Чтение онлайн

Подняв руки, он плавно опустил их.

— Что вы делаете? — спросил Ангелина.

— Ее нужно отнести в комнату. На постели ей будет лучше. Что же они сделали, сволочи!

— Вы знаете, кто это мог быть?

— Знаю! Они мне тоже угрожали. Но одно дело угрожать и совсем другое — лишать человека жизни!

— Почему они хотят убить вас?

— Я хотел опубликовать компрометирующую статью о трех наших банках. Ими был создан фонд помощи малоимущим, но в действительности все деньги крутились в офшорных зонах.

— Вы знаете, как выглядели убийцы? Кто приказал им совершить убийство?

— Разумеется! Это глава банка «Юпитер». Он очень страшный человек и способен уничтожить любого, кто встанет на его пути.

— Как он выглядит?

— Разве это важно?

— Важно. Назовите его особые приметы.

— Молодой, лет тридцати пяти, улыбчивый. Внешность обыкновенная, круглолицый, как колобок. Вот только над правой бровью у него небольшой шрам.

— Как выглядят другие?

— Их трое. Они и убивали. Двое из них его телохранители и шофер. У одного из телохранителей на правой кисти татуировка, изображающая встающее из-за горизонта солнце. А у другого на правой ладони отсутствует мизинец. Наверняка он получил какую-то травму. С ними бывает еще один, человек, которого я тоже опасаюсь, это жен…

Изображение неожиданно исчезло, и по монитору побежал искрящейся снежок.

— Что случилось? — недоуменно спросил Анисимов.

— Не хватило пленки записать остальное.

— Жаль.

— Так что ты на это скажешь?

— Все это производит жуткое впечатление. Я никогда не видел себя в таком состоянии. У меня такое впечатление, что это был кто-то другой, очень похожий на меня. Никогда не думал, что гипноз может обладать такой силой. А тут…

Ангелина выглядела заметно растерянной. От прежней самоуверенности не осталось и следа.

— Дело вот в чем, — нерешительно заговорила она. Слова давались ей с трудом. — Это был больше чем гипноз… Как бы сказать доступнее?.. Это скорее ясновидение, более высокая ступень биоинформационного процесса. Словно открылось окно и из информационного пространства каким-то образом ты сумел получить сведения о будущем.

— Ты меня не разыгрываешь? Уж слишком все это запредельно. Так можно дофантизироваться до чего угодно.

— Нет. Если ты поверил в гипноз, то что мешает тебе поверить в ясновидение?

— Тоже верно. Значит, это была не душа Охотника?

— Нет. Ты просто заглянул в будущее. А это означает, что женщина, которая будет находиться с тобой рядом, должна погибнуть.

— Однако! И что, ничего невозможно изменить?

Ангелина пожала плечами:

— Трудно сказать. Разве только очень постараться. Как-то поменять свою жизнь… Но я думаю, что у тебя это вряд ли получится. Знаешь, я пойду. — Ангелина вдруг поднялась и направилась к двери. — Сегодня столько произошло…

— Прежде чем уйти, ты можешь ответить мне на один вопрос?

Повернувшись, Ангелина ответила:

— Ну разумеется.

— Ты испугалась и поэтому сейчас уходишь?

Глаза у девушки округлились:

— Неожиданный вопрос. Я думала, что ты видел во мне вариант на одну ночь, а ты, оказывается, строишь долгосрочные перспективы. Не ожидала. Приятно. Но я ухожу по другой причине — просто мне нужно хорошенько выспаться. — Широко улыбнувшись, она добавила: — А с таким мужиком, как ты, сделать это будет проблематично.

— Я тебя провожу.

— Не беспокойся, я доберусь сама. Здесь ведь недалеко.

Оставшись один, Анисимов опустошенно опустился в кресло. Бесцельно глядя в окно, он задумался. Почему-то опять вспомнился Густав, Николай Сафронов. Смерть Сафронова его не отпускала. Она выглядела какой-то необоснованной, что ли. Насколько он его знал, Сафронов был человеком крайне осторожным и совершенно не был склонен к каким-то авантюрам. Настоящий выдержанный профессионал.

А то, что происходило в последние несколько часов, совсем не вязалось с тем Сафроновым, которого когда-то знал Анисимов. Произошло нечто такое, что заставило его перешагнуть грань разумного, подвергнув смертельной опасности как своего подопечного, так и себя самого.

Вот только в чем заключалась причина такого поведения?

Мягкий свет торшера падал на пол, отчего окружающие предметы принимали какой-то приглушенный оттенок, создавая атмосферу безмятежности и покоя.

В действительность Анисимова вернул резкий сигнал автомобиля, раздавшийся за окном.

Игорь вздрогнул и выпрямился. Кажется, он немного вздремнул. День оказался тяжелым.

Он посмотрел в окно. Неожиданно внимание Анисимова привлек непонятный блеск между шестым и седьмым этажами противоположного здания. Стараясь не выдать тревоги, он по-прежнему сидел неподвижно, положив руки на подлокотники кресла.

По собственному боевому опыту он знал, что такие блики могла давать только сильная оптика. Страх, плеснувшийся десятибалльной волной где-то под ложечкой, так же неожиданно угас, как и появился, — если бы его хотели убить, то могли бы сделать это несколькими минутами раньше, распластавшись на кресле, он представлял собой весьма удобную мишень. Остается другое — за ним плотно следят. Вот только что им от него нужно? Значит, машина, увязавшаяся следом за ним, действительно была не случайна.

А что, если они осматривают не его, а комнату? Что они ищут?

Думать под оптикой, направленной в твою сторону, не очень-то приятно. Стараясь выглядеть естественно, Анисимов поднялся. Потянулся, словно бы и вправду подремал, и подошел к окну. Некоторое время он смотрел вниз, будто вид пустынной улицы был ему интересен, после чего неторопливо задернул занавески.

Итак, за ним наблюдают.

А если его держат под наблюдением, то, следовательно, подозревают, что он причастен к какой-то очень серьезной тайне. Не исключено, что ее разгадка как-то связана с последними трагическими событиями, ведь именно после смерти Сафронова у него начались серьезные проблемы.