Аврелион
Шрифт:
Глаза-светила постепенно таяли и Пэр начал различать столбы стволов пиний и олеандров, пропадающих в недостижимой высоте. Он лежал, даже не делая попыток подняться. Не потому что еще не пришел в себя, а лишь от невероятной слабости во всем теле, будто ему пришлось, как в детстве, на спор, несколько десятков раз поднять камень, лежащий у порога дома учителя Колона.
Его бездумное возвращение к реальности давало возможность постепенно вспомнить, кто он и что с ним произошло. Крит! Он был с ним! Что с ним?! Пэр повернул голову набок и сразу же увидел друга, лежащего ничком в мягком мху лесного полога. Пэр с трудом протянул руку и положил ладонь на плечо Крита. Собравшись с силами, он толкнул его, потом еще раз и собрался было повторить толчок, но Крит вдруг застонал и пошевелил пальцами.
– Ты… живой?.. – едва слышно пробормотал Пэр
– Не знаю… - простонал Крит. – Я думаю, наполовину только, потому что… если слышу тебя, то, значит, я… во владениях Зла…
– И это мне… говорит лучший друг…
– Ты… меня чуть не убил…- приподнял голову Крит. – Я всегда подозревал, что… ты… - Крит зашелся в кашле, - замышляешь это дело, да не знаешь, как… сделать.
– Это хорошо, значит самое приятное… у меня впереди.
Пэр повернулся и с огромным трудом сел. Голова была наполнена гулким треском и так кружилась, как будто кто-то огромный вертел ею, как погремушкой.
– Вставай, чего разлегся…
– Ты изверг, Пэр. Мало тебе этих пыток, так ты своей бессердечностью хочешь меня добить. – Крит поднял голову и посмотрел вперед. – Где это мы?
– Хороший вопрос…
Пэр бросил взгляд в ту же сторону, куда глядел Крит. Сквозь редкий кустарник, похоже растущий на опушке, было видны силуэты каких-то гигантских построек, синевших вдали. Он тут же вспомнил и радостно выдохнул:
– Крит, мы сделали это! Мы прошли через Лес. Это другая его сторона.
Крит, недоверчиво вглядывавшийся в циклопические строения, настолько высоких, что их верхние ярусы скрывались в синей дымке, пробормотал:
– Похоже на то… у нас в Аврелионе ничего подобного нет. Не может быть, что бы мы прошли… Такого в истории никогда не было.
– Значит, ты первый! – воскликнул Пэр. – Ну что, будем разлеживаться, или рванем туда?!
Пэр с победоносным видом кивнул на протянувшуюся от одного края горизонта до его другого грандиозную панораму неизвестного города.
Крит хмыкнул и практично заметил:
– Знаешь, лавры первооткрывателя меня что-то не прельщают, а вот мой желудок сейчас меня интересует больше. Думаю, эти здания никуда не денутся, пока мы чуть перекусим.
– А-а-ха! Вечно ты со своими резонами! Хотя прийти в себя не помешает.
Друзья наскоро позавтракали, так как на их коммуникаторах высвечивались данные раннего утра. Пэр понял, что, по крайней мере, с начала их похода прошли одни сутки, если только они не пролежали еще одни в беспамятстве. Убрав остатки пищи в ранец, друзья не торопясь подошли к самому краю опушки Леса и осторожно выглянули из-за куста.
Открывшаяся их взгляду панорама была настолько непривычна тому, что поначалу Пэр и Крит долго молча всматривались в эти фантастические виды. Здесь на всем протяжении доступного взгляду пространства не было ничего похожего на знакомые пейзажи полей и лугов окрестностей Аврелиона.
Метрах в пяти от опушки начиналось ровное, будто покрытое дымчато-матовым, скараноподобным расплавом пространство с пересекающим его черным, сверкающим на солнце валом, протянувшимся из невидимой дали и уходящего в бесконечность за кромку горизонта. На валу на равном расстоянии друг от друга стояли диковинного вида высоченные мачты. Их ажурные витые конструкции не говорили друзьям ничего, что бы помогло им связать их знания с чем-то знакомым о предназначении этих полукилометровых колоссов.
– Прямо дух захватывает, - выдохнул Крит. – Кто это построил? Мы, наверное, попали в Мир богов Лакки…
– Нет, Крит, я что-то сомневаюсь, чтобы прямо за Лесом жили боги, сотворившие все сущее. Наверное, надо поискать другие объяснения. Давай пройдем вперед. Может, все само собой и проясниться.
– Хотелось бы оказаться вон в тех постройках, да, боюсь, далековато идти.
– Ничего, дойдем. Иначе, зачем мы прошли через такие пытки!
– Ну да, ну да… - скептически пробормотал Крит. – Будь по-твоему, мой друг, я всегда готов к самым идиотским предприятиям.
Почти сразу мягкий мох и трава, устилающие землю под ногами пропали, как будто их ровно обрезали по кромке. Пэр осторожно потрогал носком обуви подозрительно идеально гладкую, просвечивающую на несколько сантиметров вглубь поверхность. Она оказалась твердой и, вопреки ожиданиям, совсем не скользкой. Он шагнул вперед и перевел дух. Можно было идти. Крит последовал за ним. Приятели молча, настороженно высматривая какие-нибудь возможные подвохи под ногами, прошагали несколько метров. Не обнаружив никаких впадин, вмятин или щелей, они успокоились и уже намного бодрее зашагали к виднеющемуся вдали валу.
Идти до него пришлось не менее часа. И только подойдя к нему вплотную, Пэр и Крит испытали досадное разочарование. Стена вала, закругляясь кверху, была точно такой же ровной и гладкой, как и поверхность под ногами. Подняться по такой стене нечего было даже и думать. Парни прошли несколько метров вдоль нее. Сплошная, без единой впадины стена тянулась в обе свои стороны насколько хватало взгляда.
– Все, приехали, - разочарованно покачал головой Крит.
– Этого стоило ожидать. Те, кто построил это, отлично все предусмотрели. Через Лес пройти мало. Кто ж мог представить, что еще нужно иметь и крылья!
Пэр, с выражением глубокого раздумья на лице, переспросил:
– Что ты сказал, крылья? М-м, да-да… это было бы как нельзя кстати…
Он, напряженно что-то обдумывая, смотрел вверх, на покатое завершение стены и уходящие вверх с середины вала мачты. Крит не мешал другу. Вдруг Пэр просветлел лицом:
– Кажется все не так уж и безнадежно! Сколько метров веревки у нас есть?
Крит удивленно поднял брови:
– А что? Здесь повеситься негде, надо возвращаться в Лес!
– Кончай умничать! Сколько?