Артефактор Горта

За минуту до переноса

Очередная пуля из автоматной очереди разбила каменную статуэтку, стоявшую на невысокой колонне, за которой я пытался укрыться.

«Ещё один-два моих ответных выстрела из травмата, и «коллеги» поймут, что они спокойно могут войти в галерею и добить меня», – мелькнула невесёлая мысль.

И тут моё внимание привлёк неясный свет, исходивший из основания разбитой статуэтки. Обтекая меня, свет стал быстро сгущаться, и мне показалось, будто я нахожусь в каком-то подобии водяной капли с чёткими границами.

«Интересные дела», – подумал я, наблюдая эту картину как бы со стороны. Затем свет окончательно сгустился, последовала вспышка – и темнота…

Через три часа после переноса

Пришёл я в себя в темноте и тишине. Воздух был затхлый и пыльный, на лицо явно прилипла паутина. Судя по ощущениям, я лежал на твёрдой каменной поверхности. Попробовал пошевелиться, тело привычно отозвалось. Так, с темнотой надо что-то делать. Осторожно встал в полный рост. Достал из кармана зажигалку и отвёл руку в сторону. Слабый свет разогнал тьму. Поводив рукой с зажигалкой перед собой, я увидел каменные стены и свод. Зажигалка нагрелась, и я, немного обжёгшись, потушил её. На стенах вдруг стали разгораться светлые шары из материала, похожего на стекло. Быстро увеличив яркость, они осветили всё помещение.

Таких светильников было много, они располагались на равных расстояниях друг от друга, и теперь я мог рассмотреть помещение, где очнулся. «Похоже, приплыл…» – уныло подумал я, разглядывая довольно обширное помещение без дверей и окон, одновременно похожее на заваленный старыми вещами подвал и заброшенную лабораторию. Посреди помещения находился ряд массивных столов из почерневшего дерева, уставленных массивными колбами, разнокалиберными мензурками и непонятными предметами, у дальней стены отдельно стоял ещё один стол, стена рядом с ним была скрыта полками. Всё это добро покрывал толстый слой пыли, в углах и на светильниках висели лохмотья паутины. Место, где я пришёл в себя, оказалось каменной четырёхугольной площадкой, немного приподнятой над полом, по углам которой стояли невысокие металлические бруски.

Сделав шаг в сторону ближайшего бруска, чтобы лучше его рассмотреть, я вздрогнул от неожиданно прозвучавших прямо в голове слов:

«Как это «приплыл»? Вода не обнаружена, средства передвижения не обнаружено, одежда сухая. Лаборатория загерметизирована… Перенос прошёл стабильно, жизнедеятельность организма в пределах нормы, нервное возбуждение локализировано… Вы кто?»

«Капец…» Судя по полному запустению вокруг меня, я уже сам с собой разговариваю… Потрогал лоб, помахал перед собой руками – и с координацией, и с температурой вроде всё нормально. Да ладно, напомнил себе, психи тоже думают, что с ними всё нормально.

«Молодой человек, вы долго руками махать будете и голову ощупывать?» – Голос в голове не унялся.

– Я – Олег… – выдавил я из себя.

«Понятно. О'Лег. Знаю этот род. А имя ваше?»

– Зовут меня так, а фамилия Рост. А как же имя моего воспалённого мозга?

«Как вы зовёте ваш мозг, я не знаю – прошу заметить, следов его воспаления не обнаружено и при повторном сканировании, – а говорит с вами О'Нос – Хранитель лаборатории магов-артефакторов Свободных территорий. Хочу обратить ваше внимание, молодой человек, что для ученика вы слишком вольно себя ведёте».

– Товарищ Относ, а вы где вообще и как со мной разговариваете?

«Не Относ, а О'Нос, и разговариваю по мыслесвязи, пребываю на месте Хранителя – обратите внимание на стол преподавателя возле книжных полок».

Я медленно подошёл к упомянутому столу, на котором стал разгораться ровным светом шар на невысокой массивной металлической подставке, и обошёл его вокруг. Мощные тумбы, казалось, были из цельного тёмного дерева, никаких следов дверок и замков, ровная поверхность столешницы, укрытая толстым слоем пыли. На ближнем ко мне углу разместился, похоже, глобус? Сдув пыль, я прокашлялся и поражённо на него уставился.

«Нет, пора мне очнуться: с Относом пообщался, на глобус He-Земли посмотрел, пылью подышал… Контузило, видно, меня сильно, и лежу себе в палате, весь обмотанный белыми бинтами, а сиделка бегает ищет беруши, чтобы не слышать мой бред», – подумал я, осматривая глобус.

А посмотреть было на что: на синем фоне океанов резкими линиями и непривычной формой выделялись очертания четырёх незнакомых материков.

«Так, О'Лег, повторяю ещё раз: меня зовут Хранитель О'Нос. Теперь положите обе руки на сферу Горта. Да не на осветитель! Ну, на глобус. Так, что вы чувствуете? Тепло? Кхм… Представьте себе, что вы положили руки на голову человека и своим теплом пытаетесь согреть его холодную кожу. Какого лысого? А, лысую голову, ну пусть лысую, давайте, напрягитесь. Да, получается… Как горячо? Терпите… Всё, достаточно…»

Я отскочил от стола, дуя на обожжённые ладони. С лёгким щелчком рядом со мной появился ритмично пульсирующий шарик света. Он стал увеличиваться в размерах, пока не перетёк в форму человека. Вспышки света с каждой пульсацией становились всё ярче и напоминали фотовспышку, в конце концов, пульсация стала нестерпимо яркой, и я, прикрыв глаза, отвернулся. Через мгновение буйство света внезапно прекратилось. Повернувшись, я увидел среднего роста мужчину неопределённого возраста. Ничем не примечательная одежда: просторные брюки серого цвета, рубашка свободного покроя, абсолютно лысая голова, на бледном волевом лице выделялись ярко-зелёные чуть раскосые глаза. Тонкие губы мужчины тронула ироничная усмешка.

– Присаживайся, Рост. – Взмахом руки Хранитель указал на формирующееся прямо из воздуха кресло слева от меня.

Я скосил глаза и зачарованно смотрел, как из пола волнообразно вырос матовый каркас кресла, на сиденье и спинке с очередной волной проклюнулись пружины, которые затем покрылись волокнистым материалом. Следующая волна изменений накрыла каркас тёмным, похожим на кожу материалом. Позади Хранителя таким же образом сформировалось ещё одно кресло.

Мысленно схватившись за голову, я осторожно опустился в кресло. Плавно перетекая материалом, кресло приняло более комфортную структуру, подстраиваясь под меня.

– Пока я введу тебя в курс дела, – произнёс Хранитель, усаживаясь в своё кресло, – помощники наведут здесь порядок.

С лёгким щелчком отъехали в сторону стенки тумб стола, из глубоких ниш на свет появились две пятерки… тараканов? Гораздо крупнее привычных мне земных квартирных прусаков – спутников человечества, чёрного цвета, с тремя суставчатыми лапками с каждой стороны туловища и двумя подвижными отростками-антеннами спереди. Два отряда тараканов-переростков споро обтекли незримый круг, в котором стояли наши кресла, и, быстро перебирая лапками, унеслись в дальнюю часть лаборатории.