Чтение онлайн

Я стоял и ждал. Рыцарь быстро пришел в себя от неожиданности и, подняв копье, снова прокричал слова вызова. Я понял, что он не знал, кто его отец. Юноша повернул коня, опустил копье и направил его на меня.

Испуганное животное помчалось в мою сторону, в панике не понимая, что бежит в сторону опасности. Лишь в самый последний момент я шагнул в сторону, и рыцарь с маху влетел внутрь замка. Пока он успел развернуться и успокоить коня, я уже вошел следом и приказал Хаффуру поднять мост и закрыть врата.

Он смотрел на меня, и на лице его, скрытом забралом, поочередно отражались замешательство, недоверие, испуг — и наконец решимость. Да, он не был трусом. Не всякий сумел бы держать себя так в логове колдуна.

На мгновение я ощутил гордость за своего сына.

— Это жалкий трюк, колдун, — глухо произнес он.

— Ты думаешь? Смотри, я перед тобой. Ни один рыцарь до тебя такой чести

— битвы со мной — не удостаивался. Всех приводил ко мне слуга, и против него они не выстаивали и того времени, которого не хватит, чтобы вздохнуть десять раз. Хочешь взглянуть на него?

Я шевельнул рукой. Открылась громадная дверь Главного зала, и Хаффур торжественно шагнул через порог. О да, он выглядел великолепно — черный демон с большими крыльями, с маской холодного презрения на лице. Хаффур не выносил одеяний, и поражал всем своим видом.

Рыцарь едва взглянул на него. Хаффур подошел ко мне и встал сзади, чуть левее. Я ощущал его готовность действовать. Демон Ночи чувствовал, что происходит нечто необычное, и не только из-за того, что я сам встретил рыцаря. Он чуял Силу в рыцаре, Силу, родственную моей, но еще не определившуюся. Хаффур был недалек от того, чтобы догадаться, кто этот юноша.

— К чему тебе слуга? — спросил рыцарь. — Разве ты сам не можешь справиться со мной?

Он был смел, этот юноша. Сознательно провоцировал меня. Ну что ж. Я вновь шевельнул рукой. Хаффур с недоверием посмотрел на меня, но я повторил приказ. Он недовольно ушел.

— Вот мы одни, — сказал я. — Что дальше?

— Будем биться.

— К чему? Исход тебе известен заранее. Хаффур сильнейший из моих слуг, но он слуга. Когда-то он был моим союзником. Еще раньше — учителем.

Нужно ли рассказывать, как он стал слугой?

Рыцарь не ответил ничего.

— Демон Ночи слаб передо мной. Как же ты хочешь справиться с величайшим колдуном мира? Ты думал, рыцарь, что сможешь воспользоваться своим даром, который изредка помогал тебе? — Он вытаращил глаза. — Да, я знаю.

Отчасти по этой причине я решил принять вызов. Хотя только отчасти, ведь многие, кто шел против меня, были магами. Они не смогли победить даже Хаффура.

— Может ли кто-нибудь победить тебя, колдун?

— Ты задаешь мне вопрос? Ты обезумел, рыцарь. Я думал, ты смел, а ты, оказывается, сошел с ума.

Да, я дразнил его. Он мрачно продолжал смотреть на меня.

— Ты же говоришь, что я нашел свой конец. Так почему бы тебе не просветить меня насчет некоторых вещей?

— Ты прав. Знания — великая сила. Быть может, лишь знание да любовь сильнее магии. Это три древних начала, которые привели к рождению нашего мира. Пожалуй, я скажу тебе. Ни среди людей, ни среди эльфов, ни среди драконов, ни среди других народов нет мага сильнее меня. Такой будет в грядущем, но это случится не скоро. К тому времени все мы исчезнем. Даже я. Только в памяти людской останутся имена и деяния.

— Так неужели вообще нет силы, которая может победить тебя?

— Есть.

Я помолчал. Зачем я это говорю?

— Я уже ответил на твой вопрос. Знания и любовь. Знания порождаются Временем, и Время — мой главный враг вот уже тысячи лет. Ауреин, и я не знаю, кто из нас сильнее, я или он. Ауреин — вот олицетворение Времени, он Серый маг, и однажды мы столкнулись. В то время он был сильнее меня.

Сейчас, думаю, мы наравне. Я долго ждал схватки. Но теперь не знаю, зачем мне это нужно. Мне все равно не занять его места.

Рыцарь уже давно изумленно пялился на меня. Ему в диковинку были откровения правителя мира, который решил засомневаться в своих действиях. Верно, задавая вопрос, он не рассчитывал на ответ, да еще столь откровенный.

— Что же до второй силы… — Я взглянул на юношу. — Она меня уже победила.

Медленно, медленно я зашагал вдоль стены к причудливого вида окну, из которого открывался вид на бескрайнюю степь, которую когда-то заполняло море.

— Кажется, будто это было так давно, что эпохи прошли с тех пор. Я встретил ее, когда вышел в мир, чтобы узреть плоды деяний моих, поразмыслить, что нужно еще сделать. Что ж, я встретил ее, и полюбил.

Неожиданно для себя, для Хаффура, для мира, для всех. Неожиданно для Сил. Она тоже полюбила меня. Но она не знала, кто я, не об этом были наши речи. И когда открылся ей мой истинный облик, она ушла. Любая другая осталась бы, если не с радостью, то хотя бы из страха. Но она ушла.

— Зачем… — Голос его был хриплым, и рыцарь прокашлялся. — Почему ты рассказываешь мне это, колдун?

— Ты сам просил меня об этом. Впрочем, нет. — Я рассмеялся. — Разве я стал бы просто так выворачивать душу какому-то рыцарю, пусть даже и магу?

— Так почему?

Великая Тьма, как трудно иногда произнести слова. Смеяться или молчать гораздо легче и спокойнее.

— Почему?

Когда он оставит меня в покое? Или нет. Я не хочу этого. Я не хочу покоя. Пусть он раздражает меня вопросами, на которые нет ответа. Тьма, о чем я? Он уже взросел. Что мне ему сказать?

— Ты действительно хочешь знать?

Теперь расхохотался он. Юноша понял, в чем юмор ситуации. Кто и когда так разговаривал с правителем мира? Даже Ауреин беседовал со мною иначе.