Чтение онлайн

Надо отметить, что очень скоро он почувствовал насущную необходимость сменить имя. Но хотел остаться противоположностью Исайи Правого, поэтому вместо Исайи Левого стал Исайя Неправый.

Он достиг впечатляющих результатов. Я помню один боксерский бой без правил, который закончился с результатом, прямо противоположным его пророчеству, лишь благодаря тому, что у рефери вылезла грыжа, а боксеры чудесным образом перенеслись на тридцать семь световых лет, где исход поединка решил жребий.

Он продолжал делать ошибочные пророчества и грести деньги. Так, разумеется, продолжаться не могло. Бог обычно не прочь пошутить, но Ему не нравится, когда кто-то шутит за его счет.

Однажды Исайя Неправый предрек клиенту неудачу в любви, и буквально на следующую ночь ему повезло и он удрал с невестой Исайи.

Следующему клиенту он сказал, что не видать тому ни славы, ни богатства. Два дня спустя агенты Управления сбора славы и богатства вышли на клиента и представили ему счет на три миллиона кредиток.

Исход двух последних пророчеств произвел на Исайю Неправого столь сильное впечатление, что, глядя на свое печальное отражение в зеркале, он сказал: «Я в тебя верю. Дела пойдут лучше».

Едва слова слетели с языка, как он понял, что натворил, но Бог не познакомил его с правилами игры и он не знал, как взять свои слова назад.

За очень короткий период времени четыре женщины подали на него в суд, требуя денег на содержание рожденных от него детей, за неуплату очередного взноса по закладной у него отобрали дом, в офис залезли грабители и унесли все ценное, а бродячий кот укусил его за большой палец левой ноги.

Наконец он решил, что с него хватит, пошел в больницу, лег рядом с Исайей Правым и сделал последнее пророчество: «Мне так хорошо, что у меня никогда не возникнет желания поспать».

Слова эти он произнес более двадцати лет тому назад. И до сих пор похрапывает.

* * *

— Какое отношение имеет все это к твоей религии? — раздраженно спросил Макс.

— Ты просил пророков. Я тебе их дал, — ответил Билли Карма.

— Не тех, о ком хочется написать в Библии.

— Ты же не говорил, что тебе нужны ветхозаветные пророки.

— Я вообще не просил никаких пророков.

— Чего ты меня все время цепляешь? — рассердился Билли Карма. — Смотри, достанешь меня и я призову тебе на голову дождь из жаб.

— Такого не бывает.

— Мне бы твою уверенность, — вмешалась Золушка. — Стоит мне куда-нибудь пойти, так нельзя шагу ступить, чтобы не наткнуться на мерзопакостную жабу или лягушку.

— Какая пара упущенных возможностей. — Ставлю-Планету О’Грейди печально покачал головой.

— Ее возможности оставь в покое. — Максу, похоже, не терпелось с кем-то сцепиться.

— Я говорю о братьях Исайя, — ответил О’Грейди. — Человек, который смог бы использовать их потенциал за год, стал бы хозяином половины галактики.

Большой Рыжий переводил все разговоры Эйнштейну, и внезапно на его компьютере высветилось число, занявшее весь экран. Большой Рыжий показал его О’Грейди.

— Знаешь, что это?

— Понятия не имею.

— Годовая сумма налога, который платит половина галактики. Эйнштейн только что ее подсчитал. — Большой Рыжий улыбнулся. — По-прежнему хочешь стать хозяином половины галактики?

— Если бы она мне принадлежала, я бы прилетел на Делурос VIII, сел напротив Монарха, достал бы колоду карт и мы сыграли бы на налог, ничего против двойного.

— А если бы ты проиграл? — спросил Адский Огонь ван Винкль.

— С моей колодой? — По интонациям чувствовалось, что ничего более глупого О’Грейди не слышал за всю последнюю неделю. Возможно, так оно и было.

— Извини, — улыбнулся ван Винкль. — У меня что-то с головой.

— Так что, Катастрофа Бейкер, ты готов присоединиться к моей церкви? — спросил преподобный Билли Карма.

— Я об этом подумываю, — ответил Бейкер. — Должен же человек чем-то занять себя в воскресное утро.

— Помимо того, как насиловать, грабить, резать, убивать и спать допоздна? — раздался бас у дверей, и мы все повернулись, чтобы посмотреть, кто пришел. — Не могу представить себе чего-то еще.

Пара приковывала взор. Женщина высокая, стройная, с угольно-черными глазами и волосами, под цвет которых была и помада. Мужчина огромный, как Катастрофа Бейкер, с всклоченными рыжими волосами, окладистой рыжей бородой, в одежде из шкур инопланетных полярных животных. Я сразу понял, что перед нами сам Ураган Смит.

— Будь я проклят! — воскликнул Бейкер.

— Может, и будешь, — согласился Смит, — но сначала хотелось бы выпить.

Смит и его подруга проследовали к стойке, где он и Бейкер с такой силой замолотили друг друга по плечам и спине, что эти удары убили бы любого из присутствующих, за исключением разве что Могильщика Гейнса.

— Как я рад снова свидеться с тобой, Ураган! — Голос Бейкера переполняла радость. — А кто эта элегантная дама?

— Лангтри Лили, — ответил Смит. — У нас медовый месяц.

— Поздравляю! — проорал Бейкер. — Не будешь возражать, если я поцелую новобрачную?

— Ты помнишь, что случилось, когда ты в последний раз поцеловал мою спутницу? — с улыбкой ответил Смит. — А ведь с той дамой я познакомился лишь десятью минутами раньше.

Я подошел, чтобы поприветствовать их.

— Что будете пить? — спросил я. — Первый заказ за счет заведения.

— Мне денебской огненной воды, — ответил Смит. — Что тебе, дорогая?

Лангтри Лили что-то шепнула ему на ухо.