Чтение онлайн

— Мама… — прошептала Айя, пытаясь подползти к телу, но кто-то подхватил ее и поволок дальше.

— Мама!!! — кричала она, протягивая свои руки, но никто, кажется, и не слышал ее больше.

Хлопок и Айя уже лежала на земле. Папа. Он склонился над ней. Лицо в крови… Глаза… Папины глаза, они мокрые…

— Я создам поле, а ты беги. Беги вперед и не оглядывайся.

— Папа!

— Я люблю тебя, Айя, — прокричал отец и, прижавшись губами к ее лбу обнял так крепко, что Айя не смогла дышать.

— Беги и не оглядывайся. Беги!

Отец оттолкнул ее от себя и, развернув на месте, ударил рукой в спину, пиная вперед каждый раз, когда она пыталась оглянуться.

— А Оттери?! — прокричала Айя.

— Беги я сказал!!! — взревел отец, и Айя побежала вперед.

Сквозь марево, простирающееся перед ее лицом, она видела фигуры людей в черных костюмах, расхаживающих по деревне в поисках тех, кто оказался слабее. Они не видели маленькую девочку, проносящуюся мимо них, лишь странные волны искаженного пространства, поблескивающие в свете Амира.

Когда Айя оказалась за границей поселения, марево исчезло. Она обернулась назад, зная, что отец мог бы удерживать эту защиту, находясь в многих сотнях метрах от нее…

— Папа… — прошептала девочка, размазывая слезы и кровь по своему лицу.

Ей не скрыться от них… Летающие машины вездесущи… Айя остановилась и упала на колени, склоняясь к земле, раскаленной лучами белого Ami. А, даже если и убежит она, как выживет в пустыне одна?

Айя согнулась и приникла лбом к песку.

Шум вокруг нее усилился. Айя подняла голову. Там, вдалеке за белыми холмами она увидела людей на квадрациклах в белых, красных и зеленых плащах. Она смотрела на праведников, но кроме опустошающего безразличия ничего испытывала. Они ведь опоздали… Опоздали они…

Люди пронеслись мимо и въехали в деревню, помогая раскрасить мирную землю в грязно багровые тона. Кто-то остановился возле Айи и, спрыгнув со своего квадрацикла, присел на корточках напротив нее. Женщина. Молодая женщина в белом плаще.

Незнакомка протянула руку к девочке и, взяв ее за подбородок, заглянула с ярко-синие глаза. Айя не двигалась, утопая в черных зрачках vecto.

— Re como ihta sem? — произнесла женщина.

— Я не понимаю, — ответила Айя на родном языке.

Женщина покачала своей головой и показала на себя пальцем:

— Kvartli, — медленно произнесла она.

— Квайтли?

Женщина отрицательно покачала своей головой и повторила:

— Kvartli.

— Квартли.

— Di, — улыбнулась незнакомка и указала пальцем на Айю.

— Айя, — ответила девочка, глядя на женщину.

— Aja?! — медленно повторила незнакомка и улыбнулась почему-то.

Айя не знала, что своим именем напомнила женщине другое имя. Более длинное, значение которого Квартли помнила до сих пор. Юга никогда не посылает случайных встреч, и уж тем более Амир никогда не называет своих детей случайными именами. Квартли давно уловила смысл его посланий и приняла очередной подарок Солнца без раздумий.

— «Творец», — произнесла женщина и погладила Айю по голове. — Что ж, будешь «Творцом».

Когда Айю усадили на багажник квадрацикла, она уже не плакала. Согнулась пополам и вжалась носом в колени. Девочка знала, какая участь ожидает ее.

Мама рассказывала Айе, как на I-ho родились новые жители. Они появились из ниоткуда, как и их предшественники, то и дело заглядывающие сюда. Но эти оболочки, а точнее, многие миллионы оболочек, оказались здесь в один миг и никуда не ушли. В лучах белого Ami их тела мерцали и светились, и даже самые слабые среди них были намного сильнее обычных людей. Осознав, что они останутся здесь, новые жители I-ho пришли в поселения за помощью. Ami приняли их и спасли от смерти в пустыне. Спустя несколько месяцев, новые жильцы I-ho, которых ami назвали «vecto» или «чужаки» поняли, что используя возможности одаренных детей Великих Семей смогут построить здесь новый мир. Люди, для которых рассказы vecto о летающих машинах и энергии, подобной самому Ami, казались неправдоподобными, еще не поняли, что внезапный прогресс уже пустил свои корни в их сердцах. Великие Семьи, подобные семье Айи, присоединились к vecto, помогая им без особого труда воплощать фантастические идеи в реальность. Так были построены семь городов, в которых поселились ami и vecto. Традиции коренных жителей столкнулись в другим мировоззрением, где сильные не стремились объединиться со слабыми, чтобы восстановить равновесие, а подавляли их, подчиняя себе. Само предназначение связи между разными людьми было осквернено желанием властвовать и наслаждаться. Ami выступили против такого положения вещей, призывая vecto соблюдать традиции коренного населения, приютившего их. Но, массовые убийства стали ответом на их призыв. Vecto не видели в ami равных. Они смотрели на них, как на глупцов, которым предоставили возможность находиться рядом с ними. Тогда же чужаки и разделились на тех, кто принял Законы Великих Семей, помогая ami исполнять их предназначение, и тех, кому было все равно. Одних ami назвали «directi» или «праведники». Других — «saisi» или «заблудшие».

Разрушив три из семи городов, Великие Семьи, наконец, осознали, что не смогут выиграть войну против чужаков. Силы были не равны, знания — примитивны, а одаренных среди ami — слишком мало. Так была проиграна война с теми, кто пришел на землю I-ho и остался на ней без дозволения. Часть ami покинули города, разбредясь по пустыне, где выживать чужакам было слишком трудно. Еще часть осталась с праведниками, служа им и помогая создать новый Мир, где vecto смогли бы ужиться с коренным населением. Айя знала, что жили они достаточно хорошо, не смотря на то, что на них могли влиять. Те, кто принял Обет Равновесия, переняв традиции ami, стали хранителями равновесия или посвященными. Эти люди, так же, как и дети Великих Семей, разыскивали в пустыне оболочки умерших людей и помогали им завершить свой путь правильно. До того, как создать семьи, они носили белые плащи. Женившись, мужья надевали красные одежды, а жены — зеленые. Те же, кто не стал принимать посвящение, но остался с праведниками, носили желтые плащи. Они работали, создавали семьи и присматривали за новыми горожанами, которые в течение года были обязаны ходить в синих накидках. Но были и те, кто остался с заблудшими. Одни — по своей воле, другие — против. Но все равно с ними. Так чужаки отплатили народу I-ho за доброту. Так Великие Семьи проиграли борьбу, а Мир I-ho раскололся на части.

Наверняка, Айе уготована роль служки для женщины, которая забрала ее. Только Айя не будет ей служить. Не может дочь Великого ami служить кому-то…

Когда девочку привезли в Изон, она молча проследовала за женщиной в белом плаще по имени Квартли в большой дом. Женщина остановилась на пороге и позвала кого-то. Навстречу Айе выбежал молодой парень и, прищурившись, посмотрел на нее.

Госпожа довольно долго разговаривала с ним, пока Айя не поняла, что она просто кричит на своего подопечного. Тот, скривившись, схватил ребенка за шиворот и повел в гостиную. Остановившись перед ней, он, вдруг присел напротив и потеребил ее спутанные на затылке волосы.

— Keiti, — произнес он, указывая на себя пальцем. — Adi? — палец переместился на Айю.

— Айя, — выдавила из себя девочка и уставилась в пол.

Ее учили, что нельзя заглядывать малознакомым людям в глаза. Глаза — это зеркало внутреннего мира оболочки, а неосторожный взгляд или скверные мысли такой, как она, могли очернить чужую душу. А этот юноша настойчиво смотрел на нее, совершенно не заботясь о чистоте ее души.

Кейти вновь потеребил ее по волосам и взял в руки перепачканные маленькие ладони. Покачав своей головой, он поднялся с колен и повел ее в странную комнату, где стояла большая белая лодка, а из стены торчали металлические трубки, из которых текла вода. Куда она убегала, попадая в лодку? Айя с интересом уставилась на сливное отверстие в ванной. Кейти, почему-то, засмеялся и, подхватив девочку на руки, опустил ее на дно. Айя не испугалась. Она никогда не боялась странных вещей. Куда более опасными могли быть окружающие ее люди…

— Taridgi, — произнес Кейти, указывая пальцем на белую лодку.

— Ванная, — повторила девочка, не смея поднять на парня своих глаз.

Странный язык. Нелепые, сложные слова. Но ей, наверное, придется выучить его. Ведь, нельзя жить с праведниками и не знать их языка.

Два года спустя. Сатрион.

Айя тихо постучала в дверь и отворила ее. Двадцать лиц, приподняв свои брови, уставились на такую же, как и она, коренную.

— Айя? — вопросительно произнесла госпожа и улыбнулась девочке.