Артуа
Шрифт:
Да и потом, Сьеола обещала навестить меня. Боюсь, если я просто оставлю для нее записку, мы не сможем увидеться сегодня вечером. Очень милая леди и очень решительная. Когда я спросил у Сьеолы, не скомпрометирует ли ее визит ко мне, визит одинокой женщины к одинокому мужчине, она засмеялась, заявив:
– Артуа, кого такие вопросы должны беспокоить больше, тебя или меня?
Когда она смеется, у нее на щечках появляются такие милые ямочки…
Глава 59. То, что действительно важно.
Я сидел за угловым столом все в той же корчме, что называлась «Приютом странника».
А что, вполне символичное название, только тем и занимаюсь, что странствую, странствую. И конца края моим странствиям не предвидится. Вот и в скором времени мне предстоит очередное странствие.
Но до этого еще несколько дней, а пока я отдыхаю.
Нравится мне «Приют», определенно нравится. И обстановка его, и кухня, и все остальное. За те пару недель, что я в Веленте, здесь успели выучить мои вкусы, так что лишних слов говорить не приходится. И стол занимаю один и тот же, угловой. Очень удобно, весь зал на виду и со спины никто не подойдет. Привычка занимать такие места у меня еще с прежнего места жительства осталась. Там я и сам объяснить не смогу, зачем это делал, а здесь вполне насущно.
Только что ушел Фред, с которым мы разговаривали добрые пару часов. Встретиться мы с ним не договаривались, он сам нашел меня в «Приюте».
Когда Фред вошел в корчму, то первым делом проводил взглядом служанку, принесшую мой заказ. Та, словно почувствовав его взгляд, закрутила попкой еще интенсивней, хотя куда уж больше. И вообще, как она почувствовала, что к моему взгляду прибавился еще один, спиной что ли. Или тем местом куда они и были устремлены. Ладно она, но Фред то, вот же натура у человека.
Нисколько не сомневаюсь, что самые красивые женщины Велента не смогут отказать ему во взаимной симпатии, а он пялится куда не попадя. Хотя нашлась одна, что отказала, нашлась, и я чуть было не улыбнулся самодовольно.
Фред с ходу, как только уселся за стол, поинтересовался моими дальнейшими планами. Да какие могут быть планы, вот этим я сейчас и занимаюсь, их составлением. А если говорить серьезно, хочу в Дрондер уехать. Не знаю почему, но тянет меня туда, со страшной силой тянет.
Нет, не к Горднеру, ответил я на очередной вопрос Фреда. Но встречусь с ним обязательно. Нам есть о чем поговорить, да и очень поблагодарить его хочу. И есть за что.
Ты мне сам лучше поведай, что же все-таки случилось с «Мелиссой», сколько можно откладывать. Фред на мгновенье помрачнел.
– Помнишь Сенкельскую гряду, ту самую, на которой ты успел со мной побывать? – спросил он.
Конечно же, помню, Фред. Как будто у меня есть выбор спутать ее с какой-либо другой.
– Так вот – продолжил он. – Там я «Мелиссу» и потерял. Между островами пролив есть, узкий такой и извилистый, он так и называется, Испытай Удачу.
Сотню раз им ходил, а на этот не повезло, наскочил на подводные скалы. Наскочил очень неудачно, считанные минуты, и волны поверх палубы гуляют. Ну а дальше, как и положено, если не повезет, так уж во всем. К вечеру шторм разыгрался, и не стало моей «Мелиссы», в щепки о скалы разнесло.
Представляешь, только картину и спас, ее волной на берег вынесло. Разъело морской водой верхний слой, а под ним мужской портрет оказался. И усмешка у него злорадная такая. Прямо мистика какая-то.
И голос, и вид у Фреда действительно были очень озадаченными.
– Но ничего – с этими словами он даже просветлел – скоро будет у меня новая «Мелисса». Всего лишь через пару месяцев. В Гроугенте. Новый трехмачтовик, критнер.
Критнеры как класс кораблей примерно соответствуют земным корветам. Корабли скорее ходкие, чем что-либо еще. С характером Фреда то, что надо.
Да и нет здесь больших кораблей, всяких линкоров и дредноутов, своя специфика, мелковаты для них моря. И узковаты. Из рассказов того же Фреда можно было сделать вывод, что крупнее фрегатов местные корабелы и не строили, смысла нет.
Фред на секунду задумался, и я успел вставить вопрос:
– Как твои люди, все целы?
– Да, и все они в Гроугенте. Понимаешь, Артуа, мечта у меня есть – глаза Фреда загорелись, а сам он стал похож на мальчишку
– Я организовал экспедицию. Целью экспедиции является открытие нового материка.
Говорят, если идти строго на запад и найти проход среди рифов, то можно выйти прямо на него. Понимаешь, я со многими моряками разговаривал, и карты видел. Есть он, есть, только проход трудно найти. Там этих рифов, как… – он на несколько мгновений задумался, подбирая сравнение, но видимо, затруднился это сделать. – Словом, великое множество. Не смогу найти там, на юг спущусь. Должны же эти рифы где-нибудь заканчиваться.
Но я найду этот чертов проход, обязательно найду.
Да уж, остается только позавидовать, у человека есть мечта, и он весь ей отдался. Мне бы так. Ничего в голову не приходит, чем мне дальше заниматься. Перегорело у меня все, и никакой мотивации нет.
Вот только что-то затянулась здесь эпоха великих географических открытий. У нас к этому времени, насколько я помню, белых пятен на картах почти и не осталось. Разве что на полюсах. Правда, сделаны все открытия были скорее из меркантильных соображений, а не из всепоглощающей любви к географии.
Подсказать, что ли Фреду, чтобы цивильных товаров с собой набрал, всяких там бус стеклянных да зеркальцев. И о ружьях с очень длинными стволами не забыл. Ружья специально с такими стволами делали, поскольку меняли их на бобровые шкурки, уложенными одна на другую. И чем длиннее ствол, тем больше шкурок получается. Хороший бизнес получится с местными индейцами, если они здесь имеются.
Стоп, Артур, не ерничай, у человека мечта, лучше признайся что завидуешь.
– Послушай, Артуа – вновь заговорил Фред, загораясь новой идеей. – Может быть, и ты со мной пойдешь? Что тебя здесь держит? А там… – и лицо у него стало совсем уж мечтательным.
И действительно, он прав. Что меня теперь здесь держит? Даже если буду долго думать об этом, то все равно ничего не отвечу. А там… Новые земли, новые впечатления, новые люди. Смуглые красавицы в тени пальм и баобабов…
– Нет – вздохнул я – Мне в Дрондер нужно. Только не спрашивай зачем, я и сам не смогу ответить. Только чувствую, что нужно.