Чтение онлайн

Мы вскочили со своих мест, ошалело вглядываясь в темноту. Дэгни были крупная дрожь, малышка Кэри и Эджилл тихо заскулили...

Антрацитово-чёрная субстанция медленно вползала к нам через просветы между деревьями, растягиваясь вширь и занимая всё больше пространства...

Жижа полностью "вползла" на полянку, угрожающе шипя, приблизилась к нашему кругу, а потом произошло странное — она вдруг начала собираться в кучу, в итоге превратившись в гуманоидное существо, высотой около двух с половиной метров. Просто огромная, страшная непонятная нам нечисть. Четыре руки, две ноги, голова без шеи, вместо глаз и рта щель с острыми по-звериному оскаленными чёрными зубами. В отблесках костра они блестели не хуже металла.

Мы замерли, как кролики перед удавом, дети дрожали, но молчали. Я судорожно размышляла, что делать, если соль не поможет.

Мой взгляд метнулся к костру и двум факелам, которые мы забрали из шалаша Визэра и сегодня вынули из сундука, чтобы положить подле себя, на всякий пожарный случай.

— Мама, поджигаем факелы, — негромко скомандовала я, хватая оба и один из них передавая Райле.

Огонь жадно лизнул паклю, щедро пропитанную смолой, пыхнул, зачадил, и жарко запылал. Существо стояло поодаль, качаясь, словно в трансе. Я чувствовала, как оно следит за каждым нашим движением, странно, у него не было глаз, но я точно знала, что всё, что мы делаем не остаётся им не замеченным.

Монстр изучал нас. Недолго. Ещё с минуту.

И по всей видимости пришёл к неутешительному для моей группы выводу. Нас определили годными в пищу или для для чего-то ещё. Но узнавать варианты мне не хотелось.

— Мама, будь готова отбиваться факелом, — спокойно, стараясь, чтобы голос не дрожал, приказала я.

Короткий кивок Райлы дал понять, что она всё поняла. Двумя руками она до побелевших костяшек сжала палку, губы превратились в упрямую тонкую линию. Между бровей пролегла глубокая сосредоточенная складка.

— Ашшш!!! — угрожающе прошипел монстр и молнией кинулся на нас. Соль не стала ему преградой, кто-то закричал, завизжали дети...

— На деревья! — крикнула я, кидаясь наперерез нежити. Мы с мамой синхронно ткнули факелами в чудовище, опалив его плоть, запах гнили мгновенно забил ноздри, нежить утробно зарычала, но ни на мгновение не притормозила, метнувшись к Райле.

— Мама! — крикнула я, и прыгнула так высоко, как только могла, земля спружинила под ногами, помогая достать до монстра, пока он не коснулся Райлы. От страха за жизнь мамы перед глазами поднялась тёмная пелена, в голове раздался громовой звук тамтамов...

Кажется, я что-то кричала, мир смазался, время замедлилось, а всё моё внимание сосредоточилось на одной единственной точке: вот чудовище выбило из рук Райлы факел и уже почти схватило её за шею длинными антрацитовыми когтями, но подоспела я, рухнув на его мощную спину, клубящуюся тьмой. Моё тело опалило ужасной болью, пальцы ожгло кислотой, кожа потемнела и стала быстро покрываться кровавыми пузырями. Сквозь муки и потёкшие из глаз слёзы, я вскинула руку с горящим факелом и со всей силы, на которую была способна, ткнула монстра между лопаток.

Светоч легко вошёл в плоть отвратительного гостя, его рёв на миг оглушил... нежить заметалась, скидывая меня со спины, я ухнула оземь, зашипев от боли, но лежать и переводить дыхание времени не было:

— Мама, беги! Беги на дерево! — проорала я, вскакивая и подхватываясь к лежащему факелу, который обронила Райла.

Нужно отдать должное матери, она не стала мешаться под ногами и рванула ко всем остальным. Те уже успели высоко залезть на деревья. Но мне некогда было разглядывать их — чудище оклемалось и развернулось ко мне. Его пасть была раззявлена, клыки стали ещё длиннее. Отвратительное существо. И от него пуще прежнего завоняло гнилью и затхлостью...

Прикрыв глаза отдалась ритму барабанов в голове, тело пробила крупная дрожь, мурашки прошили насквозь, словно бабочку иголка, голова закружилась, мощнейшая волна адреналина смела напрочь любые мысли... мне хотелось убить его! Стереть с земли, уничтожить!

Руны вспыхнули перед внутренним взором, те самые, обнаруженные мной на дне обережных сосудов, они сложились в картинку, легко и свободно, я столько раз наносила эти символы на одежду, потому повторить их не составило никакой сложности.

Руки запорхали, с невероятной скоростью, рисуя в воздухе тайные знаки древних...

Всё происходило очень быстро — мне понадобилось меньше десяти секунд, чтобы воссоздать всю цепочку из пяти знаков. Чудовище находилось от меня в нескольких метрах, и двигалось оно уже не так резво, как до этого, оттого я успела и в запале крикнула:

— Бигравэ (закопать!)! — и дыхнула на пока невидимые обычным глазом руны. Но вопреки моим ожиданиям вспыхнула только одна. Она ярко замерцала голубовато-белым пламенем.

— Угощайся! — зло прошептала я, думая, что и одной помощницы мне хватит. А ещё чувствовала, что ещё немного и сил во мне не останется. Не хотелось рухнуть без чувств, не доведя дело до конца.

Топнув ногой, послала огонёк в сторону врага. Словно что-то почувствовав, нежить начала расползаться в разные стороны, истаивая, но не успела. Моя руна налетела на монстра и резко подняла его в воздух, а потом со всей силы шмякнула об твёрдую землю.

И так много-много раз, в итоге создав в земле впечатляющую яму...

Бух-бам-бух!

И откуда такие звуки? Как интересно! Мелькнули в голове странные мысли.

Бах-пух-пух!

Долго наслаждаться зрелищем я всё же не смогла — мои силы таяли, а с ними таял и знак, а потом и вовсе развеялся.

Нечисть чёрной в два раза уменьшившейся кляксой медленно выползла из земли, я приготовилась было продать свою жизнь подороже, но она (нечисть) даже не думала нападать, а со скоростью улитки направилась вон из поляны, как побитая собачка...

Я стояла в напряжённой позе, и стоило нежити исчезнуть за деревьями, как ноги подкосились и я рухнула на колени. Руки болели, из лопнувшей кожи продолжала течь кровь, капая на землю. Тело ныло, болела каждая косточка, каждый сустав. В голове царила звенящая пустота... хотелось просто лечь и уснут глубоким сном. Но ночь ещё не закончилась, мне нельзя расслабляться. Мысли ворочались медленно, нехотя. Я даже не сразу поняла, что меня кто-то поднял на руки и отнёс к едва тлеющему костру.