Чтение онлайн

— А если нет?

— Если нет, будем искать по маяку скафандра. — Гарик замолчал, всматриваясь в информационное табло.

Вездеход свалился с курса на Сити, развернулся вдоль линии холмов. Валере пришлось сосредоточить все внимание на управлении машиной, чтобы максимально быстро вести ее по нетронутому грунту, минуя крупные камни, которые не всегда и увидишь.

Прошло несколько минут, и Гарик вслух удивился:

— Ничего не понимаю. Она повернула к скалам… Нам лучше сейчас немного срезать…

Валера притормозил, вывел на лобовое стекло карту местности. Напарник показал, как именно он предлагает двигаться дальше. В их паре он, как правило, исполнял роль штурмана — лучше знал местность.

— Чего она там забыла, — пробормотал Валера. — Может суицидальная?

— Диагноза в отчете нет. Но надеюсь, она сможет объяснить, куда и зачем ее понесло, а?

Валера давно приметил, что когда напарник начинает волноваться, все, что он говорит, сопровождается вопросительной интонацией. Словно он проверяет на окружающих правильность своих слов.

Сегодня марс был коричневым и черно-синим. Сверху пялились колючки звезд. Казалось, они ярче, чем обычно. Впрочем, обычно ты смотришь на звезды сквозь защитные панели, куда более толстые и пыльные, чем стекла вездехода.

Постепенно расстояние между вездеходом и маяком скафандра Ангелины Вельяминовой сокращалось, вот только радости от этого у спасателей не прибавлялось, а вовсе даже наоборот. Девушка уходила в скалы у южного края области, и если она не изменит направление движения, Валере и Гарику однажды придется покинуть машину и идти пешком. Мало радости — в скалистой местности искать заблудившуюся девушку с нестабильной психикой, да еще темной марсианской ночью… что бы ей днем не отправиться на поиск приключений?

Еще четверть часа в молчании. Движение, конечно, замедлилось, но большая часть пути уже пройдена. Да и дорога пока сносная, хотя уже значительно забралась вверх. Валера настолько увлекся управлением, что вздрогнул, когда Гарик подал голос, забыл, что он тут не один.

— Притормози. Мне не нравится.

— Что?

— Она перестала двигаться. Вроде, уже минуту не двигается?

— Может, отдыхает?

— Может.

А может, все-таки кончился запас воздуха. Или сорвалась в какую-нибудь трещину, их тут немало…

— Валера, смотри, ущелье уходит вправо, так? А маяк у нас куда левей и выше. Я не думаю, что на вездеходе мы сможем быстро до нее добраться. Пойдем ножками. Я запасной баллон возьму, и пойдем. Вдруг успеем, а?

Это была не просьба. Это такая специфическая, Гарикова, форма приказа. И пусть она кажется мягкой. Она подразумевает, что сейчас спасатели закроют вездеход и двинутся на своих двоих по пересеченной местности, не обращая внимания на возможные препятствия.

Когда поднялись на осыпь, Валера изрядно запыхался. То, что гравитация на Марсе низкая, им почти не помогало — количество навьюченного оборудования с успехом компенсировало разницу.

— Ну, что дальше? Как там она? — спросил он напарника.

— Да все то же. Не двигается. До нее, если по прямой, то метров пятьсот. Только вряд ли у нас по прямой получится…

Да уж. Склон, преградивший путь, был вдвое круче уже преодоленного. Снизу мирно светили фары вездехода. Но каким маленьким, несерьезным был этот свет по сравнению с тьмой ночи, с презрительными глазами большой вселенной…

Не сговариваясь, полезли штурмовать склон. Он закончился сглаженным перевалом, открывающем вид на узкую долину. В дальнем конце ее тускло мерцал еще один огонек.

Гарик добежал первым. Девушка сидела, привалившись спиной к большому камню. Не шевелилась. Дышит ли?

По инструкции, нужно сначала выяснить состояние пострадавшей, а потом уже что-то предпринимать. Но это — несколько лишних секунд. Гарик отработанным движением перекрыл клапаны, вынул из крепления и заменил баллон. Вот теперь можно и диагностикой заняться… никуда она теперь не денется. Если еще жива.

Добежал Валера. Плюхнулся рядом на камни.

Компьютер скафандра Ангелины уже начал сливать информацию Гарику на диагностик.

Что же… скаф не поврежден, девушка жива, но без сознания. Сейчас напарник отдышится, и вперед. К вездеходу.

Гарик связался со станцией, сообщил о результатах поиска.

— Так вы ее сюда привезете? — озаботился Леша, — Или в Сити? Мне Центральная уже четыре запроса прислала.

— А что ей у нас делать? Скажи, что в город повезем.

Он повернулся к Валере.

— Ну? Готов к бою? Тогда вперед!

До вездехода добирались минут сорок. Хорошо еще, что перед спуском девушка пришла в себя, и смогла двигаться самостоятельно.

В машине Валера помог ей снять шлем. Желтый свет разбросал блики по светло-русым волосам. Девушка показалась ему совсем юной, не старше четырнадцати лет. На щеках дорожки от слез. Губы пересохли и искусаны в кровь. А в глазах страх. Страх… и еще что-то.

Валера посмотрел, как Гарик устраивается на водительском сидении, но спорить не стал. Любопытство оказалось сильнее. Спросил шепотом:

— Тебя ведь Ангелина зовут?

Она кивнула. По лицу снова побежали слезы.

— Не плачь. Все уже кончилось… теперь все будет хорошо.

Валера-то думал ее успокоить! Но получился обратный эффект. Ангелина вдруг выпрямилась, шмыгнула носом, и громко сказала:

— Нет! Теперь уже ничего не будет… ну зачем вы…

Отодвинулась в самый угол сиденья, словно хотела спрятаться, и заговорила, быстро и зло:

— Зачем вы меня остановили? Ну зачем? Я же дошла, Я же почти дошла! Осталось совсем немного. Я его уже видела, а вы… вы специально тут караулите, да? Чтобы никто не прошел? Он был совсем рядом. Он такой… такой красивый. Он бы все сделал по другому, не как сейчас… Я для них никто, они думают, я не вижу, что я для них никто? Они и сами друг для друга — никто. Но это я почти дошла, я, понимаете? И для них тоже. Они бы не смогли! Сам никто не дойдет, я поняла. Я одна это поняла, понимаете? Можно только для кого-то другого, не для себя. А вы… зачем вы мне помешали? В город меня отвезете, да? А вы у меня спросили? Хочу я этого? А он бы все исправил…