Айрин
Шрифт:
— Это какая-то ошибка, — будто в бреду повторяла Айя. — Мама не могла этого сделать! Зачем ей это? Ни к чему.
— Мы не знаем, где Данфейт и Кимао, — произнес Орайя. — Это осложняет дело.
— Согласен, — кивнул Кейти. — Не исключено, что их постигла та же участь, что и Учителя с Айрин.
— Я не это имел в виду, — отрицательно покачал головой Орайя. — Уверен, что у Квартли даже мысли не возникнет попытаться поднять на Кимао руку.
— Ты недооцениваешь силы Учителя, — вторил ему Кейти. — Поверь, что для его ареста мама наверняка применила какой-нибудь грязный трюк. Иначе…
— Как Вы можете!!! — закричала Айя, заставив всех вздрогнуть. — Вместо того, чтобы сперва разобраться во всем, Вы обвинили мать! Где гарантии, что Учитель и Айрин арестованы? Почему вы все уверены, что это мама восстановила Ерон и приказала убить Имайю? Может быть, тем, кто на самом деле к этому причастен, было выгодно, чтобы все Вы так думали?
— Айя, — попытался перебить ее Орайя.
— Замолчи!!! — прокричала Айя и указала на него пальцем. — Ты и Кейти предали ее!
— Никто ее не предавал, — мягко произнесла Имайя.
— На твоем месте я бы и рта своего не посмела открыть!!! — взорвалась Айя. — Ты часто осуждала маму за ее решения и поступки, но никогда не выражала свой протест напрямую! Спроси себя, может, по этой причине ты так и не стала ее Советником?
— Айя! — повысил тон Орайя.
— Она обвиняет ее в попытке убийства! — кричала в ответ Айя. — Мама столько сделала для нее, а она поверила Советнику Ансеру и даже не усомнилась в правдивости его слов!!!
Айя замолчала и скривила губы в знак своей неприязни.
— Вы все забыли, что она сделала для вас… — прошептала Айя и, поднявшись с кресла, направилась вон из комнаты.
— Айя! Айя, подожди! — кричал Орайя, выбегая следом за ней.
Айя остановилась у входной двери и обернулась к нему.
— Если посмеешь поднять руку на мою мать — больше никогда меня не увидишь, — прошипела Айя, глядя Орайе в глаза.
— Никто не собирается поднимать на нее руку!
— Не смей. Я этого не позволю…
— Ты слышишь, что я тебе говорю? Я не причиню ей вреда!
— Ты запомнил мои слова. Повторять их я не стану.
— Куда ты собралась идти?
— Творцу в городе ничто не грозит, можешь не беспокоиться.
— Куда ты собралась идти, Айя? — прокричал Орайя.
— Куда-нибудь подальше от всех вас. От тебя подальше… — прошептала Айя и открыла входную дверь.
— Айя!
— Ты сразу же поверил во всю эту чушь, хотя даже Кейти до сих пор колеблется. Я вижу сомнение в его глазах. А в твоих глазах я не вижу ничего, кроме сожаления. Она ведь всегда любила тебя больше, чем меня и Кейти… И какова награда? Ты уже предал ее. Тот, кто легко отвернулся от матери, и от жены может отвернуться с той же легкостью!
— Что ты несешь, Айя? — едва слышно произнес Орайя, продолжая смотреть на нее.
— Я озвучиваю правду, которую тебе самому тяжело признать.
— И что ты собираешься делать? Побежать к мамочке и спросить у нее, в чем все-таки дело?
— Я убила своего брата. Этот грех мне ничем с себя не смыть. Но мать… Замахнуться на свою мать я никому не позволю. Даже тебе, Орайя.
Айя отвернулась и вышла за порог, тихо притворив за собой дверь. Ноги шагали вперед, а взгляд то и дело цеплялся за калитку, маячащую впереди. Он мог бы побежать за ней… Мог бы ее остановить… Но, по мере того, как Айя удалялась от дома, за ее спиной так никто и не появился. Щелкнул автоматический замок, и калитка осталась где-то позади. Где-то позади остался и он, ее муж. А вместе с мужем и брак, который начал разваливаться так же быстро, как и состоялся.
Айя шла по улице и не обращала внимания на поклоны малознакомых и совершенно чужих для нее людей. Практически все из них знали ее имя, знали, кто она и за кем замужем, но было ли им дело до того, почему посреди дня она вышла на улицу без плаща?
Мимо Айи прошли двое праведников в белом, и Айя, по привычке, кивнула им в знак приветствия. Спустя еще несколько минут пути Айя словила себя на мысли, что слишком часто кивает. Привычный жест стал казаться ей каким-то навязчивым, отвлекающим ее от собственных тягостных мыслей. Айя снова вынуждена была кивнуть, но на этот раз, вместо того, чтобы пойти дальше, она остановилась и обернулась. Один, два, три, четыре, пять, шесть… Глаза Айи стали метаться от прохожего к прохожему, на которых были надеты белые, зеленые и красные плащи. Двенадцать, тринадцать, четырнадцать… Айя продолжала медленно проговаривать про себя цифры, пока не сбилась со счета и не опустила глаза. Слишком много, даже непривычно. Плащи праведников рябили перед глазами, и Айя почувствовала, что у нее начинает болеть голова.
— Госпожа, с Вами все в порядке? — спросил какой-то прохожий, остановившись возле Айи.
Не праведник. Коренной. Пожилой мужчина протянул руку Айе, чтобы предложить опереться на нее, но Айя отрицательно покачала головой и ответила:
— Со мной все хорошо. Спасибо.
— Вы едва держитесь на ногах. Могу я что-нибудь для Вас сделать?
Айя улыбнулась незнакомцу и вновь покачала головой.
— Нет, Вы ничего не можете сделать для меня…
В дверь позвонили, и Эрика вопросительно посмотрела на Бронана.
— Может, новости есть? — воодушевленно воскликнула она и побежала открывать.
На пороге стояли трое праведников.
— В чем дело? — спросила Эрика, глядя на них.
— Эрика Ринли. Ваш муж дома?
— Да, я дома, — ответил Бронан, останавливаясь рядом с Эрикой и отталкивая ее назад, себе за спину. — В чем дело?
— Вам обоим приказано пройти с нами.
— Кем приказано и куда пройти? — спросил Бронан, глядя на незваных гостей в белом.
— Пастырь желает видеть Вас немедленно.
— Хорошо, — кивнул Бронан. — Дайте нам несколько минут. Мы переоденемся.
— В этом нет необходимости.
Эрика прищурилась, глядя на праведников. Неувязка. На ней был фартук, перемазанный мукой, а Бронан вообще стоял в шортах и майке — одежде, неприличной, для прогулок по Тарто. Эрика подняла руку, и волна пламени ударилась незнакомцам в лица. Бронан успел закрыть дверь и оттолкнуть Эрику в сторону. Силовой удар вынес дверь с петель. Бронан обернулся и выставил подсечку первому праведнику, вбежавшему в дом. Эрика направила поток пламени на падающее тело и подожгла его. Мужчина закричал, остальные двое бросились его тушить. Бронан схватил Эрику за руку и потащил за собой.