Чтение онлайн

Эллион.

Да, Эллион. С тех пор, как она появилась, его мир начал меняться.

И Рена это беспокоило.

Не просто беспокоило, угнетало.

Он не корил себя, за то, что спас ее там, в «Сэнди-Паласе», нет. Так подсказывала интуиция, а Рен всегда доверял ей.

Но зачем он сказал Эллион свое имя?

Кто тянул его за язык? Кто приставлял к горлу нож?

Рен усмехнулся.

Если бы ему угрожали ножом, все было бы куда проще. И закончилось через секунду. Но нет, он и без ножа сказал ей то, о чем знали лишь единицы.

Непростительная глупость. Он почувствовал это сразу, как только сделал это, но предпочел оставить все как есть. Завтрак, сентиментальные истории…

Ему не давал покоя еще один вопрос.

Почему, зная, что уже допустил одну ошибку, он согласился снова встретиться?

Рен медленно крутил стакан в руках, размышляя, анализируя, допытываясь…

Он вспомнил их первую встречу, где она смотрела на него, как на бога, несмотря на то, что ей пора было бежать со всех ног. Вспомнил как она села в машину, как ждала его на берегу океана, как пыталась изо всех сил защитить зажатый в руке камень из вазы со стола…

Элли была не просто красивой девушкой. Одной красотой невозможно сотворить с ним такое. Это он знал наверняка. Вспоминая женщин, которые время от времени появлялись в его постели, Рен едва ли мог вспомнить их лица, не говоря уже об именах.

Элли сильно от них отличалась. Ее необычайная хрупкость, чувственность, ранимость постоянно вызывали желание защищать, оберегать… заботиться.

Рен снова поднес стакан к губам и сделал глоток. Виски обжигало, но он не чувствовал этого.

Почему он вообще должен о ком-то заботиться? Он прекрасно владеет холодным оружием, умеет драться. Умеет убивать.

Но он не умеет и не хочет заботиться.

Время от времени поднося стакан ко рту, Рен холодно обдумывал сложившуюся ситуацию. Нет, он не готов изменить свою жизнь, впустив в нее женщину. Даже такую, как Эллион. Пусть она дважды красивая, чувственная и ранимая, все равно она просто женщина. Ничего более.

Завтрашняя встреча как нельзя лучше подходит для разговора, где он объяснит ей свою позицию.

Решив таким образом Рен поднялся с кресла и убрал бутылку обратно в бар.

Да. С этого момента он избавится от порывистости и импульсивности, приобретя взамен желаемую рациональность и холодную логику.

И если кому-то не понравится, каким образом он расставит точки над «i», это будут не его проблемы.

Весь следующий день, начиная с самого утра, я металась как ошпаренная. Вещи валились из рук, я забывала о чем думала еще минуту назад, постоянно делала одно и то же дважды, в конце концов, останавливаясь посреди комнаты, чтобы привести мысли в порядок. Через секунду я судорожно вспоминала, что еще нужно сделать, галопом бежала в другую комнату, где снова забывала, зачем стою здесь или там, и все повторялось по кругу.

О Господи! И все из-за предстоящей встречи с Реном.

Я медленно присела на диван и постаралась успокоиться.

«- Он приедет только вечером, значит я все успею» - стараясь дышать ровнее, я принялась мысленно составлять список дел на сегодня.

«- Зайти в магазин за новой сумочкой, забежать в офис за каталогом цветного стекла, позвонить Лайзе, посетить парикмахера. Всего-то! И стоит так нервничать? Я все успею»

Поднявшись с дивана, я взяла со стола мобильный телефон, прихватила ключи от квартиры и вышла на улицу.

Неожиданно задержавшись на работе из-за нового клиента, я приехала в парикмахерскую только к семи вечера. Наспех объяснив высокой симпатичной девушке, какая прическа мне требуется, я, ерзая от нетерпения в кресле, едва сдерживала вопрос «А нельзя ли побыстрее?». Но, понимая, что торопить мастера не стоит, только молча смотрела, как она укладывает мои волосы. Несмотря на то, что процесс укладки занял много времени, результатом я осталась довольна.

Теперь, вместо прямых торчащих во все стороны волос, мое лицо обрамляли крупные светлые локоны в стиле «Жаклин». Наспех расплатившись с парикмахершей, я почти бегом выскочила на улицу и поймала такси.

Дома я оказалась в половине девятого.

Проклиная все и вся, я принялась перебирать гардероб в поисках подходящего наряда. Главным оставался вопрос, стоит ли надевать одно из присланных Реном платьев, или обойтись другой, более скромной одеждой.

Решив, что если Рен предпочтет ресторану другое место, например прогулку, то в вечернем платье на улице я буду смотреться неуместно. Оставив элегантные наряды висеть в шкафу, я быстро достала черную с серебром юбку и серый джемпер. Едва успев натянуть джемпер на голову, я услышала, как звонит мой сотовый телефон.

Прыгая на одной ноге к столу, я на ходу натянула рукава и поправила воротник. Схватив дрожащими руками вибрирующую трубку, я сделала паузу и, немного успокоившись, произнесла:

– Алло.

– Привет. Я подъеду через пять минут. Выходи на улицу.

– Поняла. Выйду.

Положив телефон на стол, я подошла к зеркалу и осмотрела себя критическим взглядом.

Вроде бы все в порядке.

Прическа отличная, одежда стильная, но не броская, вот только глаза полыхают как у безумца. Хотя может это и к лучшему? Я прошлась массажной щеткой по волосам, вдела в уши небольшие клипсы и, подхватив новую сумочку, вышла на улицу.

Рен подъехал вовремя.

Черный автомобиль развернулся во дворе и остановился напротив меня.

– Привет!
– сказала я еще раз, садясь в пахнущий кожей полутемный салон машины.

– Привет.
– Ответил Рен.

Я заметила, как он скользнул взглядом по моей одежде, и мне показалось, что на короткий момент в его глазах мелькнуло облегчение. Показалось? Или нет?

Решив не тратить время на размышления, я весело спросила:

– Ты не сказал, куда мы поедем, поэтому я не надела вечернее платье. И кстати… - на этом месте я осеклась.
– Спасибо тебе за платья.
– Тихо добавила я.