Атомное сердце
Шрифт:
Копатели дрались отчаянно, но их усилий явно не хватало. Злой кричал что-то своим бойцам – и те снова и снова бросались на озверевших захватчиков.
Мародеры хорошо подготовились. Мало того, что они выбрали свое излюбленное время – ночь, у них и оружие было получше шестов Копателей и примитивных арбалетов людей Злого. Длинные, острые с одной стороны и зазубренные с другой палаши из обрезков стали сеяли смерть и ужас. Благодаря внезапности Мародерам удалось выбить самых опытных бойцов, и теперь страшный исход битвы был всего лишь делом времени.
Старый Ши кричал, пытаясь организовать охваченных паникой Копателей, но было слишком поздно.
Голые по пояс, скользкие от пота и крови враги, уже взбирались на ржавое дно баржи – вершину Крепости. Злой бился сразу с тремя Мародерами. Еще двое бросились на него со спины – и все вместе, сорвавшись, полетели вниз, к подножию железных стен.
Конец был близок.
И тут случилось нечто странное: словно вихрь ворвался в самый центр схватки. Мародеры стали разлетаться в стороны, как гиены разбрасываемые разъяренным львом. Не сразу старый Ши понял, что на помощь пришел не кто иной, как Мертвяк – слишком уж сильна ярость для воскресшего из мертвых.
А Мертвяк исступленно кричал и разбрасывал врагов, кромсая тех отобранными у них же лезвиями.
Изумленные Копатели на время остолбенели, но увидев, что наступление нападавших скомкано, бросились в атаку. Впереди, как безжалостная машина смерти, шел Мертвяк. Он рубил, кромсал, колол.
И даже, когда Мародеры обратились в бегство, он все еще продолжал кричать и размахивать окровавленными клинками.
Копатели робко держались в стороне, наблюдая, как слепая ярость ломает и скручивает тело Мертвяка…
Мах стоял на коленях и изумленно смотрел на свои трясущиеся руки. Подсвеченная огнем костров, с них стекала густая, жирная кровь.
– Что это? Что со мной? – хрипел Мах.
Неконтролируемое, дикое чувство нехотя оставляло его. Это было похоже на безумие. Никогда в жизни он и представить не мог себе, что может так упиваться собственной злобой.
Да, нападавшие не были ангелами. Но ему, Сильному от рождения не престало так отдаваться чувству. Война для него была всего лишь работой, навыки которой он усвоил с детства.
Здесь же было иное…
Это все сердце. Странное атомное сердце, что завладело его душой и телом, обрело над ним власть, отключило разум…
Всевидящий Сервер! Сейчас, в пылу схватки он мог убить кого угодно – соратников, друзей, родных… Он просто перестал управлять своими эмоциями и проснувшимися дикими инстинктами…
И эта новая, чудовищная сила…
– Эй, Мах, ты в порядке?
Это Живодер. Может, он объяснит, что происходит?
– Что со мной? – прохрипел Мах.
– Ты только что спас наши шкуры, – пояснил Живодер. – Как себя чувствуешь?
– Хорошо… – чуть удивленно сказал Мах. Он действительно чувствовал себя отлично, словно сбросил с плеч надоевший груз. – Как странно…
– Это хорошо, что хорошо, – озабоченно сказал Живодер. – А то контроллер передал – твое сердце просто взбесилось. Я серьезно струхнул, если честно…
– Я ничего не мог с собой сделать… – пробормотал Мах.
– Это проблема… – проговорил Живодер. – Ну, будем надеяться, что все обойдется…
А к ним уже приближался старый Ши. Следом осторожно шел насмерть перепуганный Сморчок.
– Мертвяк, – торжественно сказал вождь, – ты только что спас колонию. И я заявляю в присутствии всех: ты больше ничего нам не должен. Мы квиты!
Колония взревела десятками глоток, перекрывая плач женщин и стоны раненных.
– И на том спасибо… – подымаясь с колен, криво улыбнулся Мах.
– Затея, конечно, безумная, – говорил Живодер. – Честно говоря, я уверен, что у нас ничего не выйдет. И, скорее всего, мы в результате сдохнем. Но почему-то мне очень хочется верить тебе, Мах.
– Спасибо, друг, – улыбнулся Мах. – Рад, что ты со мной. А ты, Одноглаз?
– Ты же знаешь, как я хочу увидеть другие миры… – проговорил Одноглаз. – Конечно, я с тобой!
План бегства с планеты по имени Яма зарождался в каморке Живодера. Во-первых, лишь он владел достаточными техническими навыками, чтобы осуществить замысел Маха. А во-вторых, Мах по-прежнему жил здесь.
После победы над Мародерами в кровавой ночной битве, Мах обрел небывалый авторитет вреди Копателей. И когда он прямо заявил вождю о своем намерении выбраться с планеты, тот нахмурился лишь для вида.
В душе же возликовал: в Мертвяке он стал видеть серьезного соперника. Правильно – пусть катится ко всем чертям. Еще лучше, если в процессе свернет себе шею – в конце-концов, затея его совершенно невыполнима.
Жаль будет Живодера и Одноглаза… Но это приемлемая плата за предотвращение посягательства на собственную власть. А заодно их гибель послужит хорошим уроком для соплеменников: нет места, лучше, чем Крепость, и бегство из нее всегда чревато…
…Не все необходимое для осуществления замысла, нашлось в Крепости. Пришлось отправиться в город за покупками. Одноглаз настолько загорелся идеей выбраться с Ямы, что с готовностью предложил собственные накопления на нужды проекта.
До города добирались долгих три дня. Точнее – три странных временных промежутка между палящими полднями Ямы. Одноглаз прекрасно знал расположенные на пути тайники в глубинах мусорных куч, в которых можно было отсидеться во время сиесты. Не раз на пути встречались группы подозрительных оборванцев, но применять свои бойцовые навыки Маху больше не пришлось.
Наконец, измученные жарой, холодом и жаждой, добрались до города.
Сам город, не имевший названия, произвел на Маха странное впечатление. Издали он, действительно, напоминал нормальное человеческое поселение – с домами, улицами, даже зелеными насаждениями. Вблизи же оказался просто упорядоченной и несколько более ухоженной помойкой. Растения, произраставшие на смеси мусора и перегноя выглядели чахло, однако намекали на то, что какая-то жизнь на планете, все-таки, теплится. Единственное, что здесь было от нормального мегаполиса Вольных миров – это царящая в небе атмосферная реклама. Картинки и звуки наполняли пространство, но Мах так и не понял, что именно здесь рекламируют.