Чтение онлайн

Тем временем подоспело донесение от кавалерии. Кавалерия королевства не стала атаковать их порядки с фланга. Не останавливаясь она рысью уходила на запад.

Керберийский генерал растерялся, ему был не понятен такой маневр. Кавалерия бежала с поля боя? Не похоже. Уходили они очень организованно. И потом, куда делась вражеская пехота? Кербериец приказал остановить передвижения и выслать разведку.

Разведка, устремившаяся на север, нарвалась на засаду лучников и вынуждена была вернуться за подкреплением. Точнее — вернулось то немногое, что от нее осталось. Отправленная на место засады кавалерийская полутысяча не обнаружила там никого. Лишь к вечеру генерал получил нужные ему сведения: Пехота королевства отошла на двадцать километров к северу и закрепилась на берегу небольшой речушки. На берегу той же реки тридцатью километрами западнее остановилась конница Фонтена.

Керберийский генерал улыбнулся, думая, что разгадал замысел Фонтена. Тот думает, что остановит их у реки и нанесет фланговый удар кавалерией. Керберийский генерал рассмеялся. Не с силами Фотена планировать такие действия. Его кавалерия больше численностью, она не даст кавалерии Фонтена внезапно ударить с фланга. На следующий день керберийская пехота походным маршем двинулась вперед. Кавалерии был отдан приказ выдвинуться левее и блокировать действия оставшейся кавалерии противника.

Керберийский генерал разгадал план противника, но он все дело в том, что он разгадал только часть плана. Один очень существенный фактор остался без его внимания — двигаясь весь день и половину ночи корпус генерала Арта вышел правее дороги, по которой предстояло двинуться керберийцам.

Именно такой план и предложил генерал Арт в своем письме Фонтену. Им необходимо было выиграть день, они его выиграли. Если численное преимущество по-прежнему оставалось на стороне керберийцев, фактор внезапности и расстановка сил теперь играли на стороне королевства.

Пехота генерала Арта расположилась за холмом в двух километрах от дороги, кавалерия на два километра дальше. Костров не жгли, чтобы себя не обнаружить, сваренный накануне обед раздавали холодным. Утомленный длительным маршем корпус с удовольствием воспринял отдых до обеда, пусть и в ожидании предстоящей битвы.

Охотник-лирок скользнул юркой ящерицей с вершины холма и поспешил к Арту с докладом.

— Командира, враги идут, — лироки за время, проведенное в легионе научились неплохо говорить на языке королевства, но произношение у них, порой, было странное.

— Отлично, — отозвался Арт. — Пехота? Кавалерия?

— Люди иду. Кони не видно.

Как и предполагал Арт, керберийцы перебросили свою кавалерию на противоположный фланг. Лишь бы керберийский дозор не обнаружил их раньше времени. Ага, как знал.

Другой дозорный (лучник из сотни Свилта) подбежал с докладом.

— Эр генерал, конный креберийский дозор направляется в нашу сторону.

— Большой?

— Десятка три всадников.

Арт кивнул головой. Такое развитие событий было предусмотрено.

— Возвращайся на место, действуйте по плану.

Лучник пригибаясь побежал на оставленную позицию.

Полсотни лучших лучников корпуса сидели в засаде. Они должны были вступить в дело, как только керберийская разведка спуститься в лощину, расположенную перед холмом. У трех десятков вражеской кавалерии уцелеть не было шансов. Возможно, придется расстрелять и коней, как ни жаль безвинных животных. Если какая-нибудь испуганная лошадь выскочит из лощины без седока, это будет подозрительно. Лироки, правда, обещали поймать лошадей, да и не убежит тренированная лошадь далеко от упавшего седока. Но все ли они тренированы?

Спрашивается, а не насторожит ли керберийцев пропажа их разведки? Разумеется, насторожит, но Арт рассчитывал, что произойдет это не сразу. Не должна же была разведка вернуться через пять минут. Да и групп таких по округе несколько разослано. Пройдет какое-то время, прежде чем керберийцы поймут, что их разведка слишком долго задерживается. Что они предпримут? Пошлют вторую группу для проверки. Если она будет невелика, лучники справятся. Если велика? Не должна быть здесь и сейчас большая кавалеристская группа, вся кавалерия противники на другом фланге, обеспечивает заслон от кавалерии Фонтена. А если без шума все же не обойдется, придется начать атаку раньше, чем запланировано. Легионеры сидят на земле в полной готовности, задача им поставлена. Стоит им встать, и строй для атаки готов. Впрочем, план планом, а загадывать, как и что пройдет — занятие неблагодарное. Как только загадаешь, обязательно что-то пойдет не так.

С первой фазой плана, впрочем, накладок не произошло. Стоило керберийской разведке скрыться из вида марширующей на дороге колонны, как лучники вступили в дело. Из полусотни выпущенных стрел ни одна не прошла мимо цели. Подбежавшие охотники-лироки принялись ловить коней. Засвистели болло, спутывая ноги тем лошадям, которые пытались убежать. Лишь двух коней, слишком быстро метнувшихся в сторону, пришлось пристрелить. Арт не опасался, что ржание коней могут услышать на дороге. Марширующая колонна создает такой шум, что вряд ли кто-то услышит ржание, за два километра. Итак, с разведкой было покончено.

Как все-таки жаль, что профессиональных лучников в корпусе немного. Чтобы достигнуть искусства в стрельбе из лука, надо тренироваться годами. Новобранцы годны лишь для стрельбы по площадям. С тридцати шагов в мишень с человека ростом они попадут, но и только. Все же Арт считал, что это лучше, чем ничего. Лучников в легионе насчитывалось около тысячи, но лишь две сотни из них стреляли отлично, еще три сотни стреляли сносно. Оставшиеся пять сотен были совсем зеленые новички.

А кому легко? С профессиональной, хорошо обученной армией победит каждый. Но армия не становится сразу профессиональной. Королевство ведет войны не первый год, ветеранов повыбили в боях, вот и приходится тысячи комплектовать на две трети из новобранцев. В лучшем случае — наполовину. Хорошо еще пехоту за полгода удалось обучить. В комплекте с ветеранами пехотные тысячи представляли грозную силу хорошо отлаженного механизма. Нет, все-таки не так. Механизм подразумевает нечто механическое, заученное бездумно, повторяемое автоматически. И если сами приемы боя как раз такими и должны быть, то умение их применить там и тогда, когда они уместны, с механическим повторением не имеет ничего общего. Отработка основных приемов и инициатива, разумеется, не выходящая за рамки приказа.

«Не бежать бездумно вперед, смотреть по сторонам. Если видишь, что на товарища насели трое — помоги. Если враг атакует сбоку — развернись, отрази удар и только после того продолжай движение». Это для рядовых — у них своя инициатива. Инициатива десятников больше, но и она укладывается в рамки общего приказа. Еще больше инициатива сотников. Командирам тысяч было дано право менять решение по ходу боя, если ситуация сложилась так, что действовать по заранее намеченному плану не получается. Это было большое доверие, но и большая ответственность. Просто выполнять приказ — легче. Принять решение и нести за него ответственность — вот что непросто. Но безответственных людей Арт не допускал на командирские должности.

Наблюдение за дорогой продолжалось. Уже несколько тысяч керберийских пехотинцев прошли мимо позиций легионеров, когда в поле зрения наблюдателей появилась вторая группа разведки.

Предположение Арта о том, что любой план обязательно пойдет не так, оправдались в полной мере. Нет, группа не была слишком велика, но видимо керберийцы что-то заподозрили — их группа разделилась на две части, которые следовали метров в трехстах одна от другой. Как только наблюдатели доложили об этом генералу легионеров, он понял, что настала пора действовать.