Чтение онлайн

Доктор Бэнкс вскочил на ноги:

— Если на поверхности есть жизнь… разве это не значит, что окружающая среда безопасна, или ты думаешь, что те существа, были когда-то людьми, отправленными на поверхность точно морские свинки? Меня это озадачивает, потому что лучевая болезнь не делает тебя бешеным, диким или агрессивным. Она может выводить тело из строя, но в основном ослабляет его и заставляет деградировать. В большинстве случаев развивается рак, и жертва умирает от осложнений.

— Ну, я не эксперт, и, как я уже сказал, я выдал вам только ту информацию, которую переслал мне доктор Харви. Он уверил меня, что как только они получат результаты исследований, он свяжется со мной, но это будет не раньше чем через несколько дней, — ответил папа.

— А другие группы, которые были отправлены наверх, тоже подверглись нападению? — спросила бабушка.

— Это ещё один вопрос, на который я не могу ответить прямо сейчас. Доктор Харви не получал пока ещё информацию из других бункеров, когда связался со мной. Уверен, что когда я выйду с ним на связь через несколько дней, у меня будет больше ответов. Я обещаю, что как только я что-то узнаю, я дам вам знать.

— Мистер Парк, как вы считаете, безопасно ли выходить на поверхность, когда какие-то существа атакуют людей? — спросила мама Финна.

— Сейчас я не могу этого сказать, Аня, но я по-прежнему на это надеюсь. Мы не знаем, единичный ли это случай, или это распространено повсеместно. И чтобы это узнать, нам ничего не остается, как самим отправиться на поверхность и выяснить. Доктор Харви должен получить результаты исследования всех образцов в течение трех дней. До этих пор давайте не терять оптимизма.

— Ну, мы ждали тринадцать лет, думаю, мы сможем подождать ещё дня три, — произнёс дядя Фрэнк вслух.

Все остальные согласились с ним.

— Спасибо за терпение. Обещаю, что буду держать вас в курсе, — в завершении сказал папа и закончил собрание.

Все стали покидать помещение. Финн повернулся ко мне и игриво улыбнулся.

— Что? — спросила я, прищурив глаза.

— Просто интересно, как мы будем убивать время ещё три дня.

— Ну, и что? Есть у тебя на уме какие-нибудь замечательные идеи? — засмеялась я.

— Ну, может быть не такие «замечательные», но я знаю, как тебе нравится соревноваться, — сказал он, ухмыльнувшись.

Финн был всего на два года старше меня. Ростом он был чуть больше чем метр восемьдесят, а ещё он был мускулистым и очень сильным. Он, вероятно, пошел в отца, потому что его мама была очень маленькой и изящной женщиной. У Финна были черные волосы цвета воронова крыла и темно-карие глаза. Он был очень привлекательным, но я никогда не говорила ему об этом. Он был моим лучшим другом, и, вероятно, мог подумать, что я псих. Поэтому я не могла ни при каких обстоятельствах рисковать той крепкой дружбой, что завязалась между нами. Поэтому я держала свои чувства при себе.

Финн и его мама появились в нашем приюте в последнюю минуту. В тот день, когда началась эвакуация, он пришел к нам домой и со слезами на глазах начал стучаться в дверь. Они жили через две двери от нас, и в то время его мама была очень больна. Ему было шесть лет, он был очень напуган и не знал, как позаботиться о ней, тем более без электричества.

Папа проникся сочувствием к нему. К счастью в нашем бункере были построены дополнительные помещения, на случай увеличения количества жителей. Он проводил Финна домой, помог ему и его маме собрать кое-какие необходимые вещи и взял их с нами.

Именно их он спрятал на заднем сидении нашего «Шевроле» в тот день, когда мы спаслись и стали жить здесь. Финн сказал, что видел, как мой папа застрелил человека, но он не винил его. Тот мужчина убил бы нас, и мой папа застрелил его, чтобы защитить нас. Этим он нас спас.

Финн и я не давали друг другу сойти сума все тринадцать лет нашего заточения. Я знала, что моя жизнь не была бы такой… забавной… без него.

— Как ты думаешь, что случилось? — спросил Финн.

Я покачала головой.

— Не знаю. Может быть, кто-то из других приютов вышел на поверхность слишком рано. Но что если кто-то из людей, и правда, пережил апокалипсис?

— Сомневаюсь, — прошептал он, притянув меня к себе. — Я подслушал, как твой папа коротко обсудил это с Бэнксом перед собранием. Доктор Бэнкс рассказал ему о том, что несколько его друзей, докторов и ученых, работали над созданием сыворотки, которая защищала бы тело от радиации. Ученые по всему миру работали день и ночь над изобретением этой магической формулы. Некоторые подобрались очень близко к решению, но когда они применяли ее на лабораторных животных, те посходили с ума.

— Думаешь, они вводили ее и людям? — прошептала я.

От одной этой мысли в животе у меня что-то перевернулось.

— Я думаю, правительства постарались бы сделать все что угодно, лишь бы спасти свои задницы. У меня есть подозрения, что они тестировали вакцину на людях, и когда те сходили с ума, они их выпускали. Но опять же… что я могу знать? Думаю, мы скоро узнаем правду, — он выдохнул.

— Да, я тоже так думаю.

В моей голове крутилось множество вопросов. Быстрее получить результаты исследований образцов с поверхности было невозможно. И эти три дня показались мне настоящей вечностью.

Моя голова была забита мыслями о той угрозе, которая убила семь из десяти членов команды, отправившихся на поверхность для сбора образцов. Мне надо было прекратить выстраивать пустые теории и дождаться фактов.

— Я провожу тебя в парк, — сказал Финн, беря меня за руку и увлекая за собой дальше по коридору.

Его рука была огромной по сравнению с моей, и он так сильно сжимал мою кисть, что чуть ли не выжал из неё все соки.

— Сомневаюсь, что хочу идти сейчас в парк, — сказала я, высвобождая руку.