашка сочувственно смотрел на ее мучения. Когда Андрею показалось, что всё получилось правильно, он сказал:
— Хватит!
— Почему? — спросила Маша сипло. Она хотела что-то добавить, но закашлялась.
— Всё нормально, — дал заключение Андрей. — Должно сработать.
Он забрал у нее лист, быстро глянул в него и протянул обратно. Потом сделал знак молчать и открыл книгу. Качнулся в комнате воздух, хрипло мяукнул за дверью кот. Маша замерла с листом в руках. Андрей нашел нужную страницу и кивком дал понять, что можно начинать.
Маша выпрямилась и, держа перед собой бумагу, старательно произнесла написанные там слова. В следующий миг будто полупрозрачное покрывало скрыло ее от глаз оторопевших мальчиков. Заорал и заскребся кот.
Маша стояла неподвижно, но зрачки ее бегали, словно она следила за каким-то действием. Так продолжалось довольно долго. Когда «покрывало» исчезло, на Машином лице появилась досада. Она опустила руку с текстом и вздохнула.
— А что так мало? — повернувшись, произнесла она странным голосом.
Мальчики сразу подступили к ней.
— А что видела? — сгорая от любопытства, спросил Сашка.
Маша метнула в него короткий взгляд и зарделась.
— Обойдетесь… — Она провела ладонями по лицу, будто отгоняя видение. — Андрей, а сколько это в годах?
Разочарованный отказом поделиться увиденным, Андрей огрызнулся:
— Не знаю! Здесь написано — недалекое. Еще есть отдаленное — понимай как хочешь.
— Отдаленное пробовать будешь? — ухмыльнулся Сашка.
— Давай уж, — подбодрил ее Андрей. — Соглашайся! А то сия функция закрывается потом аж до следующей зимы.
Маша задумалась, по лицу ее скользнула загадочная улыбка. Она решительно тряхнула головой и протянула руку за транскрипцией.
— Давай!
— На том же листе снизу, — сказал ей Андрей. — Там меняется всего одно слово.
Маша взглянула на лист.
— Это? — показала она строчку в самом низу. Андрей утвердительно кивнул.
— Только ты сначала проговори его. Хотя бы мысленно, — посоветовал он.